Витамины любви, или Любовь не для слабонервных - Анна Макстед

Меня смущало, что Анжела ждет от меня проявления силы. Я-то предпочла бы спрятаться в доме, никого не видеть, хандрить и жалеть себя. Мать же хотела, чтобы я не таила обиды. Да, вот еще кто остается для меня тайной: люди, которые не таят обиды. Естественно, я не буду таить обиды на Роджера, — после того как с ним поквитаюсь. Как можно быть сильной и прощать обиды? Вы можете претендовать на благородство, достоинство, предъявить много убедительных причин, оправдывающих ваше нежелание нанести ответный удар. Вами будут восхищаться и кивать. А в душе будут думать: «Да он просто струсил». Роджер испортил почти всю мою жизнь, не говоря уже о жизни Анжелы, и был уверен, что ему все сойдет с рук, потому что мы трусливы. Но меня это не устраивало. Те, кто не отвечает ударом на удар, могут сколько угодно твердить о своей моральной победе, но фактически это пустые слова.

Я уверена, что понятие «моральная победа» придумано для утешения слабых, которые никогда не смогут отомстить за свои обиды. Вот им и внушают, что они одержали «моральную победу», чтобы, с одной стороны, их утешить, а с другой — чтобы они не лезли со своими проблемами.

Я же хотела, чтобы мой враг проклял тот день, когда решил испортить мне жизнь. Мне нужно было видеть его на смертном одре, простирающим ко мне руки в рыданиях: «Я виноват, Ханна, прошу, прости меня». Но я бы все равно его не простила. Единственное, что я бы сделала, — помахала бы ему рукой на прощание и сказала бы: «Счастливого пути в ад!»

Я была очень сильно сердита на отца.

Я могла бы строить планы мести до утренней зари, но зазвонил телефон.

— Ханна, это ты?

— Джейсон!

Услышав его голос, я подумала: «Он своей мамы больше никогда не увидит». После этой мысли жалость к нему и радость за себя смогли немного вытеснить злобу на отца из моей души.

— Привет! Прости, что так долго не звонил. Как дела? — У Джейсона был серьезный, озабоченный голос — таким обычно говорят, боясь огорчить душевнобольного. Я вспомнила: ведь он убежден, что это он оставил меня.

— Не очень хорошо, но я переживу, — стремясь потешить его самолюбие, я постаралась, чтобы мой голос прозвучал достаточно скорбно.

— Ханна, — сказал Джейсон, глубоко вздохнув. — Мне очень жаль, но ты должна согласиться, что я не могу жениться на женщине, которая не хочет иметь детей. Это было бы несправедливо по отношению к нам обоим. Честно говоря, я подумал, может, ты снова сойдешься с Джеком, раз меня нет на горизонте.

Это было так трогательно. Он был уверен, что я подожду с личной жизнью, надеясь, что он снова появится на моем горизонте.

— Ну, раз выбора нет… — Джейсон был слишком уверен в своей неотразимости, что бы почувствовать иронию в этих словах.

— Напрасно ты так, он отличный парень, — рекомендовал мне моего бывшего мужа Джейсон, который, честно говоря, Джека совсем не знал.

Мне стало стыдно и дальше продолжать свои издевки над Джейсоном. Я решила сменить тему беседы:

— А как твои дела?

— Просто супер! Вообще-то я звоню, чтобы сообщить тебе хорошие вести. Верней, хорошие для меня, плохие для тебя. Мы с Люси снова помолвлены.

— Да это здорово! — воскликнула я. — Поздравляю!

— Ты, правда, так считаешь? — озабоченно спросил Джейсон. — Серьезно? Ты не очень расстроена?

— Да я рада за вас обоих, Джейсон, честно!

— Спасибо! — Он явно обрадовался моей реакции. — Между нами, Люси не хотела, чтобы я тебе звонил. Она уверена… — он понизил голос, — что ты немножко зациклилась на мне.

Ну, что я должна ему ответить, чтобы не уронить своего достоинства и при этом не обидеть его?

— Джейсон, успокойся: я не опасна ни для одного из вас. Я всегда буду очень любить тебя. Но все же тебе не стоит рассчитывать, что я буду заниматься твоими детьми. Желаю вам обоим всего самого наилучшего…

— Хоть ты и ненавидишь брак?

— Что я слышу! Кто тебе сказал, что я ненавижу брак?

— Ты сама.

— Мне не подходит семейная жизнь. Только мне. Потому что один раз мой брак не состоялся, по моей вине. Именно я не гожусь для брака. Ну, к примеру, ведь не поедет автомобиль, если его заправить апельсиновым соком. Понял, Джейс? Я не против браков в принципе, так же как не против, скажем, апельсинового сока вообще, — что-то я запуталась. — Я хочу сказать, не против машин. Машина — это хорошо, если, м-м-м, она заправлена бензином.

— Кажется, я понял твою мысль.

— Джейсон, я же не асоциальная идиотка, я не думаю, что все браки — зло. Я уверена, что вы с Люси отлично подходите, друг другу и у вас будет счастливая семья.

— Спасибо, Ханна. Очень… приятно от тебя это слышать. Ну, тогда я воспользуюсь возможностью: приглашаю тебя на свадьбу. Придешь?

— С удовольствием!

— Только я боюсь… там мест немного… даже еще одного гостя не втиснуть.

— Ну и отлично, Джейсон.

— Так что, э-э-э, не приходи на церемонию.

— Поняла.

— И на… м-м-м… обед. М-м-м, ты будешь в числе послеобеденных гостей. Там подадут сэндвичи и торт.

Он даже представить себе не мог, как меня это обрадовало. Свадьба отнимает целый день из твоих выходных, да что там, — все выходные! Повезло тому гостю, которого не позвали ни на церемонию, ни на обед, потому что можно провести все утро и полдень перед ящиком, поедая печенье.

— Джейсон, — сказала я, — для меня это большая честь — быть приглашенной на такое важное событие в твоей жизни, даже если меня пригласили только на торт.

— Ханна…м-м-м… дело в том, что семья Люси… она невероятно большая… Я…

— Да расслабься, Джейс, я же пошутила. Клянусь, послеобеденный прием мне очень даже подходит.

— Ну и хорошо. — По голосу было слышно, что он улыбается, — я на это и рассчитывал. — Он уже собрался вешать трубку, но тут я его остановила:

— Джейсон!

— Чего?

Я замолчала, не зная, как сформулировать свою мысль.

— В общем, ты, наверное, и сам все это знаешь, но последние десять лет мы… очень плотно с тобой общались, и я считаю, что вправе тебе это сказать. Может, тебе никто еще этого не говорил… — Черт, как же мне передать ему свою мысль? — Хоть твоя мама и умерла… — Да, браво, Ханна, грубее не могла придумать? — …но я уверена, что она смотрит на тебя оттуда… — Наверное, так можно сказать, даже Анжела уверена, что ее мама смотрит на нее сверху, пусть даже с неодобрением, — …и, я думаю, она просто лопается от гордости от того, какого чудесного мальчика она родила. Она радуется, что в свое время заложила в него то, что надо. Надеюсь, ты согласен со мной. Вот и все, что я хотела тебе сказать. Просто хотела, чтобы ты знал.

В трубке повисло молчание. Потом Джейсон сказал: