Сезон соблазна - Тереза Ромейн

Несколько минут они с аппетитом поглощали еду в полной тишине: только раздавался хруст тостов с ветчиной. Когда желудок перестал урчать, а по телу разлилось приятное чувство сытости, Джеймс мысленно вернулся к тем целям, ради которых сюда и приехал.

Во-первых, нужно обсудить с Луизой дату свадьбы: чем скорее они поженятся, тем лучше. Во-вторых, дату свадьбы и брачный контракт, касающийся имущества, должен одобрить лорд Оливер.

Джеймса вдруг стало немного подташнивать. Может, ел слишком быстро? Продолжая хранить молчание, Джеймс выпил чашку кофе, а когда стало лучше, глубоко вздохнул и спросил:

– Где сейчас Луиза, как ты думаешь?

Джулия подняла глаза от тоста, который намазывала толстым слоем масла, и улыбнулась, так что на щеках проступили ямочки:

– Думаю, как всегда, в библиотеке. Или, может, наверху – возится с детьми, если мама еще не поднялась в детскую. Или пошла проведать новорожденного теленка. Вариантов много. Видишь, в этом доме тружусь не только я, поэтому далеко не всегда знаю, кто чем занимается.

Джеймс кивнул.

– Не поможешь ли отыскать Луизу, как только закончишь трапезу? А то как бы опять не заблудиться.

Джулия вскочила так быстро, что Джеймс услышал стук ее коленок о нижнюю часть столешницы, и вдруг изменившимся голосом сказала:

– Да, извини, пойдем. Не хочу заставлять тебя ждать.

– Не надо жертв! – в надежде рассмешить ее воскликнул Джеймс. – Доешь сначала тост и попробуй это варенье: оно такое вкусное, что пальчики оближешь.

Сопротивляться соблазну недостало сил, и Джулия снова села и принялась за черничное варенье.

– Ты прав, варенье действительно удалось нашему повару, – расправившись с тостом, пробормотала Джулия через некоторое время.

Джеймс посмотрел в свою тарелку, но еда его больше не привлекала: наелся, да и не до еды было. Он глаз не мог оторвать от Джулии, а та ела с таким упоением, что этого не замечала. Светлые локоны выбились из прически, и в их обрамлении лицо Джулии выглядело еще моложе и беспечнее. Но теперь, когда ему известен круг ее обязанностей и груз ответственности в доме, Джеймс не мог поверить, что эта девушка живет беззаботно, как птичка, и что они с Луизой практически ровесницы.

Глядя на Джулию, он чувствовал, как по телу распространяется тепло. Как она прелестна, несмотря на растрепанные волосы – или, может, благодаря им, – пусть и совершенно непредсказуема, непосредственна, импульсивна. Джеймс не знал, чего от нее ждать, и это подкупало.

Ему вдруг захотелось коснуться ее шеи, ощутить запах ее волос, поцеловать в пухлые губы. Как бы вот только отвлечь ее на пару секунд от тоста! Рука Джеймса непроизвольно протянулась вперед, но он вовремя спохватился и успел взять со стола вилку, а поскольку есть не хотелось, принялся ее вертеть.

Его мысли снова вернулись к Джулии. С каким наслаждением он сжал бы сейчас ее в объятиях, а поцелуями осыпал бы до тех пор, пока не забыла бы не только про завтрак, но и вообще про еду.

Поймав себя на этих мыслях, Джеймс запретил себе думать о Джулии. Как могла его возбуждать молоденькая девица, которая даже в свет еще выезжать не начала? Да можно ли ее вообще сравнивать с умной элегантной Луизой, которая никогда не позволила бы себе говорить с набитым ртом.

Джеймс провел ладонью по лицу, недовольный собой. Он что, рехнулся? Как можно было увлечься этой болтливой, пусть даже и хорошенькой, сумасбродкой? Джеймс решил запретить себе думать о Джулии как о женщине. Нет, не может не разговаривать с ней, конечно, не получится, пока он находится в доме Оливеров, но вот держать дистанцию попытается.

Наконец почувствовав на себе взгляд, девушка подняла глаза и с виноватым видом произнесла:

– Ой, прости за ожидание. Ты готов идти?

Джеймс молча кивнул, и Джулия, поднявшись из-за стола, сладко потянулась. Изгибы ее тела вновь ввели его в искушение и поселили в душе смуту. Нет, так он никогда не избавится от грешных мыслей!

– Как хорошо дважды позавтракать! И все это благодаря тому, что гость поздно встал и пропустил ранний завтрак.

Несмотря на все свое напряжение, Джеймс покатился со смеху.

– То есть, я хотела сказать, – начала оправдываться Джулия, – что это для деревни поздно, а не для города. К тому же ты гость и можешь вставать когда заблагорассудится. Да и вообще делай что угодно, чувствуй себя как дома!

– Надеюсь, что скоро стану членом вашей большой дружной семьи, поэтому не надо ходить на цыпочках по коридору мимо дверей моей спальни, пытаться мне угодить и специально для меня готовить второй завтрак.

Джеймс произнес эти слова бодро, но даже одна только мысль, что придется вставать ни свет ни заря по обыкновению деревенских жителей, приводила его в ужас. Оливеры завтракали в восемь часов – это же уму непостижимо! Впрочем, Джеймс знал, что придется привыкать к деревенскому укладу, если действительно решил поселиться в поместье.

– Да, конечно, ты прав… Но в любом случае было очень любезно с твоей стороны предоставить мне возможность позавтракать… еще раз.

Они вышли из малой гостиной и двинулись по коридору. Джеймс все еще плохо ориентировался в доме и смутно припоминал расположение комнат, поэтому заметил:

– Мне понадобится еще не одна экскурсия по вашему дому.

– Луиза наверняка будет рада провести для тебя экскурсию по усадьбе, – улыбнулась Джулия. – Давай сначала зайдем в библиотеку – это любимое место сестры в доме, – она проводит там много времени.

Они подошли к тяжелой двустворчатой двери, и, прежде чем взяться за ручку, Джулия постучала, пояснив шепотом:

– Луиза не любит, когда ее застают врасплох.

Джеймс кивнул и нерешительно позвал:

– Луиза?

– Боже мой, входите! – раздался изнутри раздраженный голос.

Джулия открыла дверь.

– У тебя громовой шепот, Джулия, я все слышала, – заявила Луиза. – Доброе утро, Джеймс. Как настроение? Хорошо отдохнул?

– Простите, но я, пожалуй, оставлю вас, – громким шепотом сказала Джулия, и на ее лице вновь появилась понимающая улыбка, от которой у Джеймса все сжалось внутри.

Оказавшись в коридоре, Джулия огляделась по сторонам и, убедившись, что никто ее не видит, с тяжелым вздохом прислонилась спиной к стене, а потом и вовсе сползла на пол. Обхватив руками ноги и уткнувшись лицом в колени, девушка пробормотала:

– Ну почему я всегда так глупо веду себя?

Вот выставила себя перед Джеймсом в самом неприглядном свете. Может, она вообще не способна обходиться с джентльменами так, как подобает леди: без оскорблений, без нарушений правил приличия, без ругани и употребления бранных слов? Джулия, конечно, знала слова и покруче тех, что ему довелось слышать из ее уст, но это ее не оправдывало. Джеймс был добр и любезен с ней, но Джулии следовало бы постараться расположить жениха Луизы к их семье, убедить, что он сделал правильный выбор, ведь брак сестры выгоден и ей самой. После того как выйдет замуж Луиза, настанет ее очередь выезжать в свет, чтобы найти себе мужа за пределами тесного круга соседей по поместью. Правда, родители ничего подобного никогда не обещали, но она знала: хоть выезды в свет и были тяжелым финансовым бременем для семьи, взрослая незамужняя дочь тоже обходилась недешево и не служила укреплению ее репутации.