Современные методы управления погодой - Евгения Пастернак

В-четвертых… Что у нас в-четвертых? Ах да. Город у нас примерно в восемь раз меньше, соответственно расстояния тоже меньше. Из конца в конец в час пик можно проехать за час, если ехать очень расслабленно, и за сорок пять минут, если надрываться, всех обгонять и рисковать жизнью. Лично я предпочитаю ехать час. Я когда из Москвы приезжаю, первую неделю так раздражаюсь! Все такие медленные, все еле тащатся… Потом привыкаю и тоже тащусь. Утром сажусь в машину и, не просыпаясь, доезжаю до работы. Пятнадцать минут еду, потом пятнадцать минут паркуюсь. Потому что проблема парковки у нас ничуть не меньше вашей. Кстати, мы уже приехали, давай соображать, куда бы нам машину поставить!

Машину мы в итоге поставили где-то в ближайшем дворе, объехав два круга вокруг квартала.

* * *

Оказалось, что мы решили пойти в ресторан. Под «мы» следовало понимать Катю и Машу, потому что я не помню, чтобы у меня кто-нибудь о чем-нибудь спрашивал. Интересно, а зачем мы столько еды накупили? Или в местных ресторанах готовят только из принесенных с собой продуктов?

Ресторанчик оказался так себе, но с выдумкой. Читая меню, я несколько раз улыбнулся – названия были прикольно-сказочные. Было тихо и чисто, нашелся даже «Бифитер», что окончательно примирило меня с жизнью.

Тут выяснилось, что ребенок расстроен. Оказывается, ребенок хотел в «Макдоналдс». Более того, ребенок упорно называл «Макдоналдс» рестораном, а то заведение, где мы сидели, вообще отказывался классифицировать.

– Ну смотри, – попробовал я использовать логику, – официанты ходят, значит, ресторан!

– Ничего подобного! – ответила Машка. – В «Макдоналдсе» официантов нет, а там точно ресторан. По телевизору говорили!

– А как ты учишься? – решил я сменить тему.

– В школе. А еще на английском. Мама, я какать хочу!

Дети – это наше полное все.

К концу трапезы мне, правда, удалось уговорить ребенка, что «здесь тоже вкусно». Причем настолько вкусно, что уход сопровождался нешуточным скандалом и невыполнимыми требованиями вроде «давай здесь до завтра останемся». Катя была доброжелательно-флегматична. Она выслушивала все заявления с видом опытного специалиста по переговорам с террористами и терпеливо кивала головой. Но при этом добилась того, что Машка (хотя и надутая, как дирижабль) погрузилась на заднее сиденье, громко зевнула и уснула, как только мы тронулись.

Я откровенно любовался водителем. Он был уже сытый и жмурился на солнышко. И слегка сумасшедший, потому что заявил, что мы «едем на природу».

Самое поразительное, что «природа» оказалась в получасе езды от центра! Только после этого я начал понимать, отчего они еще не переехали в мегаполисы. Если б я мог вот так, после работы, на бережок…

И бережок был на удивление приятным. Без следов цивилизации, но нам они не очень-то были нужны сейчас. Измученная скандалом Маша сопела в машине, а мы бродили, и целовались, и дразнили друг друга, и швыряли камешки в воду – спокойную, как вся окружающая жизнь.

Я все больше и больше погружался в роль отца, главы и любящего мужа. Инстинкт самосохранения дремал, усыпленный тихой усталостью, джином «Бифитер» и теплым округлым Катиным плечом.

И я был вознагражден за примерное поведение! У самого подъезда Кошка умудрилась сплавить отоспавшегося ребенка куда-то в гости, мы взлетели на крыльях лифта в Катино гнездышко и там предались страсти, на которую я уже и не рассчитывал.

* * *

Сергей все выдержал мужественно!

Поход с Машкой в ресторан, когда она сначала ныла, что не хочет туда идти, а потом верещала, что не хочет оттуда уходить, достал бы кого угодно, но он крепился.

Когда мы сели в машину, Машка мгновенно заснула. Что и требовалось доказать. Только невыспавшийся ребенок после полуторачасовой тренировки может превратиться в такого монстрика. Я-то ладно, для меня этот монстрик все равно дороже всего на свете…

Я представила себе, какой скандал она закатит, когда мы приедем домой, если я попробую ее разбудить, чтобы перенести из машины…

– Сергей, у меня идея! Поехали за город!

Столичный житель посмотрел на меня как на сумасшедшую. Еще бы! На часах три часа дня, какой загород, мы только к вечеру доедем.

А я тем временем вырулила на проспект, на котором по недосмотру нашей ГАИ было ограничение скорости 80 км/ч, а не 60, как везде, врубила 90 – и через 20 минут мы были на свежем воздухе. Правда, еще 20 минут пришлось потратить на поиск места, потому что я, как обычно, заблудилась в трех соснах, но Сергей, по-моему, ничего не заметил.

Вокруг было просто чудесно. Мы приехали на берег местного водохранилища с гордым названием «море». Купаться в нем нельзя, летом вода цветет и довольно гнусно воняет, но весной оно выглядит просто бесподобно. Если закрыть глаза, то чувствуешь себя на курорте. Вокруг сосновый лес, птички поют, прибой шумит…

Сначала я поудобнее устроила Машку. В машине еще с ее младенческих времен всегда есть все необходимое: подушка, пледы и кассета с классической музыкой. Сейчас, правда, она совершенно не нужна, птички поют гораздо лучше. Я открыла в машине окна, чтобы ребенок поспал на свежем воздухе, и, судя по тому, с какой блаженной улыбкой она вытянулась на все заднее сиденье, Машка совершенно не собиралась со мной спорить.

Она продрыхла два с половиной часа. Мы за это время успели хоть немного опять друг к другу привыкнуть. А то Сергей совсем чужой стал, Машка его запугала. Мы наболтались, нацеловались, навалялись, набесились и довели друг друга до той степени, когда уже почти все равно, что вокруг могут быть люди и может проснуться ребенок… Но здравый смысл все-таки победил. В основном благодаря тому, что заднее сиденье машины было занято.

Машка проснулась в прекрасном расположении духа. Еще час мы погонялись друг за другом по берегу, слепили из песка крокодила с ракушками вместо зубов, а потом вспомнили, что крокодилы обычно голодные. Машка вспомнила.

– Дядя Сережа, а ты голодный?

– Еще какой, – ответил дядя Сережа, активно блестя на меня глазами.

– Тогда поехали быстрее домой, поехали быстрее домой!

– Поехали быстрее домой, – подтвердил дядя Сережа, плотоядно облизываясь.

Я занервничала.

Но сегодня нам везло. Просто неприлично везло. У подъезда Маша встретила свою одноклассницу, которая начала упрашивать меня, чтобы я отпустила Машку к ней в гости. Большим усилием воли мне удалось не скакать на одной ножке и не кричать «ура! ура!», когда я соглашалась. Договорились, что я заберу ее в 9 часов. У нас было целых два часа!

Я и забыла, что два часа – это так мало…

* * *

Я валялся на тахте и поглаживал теплый Кошкин бок, нашептывая что-то глупое и приятное. Краем сознания думал о том, каково это – жить с любимой женщиной при взрослом ребенке. Это что, каждый раз вот так выкраивать минуты для объятий… и всего такого? Всю ночь, даже в порыве экстаза, прислушиваться, не шлепают ли по коридору детские ножки? А ведь некоторые всей семьей в одной комнате проживают. Они как? По расписанию?