Мы на "чертовом" катались колесе Серия: Счастливый случай - Игорь Волознев

Она тоже молчала. В груди похолодело.

— Ты должна меня понять.

— Но я не понимаю.

— Все, что между нами было, — это ошибка, случайность. Повторяю, я очень сожалею.

— Ты… только сейчас это понял?

— Нет… То есть — да… Марина, все нормально. — Судя по голосу, он наконец собрался с духом и заговорил как ни в чем не бывало: — Проблему с ребенком мы решим. Я направлю к тебе своего адвоката…

Она не дослушала его и бросила трубку. Опустившись на стул, Марина неподвижно просидела целый час. Ее душили слезы, но она не позволяла себе зареветь. «Дура, — наконец сказала она себе. — Раскатала губы на американца, к тому же богатого и красивого! Как будто не знала, что все закончится именно так!»

В сентябре в ее квартире появился мистер Джонсон.

… — Мама! — Из комнаты донесся голос Насти. — Жаконя сегодня опять каркал, как ворона! Ты купила для него корм?

— Корму достаточно, — откликнулась Марина, дочищая над раковиной последнюю картофелину.

В кухню заглянула дочь с небольшим желто-голубым попугаем на плече. Попугай чистил клювом перья.

— Когда же он заговорит по-человечески? — Настя подошла к коробке с птичьим кормом. — Даже свое имя не может толком сказать… Ну скажи: Жаконя, — обратилась она к птице.

Та невозмутимо продолжала заниматься своими перьями.

Телефонный звонок показался Марине таким неожиданным, что она вздрогнула. Наверное, Ронни! На ходу вытирая руки полотенцем, она бросилась в комнату. Схватила трубку. Сердце стучало как паровой молот, она едва могла говорить.

— Алло, — задыхаясь от волнения, вымолвила она.

— Марина, ты? — раздался голос Татьяны, и от сердца будто что-то отхлынуло. Она вдруг почувствовала усталость.

— Я, — ответила Марина, опускаясь на стул. — Чего ты?

— Ой, я тебя не узнала. Думала, не туда попала, номером ошиблась…

— Нет, это я.

— Слушай, я только что все выяснила, — затараторила подруга. — Завтра Сэндз с женой совершенно точно будет на премьере своего фильма в «Пушкинском». Ну что, съездим туда?

— Я не поеду.

— Когда еще представится такой случай… — начала уговаривать Татьяна.

— С Настькой некому остаться. И вообще, ты знаешь, я от этого Сэндза не в восторге.

— Ладно, завтра на работе поговорим. Может, еще передумаешь?

— Нет, я не поеду, это абсолютно точно!

Марина положила трубку. Конечно, она никуда не поедет. Но все же так хотелось бы хоть краем глаза взглянуть на Ронни и его жену! Особенно — на нее, на женщину, которую он предпочел ей!

«Нет. — Она нахмурилась. — Нельзя поддаваться искушению. Коли я вычеркнула Ронни из своей жизни, то должна быть твердой до конца. У меня достаточно было бессонных ночей из-за него, не хватало еще, чтобы все началось сначала…»

Зазвеневший телефон снова заставил ее вздрогнуть. Положив руку на трубку, она другой рукой схватилась за грудь, успокаивая скачущее сердце.

«Что это сегодня я так разнервничалась?»

— Марина, привет! — Голос Красильщикова звучал, как всегда, развязно и уверенно. — Как ты там живешь? Как Настя?

— Да все по-прежнему…

— Ну что ж, это тоже неплохо. Слушай, а не пора ли нам встряхнуться? Например, завалиться завтра в ресторан?

Алексей ухитрился сделать неплохую карьеру — стал заместителем директора крупной торговой фирмы. Он ездил на иномарке и два раза в год летал на заграничные курорты. Свое холостое положение он объяснял Марине тем, что женщин, которые набивались к нему в невесты, интересовали его деньги, а не он сам. По его словам, самой подходящей кандидатурой в спутницы жизни для него была только она.

Все эти годы они не прерывали знакомства. Временами, когда терпеть одиночество становилось совсем невмоготу, Марина отвозила Настю к родителям и срывалась с ним куда-нибудь в Анталию или на Канары. Но от предложений зарегистрировать с ним брак каждый раз отказывалась. Говорила, что это слишком серьезно и она должна подумать. Чутье ей подсказывало, что Красильщиков — не тот человек, который ей нужен. Да и в постели он казался бледной копией Ронни. Она ждала, сама не зная чего. И все же где-то в глубине души понимала, что рано или поздно ей придется выйти за Красильщикова. Все шло к этому…

— В ресторан? — переспросила она рассеянно.

«А что, это неплохая идея! Самое время устроить себе небольшую встряску, чтобы отделаться от навязчивых мыслей о Сэндзе!»

— Пожалуй, можно. Завтра после работы заскочу в детский сад за Настькой, отведу ее домой и к девяти часам я свободна.

— Вот и отлично, — замурлыкал Алексей. — Ресторан «Монте-Кристо» на Профсоюзной. Недурное местечко, я там уже был пару раз. А потом на часок заедем ко мне, да?

— Но только чтоб этот часок не растянулся на всю ночь!

— Марина, ты же меня знаешь… Значит, завтра встретимся в девять?

— В девять.

На следующий день в девять часов вечера Марина с Настей и Татьяна стояли в толпе у металлического ограждения перед входом в кинотеатр «Пушкинский». Им удалось протолкаться к самому поручню. Дальше не пропускала милиция. Зрители, купившие билеты, проходили в кинотеатр через двери на верхней балюстраде, а внизу был особый вход для гостей кинофестиваля. Здесь-то их и дожидались поклонники.

Гости подкатывали один за другим. Толпа, состоявшая в основном из молодых девушек, встречала их восторженными криками и свистом. Милицейский капитан время от времени подносил ко рту мегафон и просил публику не напирать на поручни. В ответ раздавались свист и смех.

Марина поставила дочку на перекладину ограждения и придерживала ее сзади. Настю все вокруг жадно интересовало. Она поминутно показывала пальчиком то на милиционеров, то на подъезжающие лимузины.

— А что это там за тетя? А дяди куда идут? Почему они входят, а нам нельзя?

Марина терпеливо объясняла:

— Эти дяди и тети купили билеты… А вон та тетя снимается в кино…

Толпа громким криком приветствовала известную французскую киноактрису, выпорхнувшую из белоснежного «порше». «Звезда» помахала толпе рукой и, сверкая серебристым платьем, скрылась в дверях кинотеатра в сопровождении двух мужчин в черном.

Татьяна нетерпеливо смотрела на часы.

— Сэндз должен скоро появиться… Говорят, он ездит в синем «ягуаре»… Смотри, вон какая-то синяя машина! Сворачивает сюда!

Толпа заволновалась и прихлынула к поручням. Снова требовательно зазвучал мегафон. К кромке тротуара, сигналя, медленно подъехала темно-синяя иномарка и остановилась.

— Ронни! Ронни Сэндз! — послышались крики.

Общий гвалт усилился, когда задняя дверь лимузина раскрылась и показался Сэндз. При виде его группка девчонок истерично завизжала. В одном месте ограждение, не выдержав напора, опрокинулось, и с полдюжины поклонниц ринулись к машине. Милиционеры бросились поднимать ограждение и сдерживать толпу, однако нескольким красоткам удалось-таки прорваться к Сэндзу. Из передней двери «ягуара» выскочил телохранитель и устремился им наперерез. Ронни сделал ему знак не волноваться, спокойно взял из рук первой подбежавшей девушки рекламную афишку со своим портретом и достал из кармана авторучку.