Наследство Уэстмера - Мэри Николс

Она молча кивнула. В гостиной она сообщила графу о том, что случилось. Его мало волновала безопасность Джеймса. Он и мысли не допускал, что нельзя справиться с горсткой взбунтовавшихся работников.

– О чем только думают власти, – сказал он. – В прошлом году в Суффолке они уступили толпе, и теперь, похоже, происходит то же самое. Надо послать за войсками – посидят в тюрьме и быстренько одумаются.

– Дедушка, они голодают и доведены до крайности, – заметила Белла.

– Ну и что? – Графа больше интересовали собственные дела, чем то, что происходило в деревнях и на полях Восточной Англии. – А ты бы лучше обдумала свое положение. Одно предложение у тебя уже есть.

Белла знала, что Джеймс очень стеснен в средствах, несмотря на небольшую ежегодную ренту, получаемую от деда. Ей было жаль его, но не выходить же из-за этого за него замуж.

– Милорд, пожалуйста, не заставляйте меня принять предложение Джеймса.

– Я не собираюсь этого делать, дитя. Я буду удручен, если ты слишком быстро согласишься. Он здесь не единственный.

Белла была озадачена. Она взглянула на оставшихся двоих мужчин. Эдуард был рассержен, а Луи насмешливо улыбался. О чем они думают?

Снова появился Джоллифф.

– Милорд, подождать с обедом или подавать?

– Ох, нет, – сказала Белла. – Ждать нельзя – иначе все остынет. Дедушка, пожалуйста, давайте отложим разговор.

– Хорошо. Мы не можем продолжать без Джеймса. Скажи поварихе, что мы идем в столовую. И пошли Сильвестра за графиней. – Он позволил Эдуарду помочь ему подняться, затем под руку с Беллой вышел из комнаты и через обширный коридор прошествовал в большую столовую, где было очень холодно. Белла хотела, чтобы обед состоялся в одной из меньших столовых, но дед отклонил ее предложение. – Я хочу показать этим выскочкам, как принимает гостей граф, – заявил он. – Одному из них придется к этому привыкнуть.

Когда они уселись за длинный узкий стол, появилась графиня. Граф сидел во главе стола, а Белла – напротив. Элизабет заняла место слева от графа.

– Здесь холодно, как в склепе, – сказала она, глядя на слабый огонь в камине. – И так же уныло.

– Простите, миледи, – ответила Белла. – Мы не часто пользуемся большой столовой и в этом году впервые в ней затопили. Наверное, надо прочистить трубы. Завтра же прикажу это сделать.

– Дядя, вам необходима нормальная экономка, – сказала Элизабет. – Изабелла слишком юна для такой ответственности.

– Я считаю, что Белла прекрасно справляется, – вставил Эдуард. – Думаю, что его светлость не дал ей достаточно времени, чтобы подготовиться к внезапному наплыву посетителей.

– Тогда понятно, почему моя комната в таком состоянии, – сказала Элизабет. – Там лежит слой пыли, а огонь в камине едва теплится.

– Ты сама виновата, – сказал граф. – Мы не держим наготове комнаты для незваных гостей. В такие трудные времена это преступная трата денег. Поменяйся апартаментами с сыном – для него комнаты были приготовлены.

– Конечно, мама, – поспешно сказал Луи, не желая ссориться с двоюродным дедом. – Я сразу же после обеда перенесу свои вещи.

Слегка ублаженная Элизабет повернулась к Белле.

– А где мисс Батгерзби? Я ожидала, что она позаботится обо мне, поскольку ты слишком занята другими.

– Она навещает больную сестру в Даунем-Маркет. Я жду ее со дня на день, – объяснила Белла.

Элизабет пришла в ужас.

– Милорд, неужели молодая незамужняя девушка живет здесь без компаньонки? Если об этом узнают, то не избежать чудовищного скандала.

– Ерунда! Я ее дед, и здесь ее дом. И всегда будет здесь.

– Что касается дома, то я уверена, что Луи не такой жестокосердный, чтобы отказать ей в доме, когда он обзаведется собственным, но едва ли ей прилично оставаться здесь, пока он не жена.

– Вы слишком много себе позволяете, мадам. – Граф смерил ее ледяным взглядом.

– Мама, – вмешался Луи, – его светлость решил, что мисс Хантли произведет на свет наследника до его смерти.

– Какое это имеет ко всему отношение? Граф вздохнул.

– Объясни ей, Луи.

– Его светлость решил выдать ее замуж за одного из нас. Это условие наследования.

– Ты хочешь сказать, что он пытается заставить тебя жениться на Изабелле? – Она окинула девушку таким взглядом, который ясно говорил, что она обо всем этом думает.

– Это может быть Эдуард, либо Джеймс, либо Роберт, – угрюмо произнес Луи. – Ее ребенок будет обладать правом первенства.

– Он не может это сделать, – заявила Элизабет.

– Она – женщина, а поместье находится в майоратном наследовании.

– Ты осмелишься это проверить? – спросил его светлость.

– Я признаю: Эдуард может считать, что у него есть на это право, – сказала Элизабет, – но он заблуждается. Остальные двое… – Голос ее зазвучал громче. – Я не могу предположить, что вы рассчитываете на них. Один – олух, а другой – шалопай.

– Я сказал, что выбор сделает Белла, и от этого не отступлюсь, – ответил граф. – Джеймс уже высказал свое намерение сделать ей предложение.

– И вы отдадите ее этой куче навоза? Господи, вы, должно быть, сошли с ума. Подумать только: Джеймс Тренчард в этом доме! – Элизабет громко захохотала. – Да он будет держать свиней в гостиной, а цыплят – в вестибюле. Надеюсь у Изабеллы хватит ума, чтобы даже не думать о подобном предложении. Что касается тебя, Эдуард, то ты уже помолвлен с мисс Шарлоттой Меллиш.

– Не совсем, – отрезал он.

– То есть как – не совсем? Ты либо помолвлен, либо нет, а из надежного источника мне известно, что ожидается лишь объявление в газете. Ты прослывешь последним распутником, если изменишь своему слову.

– Что касается ваших сведений, мэм, то я еще не сделал официального предложения и могу быть отвергнут.

– О, значит, ты собираешься проявить себя настолько мерзко по отношению к мисс Меллиш, что она без колебания разорвет помолвку. Очень умно. – Она повернулась к Белле. – Ты сделаешь роковую ошибку, если примешь его предложение при таких условиях, моя дорогая.

– Я не сказала, что приму предложение от кого-либо из них, – с болью в голосе ответила Белла. – Все эти ссоры и споры не доставляют никому радости. Дедушка, пожалуйста, скажите, что вы всех разыгрываете.

– Ничего подобного я не скажу. – Он повернулся к лакею, принесшему второе блюдо, и сделал знак подавать. – А теперь мирно закончим трапезу.

Графиня открыла было рот, чтобы опять что-то сказать, но передумала и стала сосредоточенно поглощать рыбу. Белла чувствовала, что она все равно выскажется, как только закончится обед, и со страхом ждала этого.

Обед тянулся нескончаемо долго, одно блюдо сменялось другим. Дамы хранили молчание, а Луи без конца угощался вином его светлости. Даже Эдуард выглядел уже не таким высокомерным, когда перешли к фруктам. Кажется, все забыли – или делали вид, что забыли, – о причине, по которой они собрались, и говорили о чем угодно, но не о том, что было у каждого на уме. Все это походило на игру в кошки-мышки, и Белла ждала минуты, когда можно будет удалиться. Тут вошел Джоллифф и объявил его светлости, что прибыл капитан Хантли.