Леденящее пламя - Джуд Деверо

Лиандер ударил коня каблуками, начав кричать и стрелять из пистолета, вытащил из кобуры у седла винтовку и разрядил ее в воздух. Несчастное животное, напуганное странным ездоком, шумом и пороховым дымом, рванулось вперед с головокружительной скоростью. Ли хотел обратить внимание людей шерифа к себе и отвлечь их от своей жены.

Ему это удалось.

Когда несколько «случайных» пуль взметнули фонтанчики земли в футе от возглавлявшего отряд всадника, мужчины остановились, сдерживая лошадей и давая Ли драгоценные мгновения: ему нужно было добраться до Блейр раньше них.

В итоге они все съехались одновременно. Одного взгляда на мрачное лицо шерифа было достаточно, чтобы убедиться в правдивости слов Лего: представители закона собирались выяснить, действительно ли одна из Чандлеров замешана в ограблении.

— Черт побери! — заорал Ли, обращаясь к Блейр, соскочил на землю и хлопнул коня по крупу, направляя его в сторону города. — Тебя нельзя оставить ни на минуту! — Он забрался в коляску, взял в руки поводья и посмотрел на шерифа:

— Только дай женщине экипаж, хлопот не оберешься. Но что самое ужасное, она всегда делает все за других и не думает о собственной безопасности.

Шериф довольно долго смотрел на Ли, так долго, что на лбу у последнего выступил пот.

— Тебе, парень, следовало бы приглядывать за своей женой, — мрачно проговорил шериф. — А то это сделает кто-нибудь другой.

— Да, сэр, — сказал Ли, — я начну приглядывать за ней с утра.

— Шесть часов, Лиандер. Я даю тебе шесть часов, иначе этим кем-то стану я.

— Да, сэр, — ответил Ли, чувствуя, что сейчас заплачет слезами благодарности. — Это не займет у меня так много времени.

Он хлестнул лошадь поводьями и выехал на дорогу, направляясь к багажной конторе вокзала.

Только когда они очутились на дороге, Блейр заговорила:

— Ты все-таки приехал. Как ты узнал, что отправка состоится сегодня? Ли не смотрел на нее.

— Помолчи, если желаешь себе добра. Иначе я как следует выпорю тебя и запру дома до конца твоих дней.

— Меня? Меня! — У нее перехватило дыхание. — Я просто заменила тебя. Я надеялась, что, если хоть раз пройду через это, ты поймешь, какому унижению подверг меня.

— Заменяла меня! — Он повернулся к ней — глаза его метали молнии. — Ты что, считаешь, что это я украл ценные бумаги? Что я работаю на Лего?

— А что еще ты мог делать? Как врач, ты зарабатываешь немного, но можешь позволить себе оборудовать клинику, купить дом, тратить деньги на меня, ты пришел домой с огнестрельными ранами… — Она замолчала, потому что Ли остановил коляску рядом с темным зданием конторы.

Он спрыгнул на землю:

— Слезай и посмотри, что повесил на тебя Лего. Пока Блейр спускалась. Ли достал из-под сиденья небольшую деревянную шкатулку и открыл ее. Она была полна бумаг. Лиандер вынул несколько и поднес их к фонарям коляски.

— Дело даже не только в том, что ты оказалась бы воровкой, все это принадлежит Таггерту и Национальному банку Чандлера. Ты могла разорить половину города.

Осознав сказанное, Блейр пошатнулась и села на подножку.

— О, Ли, я не знала. Я думала только… Он схватил ее за плечи и поставил на ноги.

— Сейчас у нас нет времени на объяснения. Нужно посмотреть, что натворил Лего. Возьми свой чемоданчик.

Он снял с коляски один из фонарей и побежал к двери, Блейр за ним — с тяжелым медицинским чемоданчиком в руке.

Вход в контору был только один. Войдя туда, они увидели, что большой сейф открыт и пуст, а перед ним лежит тело. Поскольку ни электричество, ни телефонная связь сюда не доходили, оставался только свет фонаря.

Ли первым подбежал к лежавшему мужчине:

— Это Тед Хинкель. Он жив, но его здорово стукнули по голове.

Блейр открыла чемоданчик и достала нюхательную соль.

— Если ты не работал на Лего, куда ты ездил? Ли тяжело вздохнул, беря у нее соль:

— Я думал, что смогу спасти тебя от тебя самой, но, похоже, мне это не удастся. Я не говорил тебе, чем занимаюсь, потому что боялся, что ты совершись какой-нибудь необдуманный поступок, вроде этого. А что касается меня, то в течение некоторого времени я провожу в шахтерские поселки профсоюзных агитаторов.

— Профсоюзных агитаторов? — растерянно переспросила она. — Но Лего…

— Как ты могла поверить, что я имею дело с этим преступником? Ты сама сказала, что он должен ненавидеть меня. Думаю, он узнал про агитаторов, выведал, что тебе я ничего не говорил, и использовал свое знание, чтобы заставить тебя поработать на него. Если бы ты вывезла бумаги из города — прекрасно; если нет — еще лучше; он сполна расплатился бы со мной за тюрьму.

— Но деньги… — начала Блейр, поднося фонарь поближе к голове Теда. Услышанное не укладывалось у нее в голове.

Ли хмурился, пытаясь вернуть к жизни неподвижное тело.

— И как мог такой человек, как я, влюбиться в такую, как ты? Меня воспитали с мыслью, что заработки мужчины — это его личное дело, и только его. Моя мать из очень богатой семьи, я, конечно, не могу сравниться с Таггертом, но денег у меня больше чем достаточно. Я даже говорил тебе об этом.

— Да, но клиника стоит очень дорого.

Сжав зубы. Ли приподнял Теда.

— Если мы из этого выберемся, я покажу тебе свои бумаги. Я могу позволить себе двадцать клиник.

— О, — ответила Блейр и вручила ему карболку и кусок ткани, чтобы продезинфицировать рану Теда. — Значит, я только что украла… Сколько я украла?

— Миллион долларов.

Бутылочка с карболкой выпала у нее из рук, но Ли успел подхватить ее.

— А как ты узнал и почему там был шериф? И что это за шесть часов?

— Хьюстон почувствовала, что ты в опасности, а Мэри Кэтрин выяснила, где тебя видели в последний раз. Лего выдал тебя шерифу, а шериф дал мне шесть часов, чтобы вернуть бумаги на место и чтобы никто не догадался, что они были украдены. Эй, Тед, очнись! Блейр закрыла лицо руками:

— О, Ли, что я натворила!