Муки обольщения - Джо Гудмэн

— Твою гордыню я разглядела с самого начала, хотя в некоторых случаях было бы неплохо запрятать ее куда-нибудь подальше, оставаясь при этом добропорядочным человеком.

— Ты права, — вздохнул Ной, надкусывая новое яблоко, — абсолютно права.

Стряхнув хлебные крошки, Джесси принялась искать в корзине сыр.

— А почему никто не сообщил тебе о Хилари раньше?

— Вот это как раз мне легче всего понять. Мы, Маклелланы, по натуре своей воины. Для нас любая проблема требует особой стратегии.

— Подобно твоей Стратегии? — поддела его Джесси.

— Точно, — виновато ответил Ной. Доев яблоко до конца, он выбросил огрызок в реку. На одно мгновение показалась над водой и снова скрылась из вида маленькая

— рыбка, отчего поверхность реки покрылась рябью. — От меня скрыли правду, потому что хотели избавить от страданий, а может быть, боялись, что я назову их лжецами. И братья, и их жены были уверены, что только время и расстояние помогут мне взглянуть на Хилари их глазами. Вот почему они отправили меня в Англию. — Ной взъерошил волосы. — Я выговорил им за то, что они вмешивались в мою личную жизнь, поэтому отец и Иерихон ничего не стали предпринимать, узнав о твоем уходе. — Ной вздохнул. — Я был на них очень зол. Меня расстроило, что они так бесцеремонно лезли в мою душу.

— Ты хотел поговорить со мной прошлой ночью об этом?

Скрестив ноги, Ной откинулся назад, опершись на локти, и внимательно посмотрел на Джесси:

— Вот мы и подошли к нерешенной проблеме, о которой я недавно упоминал. Джесси, пожалуйста, не отворачивайся. Мне будет легче разговаривать, если я буду видеть твои глаза. Догадываюсь, почему ты не поняла меня прошлой ночью. У тебя очень хорошая и живая реакция, но нам обоим сейчас нужно другое. Прежде всего необходимо решить, что делать дальше.

Джесси тут же перешла в наступление:

— Ной, я не хочу больше быть твоей проституткой. Думала, что смогу, но ошиблась. Вначале я ощущала только горечь в душе, но потом и она прошла, а внутри стало пусто, мертво… и противно. — Джесси вздохнула, посмотрев на него широко раскрытыми честными глазами. — Очень хорошо, что я не испытываю к тебе чувства ненависти, и что ты уже меньше злишься на меня. Но кем мы стали друг для друга? Я знаю, что должна выполнять определенные обязанности жены, но, может быть, тебе лучше поискать развлечения где-нибудь на стороне? Если ты хочешь собственного ребенка, что ж, мы могли бы поговорить об этом. Я не против лечь с тобой в постель с целью завести ребенка. Но не более того… О Господи, все так запутано. — Джесси нервно перебирала складки своей юбки. — Помоги мне, Ной, ты же знаешь, что я пытаюсь сказать.

Ной присел и отодвинул корзину, чтобы она им не мешала. Наклонившись вперед, он взял руку Джесси и сжал ее, как бы успокаивая.

— Конечно, я понимаю. Ты ясно выразилась.

— Значит, ты согласен?

— Нет.

Джесси нахмурилась.

— О Господи.

Выпустив ее руку, Ной снова лег, облокотившись на одеяло.

— Джесси, я не хочу искать развлечений на стороне. Но меня, как и тебя, не устраивают наши отношения. Я сожалею о многих произнесенных словах и совершенных поступках, но больше всего о том, что насильно требовал от тебя физической близости. От этого не испытываешь никакого удовольствия.

— Ной…

— Я говорю не только о физическом удовлетворении-перебил пытавшуюся что-то возразить Джесси Ной. — Это я от тебя получал, но ты и сама наслаждалась нашей любовью, не отдавая при этом ни души, ни сердца. Я не подозревал, что это меня будет так сильно задевать. Полагал, что по праву могу пользоваться тобой. Но я ошибался, Джесси. Страшно ошибался. — Поверит ли она ему? — Вчера утром ты отвернулась от меня, выкрикнув, что я тебе неприятен. Ты думаешь, каково мне было? Давать и ничего не получать взамен.

— Не знаю. — Джесси смущенно опустила глаза. Она теребила кончик косы. — Однажды ты сказал, что мое удовольствие не столь важно. Теперь отрицаешь это. По-моему, ты сам запутался в своих собственных мыслях.

— Да, я дал тебе все основания так считать. Но это на самом деле неверно. Я точно знаю, что хочу, и всегда знал, хотя и не признавался. Ни себе, ни тебе.

Джесси вопросительно посмотрела на него.

— Мне хочется привязанности, взаимности, обязательства и… доверия.

Джесси, удивленная егс искренностью, продолжала молчать.

— Эти понятия что-то значат для нас?

Когда он улыбался ей так, как сейчас, ободряюще и обнадеживающе, Джесси верила, что все еще возможно. И все-таки она еще не готова была ему уступить. Слишком много раз Ной растаптывал ее чувства, и она не могла забыть об этом.

— Наверное, со временем в нашей совместной жизни появятся эти понятия, — осторожно произнесла Джесси. — Но они станут для нас что-то значить, только если

— наш брак перестанет быть простой формальностью.

— Я тоже так думаю, — серьезно произнес Ной. — Мне очень хочется, чтобы ты была счастлива. А это возможно в браке со мной? — Он мысленно умолял Бога услышать положительный ответ.

— Иногда мне кажется, что возможно.

— Сердце Ноя забилось сильнее. Это было началом.

— Но мы не перестанем спорить друг с другом.

— Знаю.

— А порой будем делать друг другу больно.

— Но непреднамеренно, — быстро вставила она

— Согласен, непреднамеренно.

— Значит, это не так уж и плохо.

Ной опять лег на одеяло и, подложив под голову ладони, уставился в голубое безоблачное небо.

— По-моему, у нас начинают налаживаться отношения, правда?

Она неуверенно кивнула:

— Кажется, да.

— И мне больше не стоит тревожиться, что ты снова сбежишь среди ночи?

. — Нет, думаю, уже не стоит, — искренне ответила Джесси.

— Подозреваю, что когда-нибудь я все-таки сделаю что-нибудь такое, от чего ты вновь захочешь броситься в бега, — шутя поддел ее Ной.

— Думаю, что смогу устоять, — со смехом сказала она, принимая игру.

— О Господи, Джесси, — взмолился он, — надеюсь, что так и будет. Я не хочу расставаться с тобой. Я хочу быть твоим мужем.

Джесси изумилась: он явно говорил искренне, и все же сомнения не покидали ее.

— Как такое возможно, Ной? Ведь я настолько усложнила твою жизнь!

— Но в преодолении трудностей есть своя прелесть. Во всяком случае, я их не боюсь, а кое-что мне даже нравится.

— Ты говоришь о Гедеоне?

— И о нем тоже. Ты должна знать, что я люблю малыша и буду любить даже тогда, когда у нас появятся собственные дети. — Ной взглянул украдкой на Джесси, пытаясь оценить ее реакцию. Мечтательная улыбка на ее лице предвещала хорошее. Определенно, идея иметь от него детей не вызывала у нее отвращения. — Ты хотела бы иметь много детей?