Паутина соблазна - Дженнифер Хейворд

Высокий темноволосый мужчина, стоявший в дверях, окинул их мрачным взглядом:

– Если вы уже закрылись, нужно запирать дверь на замок. Это Нью-Йорк, дамы.

Инкассаторская сумка выпала из рук Софии. Не отрывая взгляда от Ника, она нагнулась и подняла ее. Он подошел к ней и посмотрел ей в глаза. Ее сердце внезапно сделало кувырок. В таком состоянии Ник был просто устрашающим.

Судорожно глотнув воздух, София спросила:

– Ник, что ты здесь делаешь?

– Нам нужно поговорить.

Во рту у нее пересохло. Он не мог знать. Она только на днях была у врача. Но тогда что он делает здесь, когда его стране угрожает ее агрессивный сосед? И почему в его глазах читается такая ярость?

Катарина откашлялась:

– Я должна встретиться с сестрой. Увидимся завтра.

София чуть не попросила ее не уходить. Ей не хотелось оставаться наедине с Ником, пока она не решит, как справиться с неожиданно возникшей ситуацией. Как сказать ему о ребенке. Но вместо этого она заставила себя улыбнуться:

– Увидимся завтра утром.

После ухода Катарины София поставила сумку с деньгами на стол и посмотрела на Ника:

– Мне очень жаль, что так случилось с твоим братом.

Ник наклонил голову:

– Заканчивай со своими делами. Мы поговорим после.

Мрачное выражение его лица заставило Софию занервничать. Дрожащими руками она пересчитала оставшиеся деньги и запихнула их в сумку. Она попыталась убедить себя, что Ник прилетел в Нью-Йорк по срочному делу и просто решил проведать ее.

Но это казалось маловероятным.

София закрыла кассу. Ник кивнул в сторону сумки:

– Мы сначала избавимся от нее, а потом поговорим. София скрестила руки на груди:

– Мы можем поговорить здесь.

– Нет. – Он взял в руки ее сумочку и протянул ее ей. – Мы поговорим дома.

София чувствовала себя слишком уставшей, чтобы спорить. Они подошли к банку и опустили инкассаторскую сумку в специальное отверстие. После этого Ник усадил ее на заднее сиденье «бентли» и сел рядом с ней.

София почувствовала приступ тошноты. Что он скажет в ответ на ее признание? И вообще, как ей признаться ему?

Углубившись в свои мысли, она лишь нахмурилась, когда водитель сделал неожиданный поворот.

– Я думала, что мы едем домой.

– Так и есть. В Акафинию.

София резко выпрямилась:

– Что?!

– Я вообще не должен находиться здесь. То, что я уехал из страны, когда Идас дышит мне в затылок, заставило моих советников понервничать. Мы поговорим с тобой в Акафинии.

София смотрела на него, раскрыв рот.

– Мы не будем разговаривать в Акафинии. Мне нужно управлять своим бизнесом. Отвези меня домой, и мы поговорим там.

Его глаза вспыхнули.

– Ты потеряла право устанавливать правила игры, когда скрыла от меня свою беременность.

Господи! Он все знал!

– Я собиралась сказать тебе. На этой неделе, – с деланым спокойствием произнесла София.

– На этой неделе?! – закричал он, утратив свой обычный самоконтроль. – Ты хотя бы представляешь, что это значит?

– Разумеется. Поэтому я ничего тебе пока не говорила. Потому что знала, что ты появишься здесь и начнешь навязывать мне свои решения. А мне хотелось сначала самой разобраться, что я чувствую по этому поводу. И что я буду делать.

Его глаза сузились.

– Что ты будешь делать?

Краска залила ее щеки.

– Я не это имела в виду. Разумеется, я не собираюсь избавляться от ребенка. Я просто еще не решила, как буду налаживать свою жизнь.

– Это мы должны были обсудить с тобой много дней назад.

София уставилась на него. Значит, она была не права, не известив его о случившемся. Но неужели он думает, что все это не создает сложности и для нее? Что для нее это не меньшая катастрофа?

Она опустила голову:

– Мы можем обсудить все это по телефону.

Ник схватил ее пальцами за подбородок, и ярость, бушевавшая в его глазах, заставила сердце Софии забиться сильнее.

– Мы не будем обсуждать это по телефону. По закону Акафинии этот ребенок станет наследником трона. И не важно, будет он рожден в браке или без брака. Все это означает, что я не могу жениться на графине. Наш союз с ее семьей распался. А он был необходим мне, чтобы иметь возможность финансировать возможную войну. Это очень большая проблема, София. И мы должны решить ее прямо сейчас.

София глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от боли, сжавшей ее сердце. Только сейчас она заметила глубокие складки, которые залегли между бровями Ника. У него был усталый и измученный вид. В текущей ситуации ее беременность действительно была катастрофой, а она ухудшила дело тем, что скрывала ее от Ника. София испытала острое чувство вины.

– Поедем со мной, – решительно сказал Ник. – Пока мое отсутствие не вызовет волнения в стране. Мы поговорим и все обсудим.

София поджала губы:

– Мне нужно убедиться, что Катарина справится без меня.

– Позвони ей.

София достала телефон и набрала номер. Катарина заверила ее, что она вполне сможет управиться одна в течение нескольких дней.

– Ну хорошо, – сказала София. – Я полечу с тобой. И мы поговорим. А потом ты отправишь меня обратно.

Он кивнул:

– Спасибо.

Они сели в самолет, стоявший на небольшом частном аэродроме, и Софии впервые пришло в голову, что она вступает на территорию Ника, где он пользуется абсолютной властью. Наверное, это не очень мудрое решение с ее стороны, но она не могла сейчас еще больше усложнять его жизнь.

Когда они наконец взлетели, София обратилась к Нику:

– Я знаю, что последствия нашей неосторожности будут огромными для тебя. Но и для меня тоже. Как мы справимся с тем, что будем жить на большом расстоянии друг от друга? И как я смогу нянчить ребенка и одновременно работать?

Он задумчиво посмотрел на нее:

– Тебе не придется этого делать. Ты будущая королева Акафинии, София. А королевы не работают.

София ошеломленно уставилась на него. Королева? Это означает, что они должны будут пожениться…

– Ты шутишь?

Он сжал губы:

– Я не шучу. Если только этот ребенок окажется не моим, во что я слабо верю.

Ей не понравился тон, которым он это произнес.

– Конечно, это твой ребенок. Как ты можешь сомневаться в этом?

– Какой у тебя срок?