Научи меня - Людмила Молчанова

- Если только выгонишь.

Девушка удивленно подняла брови и привстала на локте, заглядывая мужчине в лицо.

- А я должна?

- Кто тебя знает? Ты у меня девушка непредсказуемая. Может, возьмешь сейчас и взашей вытолкнешь отсюда.

Он откровенно подтрунивал и смеялся над ней. Катя шутливо зарычала и ткнула кулачком в плечо.

- Вот, а я о чем? Сейчас ты меня бьешь уже. А дальше что будет?

А дальше Катя с ужасом замерла, услышав, как скрипнула дверь детской. А потом топот детских ножек начал стремительно приближаться.

Она, действуя скорее на автомате, нащупала одеяло, накинула на них с Мишей, так чтобы полностью закрыть их тела, и настороженно повернула голову к входу.

Кирилл имел обыкновение запрыгивать к ней в постель, а если так получалось, что на работу ей было не нужно, то еще и поваляться, подремать. Посмотреть мультики. В общем, ему было чем заняться.

Подольский с интересом приподнял голову и высунулся через ее плечо. Катя наградила мужчину раздраженным и боязливым взглядом зверя, загнанного в тупик, и...опрокинула его на подушку, накрыв с головой одеялом.

Снова повернулась к двери и выдавила приветственную улыбку.

- Катя, я проснулся, - Кирилл кулачком потер заспанные глазки и прошлепал к дивану. - Доброе утро.

Она покрепче вцепилась в одеяло и взглядом выхватила разбросанные по комнате мужские вещи, на которые племянник пока не обращал внимания. Или просто не увидел.

- Доброе утро, сладкий. Как спалось?

- Хорошо. Вчера Миша приходил, ты знаешь?

- Дядя Миша.

- Ну да. Я ему вчера показывал наши рисунки, - мальчик с гордостью выпятил грудь. - Он сказал, что красиво. И у меня лучше.

- Это замечательно, - преувеличенно бодро воскликнула Катя и почувствовала, как лежавший рядом Миша задрожал от едва сдерживаемого смеха. Не выдержав, она просунула одну руку под одеяло и легонько стукнула мужчину по боку. Одеяло шевелиться перестало. - Солнышко, ты иди одевайся и заправляй постель. Я уже встаю.

- А еще я ему Боню показал. Мише понравилось имя, которое мы придумали.

- Супер! Я очень рада, - она нервно улыбнулась и чуть раздраженнее, чем следовало, попросила: - Кирилл! Иди пока в комнату. Я сейчас приду.

Племянник ее как будто не слышал.

- И я ему все про танцы рассказал, - продолжил ябедничать и изливать душу малыш. - И Миша мне разрешил не ходить. Правда, Миш?

Катя в панике замерла, страшась даже оглядываться назад. Господи, она укрыла же Подольского. Спрятала. Неужели Кирилл заметил?! Господи-господи-господи!

- Я такого не говорил, - раздался приглушенный голос из-под одеяла, и через секунду оно было откинуто в сторону. - Я наоборот сказал, что это полезно.

Девушка обернулась и сузившимися от гнева и собственного бессилия глазами обвела мужчину взглядом. И грязно выругалась себе под нос. Позаботившись о закрытии этого наглого, улыбающегося лица, она упустила из виду рост Миши. И длину одеяла, которое оставляло их ноги открытыми. Точнее, Мишкины ноги, которые мужчина развязно скрестил в лодыжках. И вообще, выглядел развеселившимся от всей этой гадской и крайне неудобной ситуации. А ей хоть на стенку лезь!

Кирилл тем временем обрадовано пискнул, запрыгнул на кровать и стал переползать через тетку поближе к Михаилу. Катя в панике вцепилась в соскальзывающую ткань и подтянула ноги к груди.

- Держи одеяло, - прошипела она Мишке и по его лицу она поняла, что он только сейчас осознал все масштабы трагедии. К слову сказать, Кирилл мог просидеть с ними и час, и два - в зависимости от настроения. - Ради бога, Миша, держи это чертово одеяло!

Он кивнул и с опаской покосился на довольного мальчугана, уютно устроившегося между ними. Кирилл уселся по-турецки и повернулся к Мише всем корпусом, с интересом его рассматривая. И Катя не могла не позлорадствовать. Теперь она посмеется.

- Доброе утро, - жизнерадостно прощебетал Кирюша, с любопытством разглядывая Мишку. - Я проснулся.

Подольский кинул умоляющий, требующий помощи взгляд на девушку, которая всеми силами вцепилась в край одеяла и круглыми как блюдца глазами глядела на своего ребенка. Помочь она, по-видимому, ничем не могла.

- Да уж, я вижу, - Миша на всякий случай сдвинулся к краю кровати. - Я вот тоже...только что.

- Давай я тебе мультик покажу, - мальчик резво спрыгнул с дивана, добежал до журнального столика, взял пульт и вернулся на место. Катя с Мишей не успели даже пошевелиться. - Вот. Сейчас я тебе покажу.

Катя тяжело сглотнула и наклонилась к мужчине - насколько позволял сидящий между ними племянник и одеяло.

- Это надолго, - потерянным голосом прошептала она ему на ухо, краем глаза внимательно следя за Кириллом, ищущим нужный канал. Даже от усердия язык высунул. - Сейчас будет Спанч Боб...

- Это я уже видел, - Миша хмуро пожевал губу. - Вчера Кирилл показывал.

- Не волнуйся, - почти без злорадства успокоила Катя. - Там серий много.

Мужчина окинул ее кислым взглядом и скрестил руки на широкой груди.

- Много это сколько?

- Много. Но это не все. Потом будет Супер Том. А потом Дора.

- И долго мне так сидеть?

Катя с претензией взглянула на него и уж было приподнялась на локте, но почти сразу же испуганно натянула одеяло до самой шеи.

- Ко мне какие вопросы?

- Никаких, расслабься.

- Расслабься тут. Вот если бы ты спрятался, - с досадой надула припухшие губы девушка и откинулась на подушки, - мы бы сейчас отсюда выбрались.

- А отвлечь его никак? Я хотя бы штаны натянул.

- Как я его отвлеку? Я не больше тебя одета.

Миша со значением на нее покосился, задержав взгляд на бурно поднимавшейся груди, обтянутой одеялом. Девушка выглядела потрясающе - немного растерянная, капельку недовольная и так до сих пор и не отошедшая от их ласк. Даже на расстоянии она чувствовалась потрясающе теплой, почти горячей, и очень нежной.

- Ну не знаю, - протянул Подольский. - А рядом с тобой ничего накинуть нет?

Кирилл к этому моменту нашел нужный канал и приполз обратно на место. Пыхтел, ворочался, устраиваясь между ними, и минут через пять угомонился, с интересом глядя на экран, а не на них. Но реагировал на малейшее движение, вскидывая проницательные голубые глазки. Приходилось молча, поглядывая друг на друга поверх русой головы, заговорщически переглядываться и досадно вздыхать.

Катя уже не могла сидеть на одном месте. Двигаться и совершать лишние телодвижения она боялась, но и напоминать истукана уже устала. К тому же утренние потребности никто не отменял. Она страдальчески поерзала и, не зная, что еще сделать, взбила подушку.