Поклонница (СИ) - Игнатов

— Уф!

Да, он был невыносим. И всё равно уезжать из его холостяцкой однушки было грустно.

***

WhatsApp

Михаил: Ты правда вернулась навсегда?

Ульяна: Да.

Михаил: Тони обидел тебя?

Ульяна: Забавно, что вы все об этом спрашиваете.

Михаил: Кто это «все»?

Ульяна: Ты, Саша.

Михаил: Саша? Это Гелевые волосы?

Ульяна: Прекратите его так называть!

Михаил: Ты первая начала. И что у вас с ним?

Ульяна: Длинная история.

Михаил: Я не тороплюсь.

Ульяна: Попозже расскажу.

Михаил: Ты сильно расстроилась из-за Тони?

Ульяна: Это не то слово, Миш. Но я буду в порядке когда-нибудь.

Михаил: Смотрела, как расстаются Кадди и Хаус под мороженое?

Ульяна: Ты знаешь меня слишком хорошо. И меня это по-прежнему пугает.

С Мишей мы не встречались лично. Только переписывались. Иногда созванивались. Я всё ещё не была уверена, что могу ему доверять. Мне так и казалось, что сейчас он скажет какую-нибудь гадость про Тони. И будет прав, но я до сих пор болезненно, каждой клеточкой тела, переживала наш разрыв.

WhatsApp

Михаил: Кстати, Полина была уверена, что у нас с тобой роман.

Ульяна: Да ладно?

Михаил: Ага. Помнишь, в школе трепалась вся параллель? Это она распустила сплетни.

Ульяна: Зачем ей это надо было?

Михаил: Как там говорится, на войне все средства хороши?

Ульяна: И ты всё ещё надеешься, что после этого я смогу с ней быть подругами?

Михаил: Я не прошу тебя дружить с ней, я прошу тебя принять её.

Ульяна: Миш, если тебе хорошо с ней, пожалуйста. Просто я не хочу, чтобы она снова стала причиной боли и разочарования.

Михаил: Не станет… Слушай, давно уже хотел поговорить с тобой. А ты никогда не думала, что мы с тобой… ну, можем быть больше, чем друзьями?

Ульяна: ЧТО?

Михаил: Ну… мы много времени проводили вместе. Вдруг вспыхнули бы какие-нибудь чувства?

Ульяна: Миш, прости, но нет. Ни разу. И тем более не сейчас.

Михаил: То есть ты даже не заметила, когда я пытался подкатывать к тебе?

Ульяна: Когда это?

Михаил: Давно уже… Вначале учёбы в универе. Но потом оказалось, что ты нашла уже себе парня.

Ульяна: Миш… Ты правда хотел со мной встречаться? Я понятия не имела. Но почему ты никогда не говорил об этом?

Михаил: Не хотел выглядеть ещё большим дураком. Но меня быстро отпустило. Так что не волнуйся, никакого разбитого сердца.

Ульяна: Я бы не пережила, если бы это случилось.

Михаил: Теперь у меня есть Поля, а у тебя Гелевые волосы.

Ульяна: ПЕРЕСТАНЬ! Саша классный, временами бесячий, но очень добрый.

Михаил: Что я слышу? Кто-то кому-то, кажется, нравится?

Ульяна: Не смеши меня.

Михаил: Ещё увидим. Готов спорить, что он тебе нравится.

Ульяна: Нет!

Михаил: Ещё как да, раз ты так сопротивляешься.

Ульяна: Блин… ты и правда, знаешь меня слишком хорошо.

Михаил: И пора уже перестать этого пугаться.

Так, постепенно, мы с Мишей снова становились лучшими друзьями. И пора уже было признать, что Саша давно стал значить для меня намного больше, чем я думала. Возможно, это началось значительно раньше, ещё когда мы впервые работали вместе. Теперь же, когда он приезжал в «Феникс», я не могла не улыбаться и уже смирилась с неровными и гулкими биениями собственного сердца. Неужели оно оживает вновь?..

Эпилог

Сегодня у меня важный день. Я с особым пристрастием выбираю платье, хочу произвести впечатление. Хотя, может, это не обязательно. Мы знаем с Мишей друг друга уже очень давно, со школы. Он видел меня и с разодранными коленями, и в мешковатой спортивной форме, и в вечернем аляпистом платье на выпускном вечере, и строгом костюме для работы. Так что мне нет нужды особо выпендриваться. Но я всё равно стараюсь. Останавливаю выбор на бледно-бирюзовом платье и выбираю подходящие серёжки.

Мы сидим в нашем любимом кафе и едим одно пирожное на двоих. Странно, но, кажется, что за этот год он почти не изменился, а я прошла огромный путь и стала совсем другой. Я знаю, что не объективна. Внешне это всё тот же Мишка, только более стильный; видимо, Полина взялась за него или просто повлияла. Но я вижу, что он больше не тот затюканный и забитый мальчик, каким я знала его всю жизнь. Нет, это молодой мужчина, который даже если и сомневается в себе, то не показывает этого.

— И что он сказал тебе на это? — спрашивает Миша, когда я заканчиваю краткую версию того, что случилось со мной в Лос-Анджелесе, когда мы почти не разговаривали. Я говорю «краткую», но на самом деле прошло уже часа три, и я устала, а