Спасение Рейн - Келси Кингсли

Глубоко вздохнув, я вышел из машины и направился к главному входу в жилой комплекс. Здесь всегда не хватало хоть какого-то подобия безопасности. С тех пор как мы переехали, главная дверь никогда не запиралась, а на территории комплекса не было ни одной работающей камеры наблюдения. Поэтому не удивился, обнаружив ее незапертой, но то, что ручка больше не поворачивалась и не защелкивалась, меня огорчило.

— Что за хрень? — пробормотал я, входя в холл и осматриваясь по сторонам.

Лампа, висевшая прямо над дверным проемом, мерцала в ответ, пока я шел к лестнице, перешагивая через обрывки мусора, пустые сигаретные пачки и случайные пластиковые пакеты. Лестница скрипела под ногами, а перила раскачивались под моей хваткой. У застройщика в этом месте был бы настоящий праздник. Все здание, скорее всего, было бы разрушено, и всем этим людям — тем, кто остался — пришлось бы искать другое место, чтобы прятать свои наркотики и все остальное, чем они занимались.

Ничем хорошим — это уж точно. Никто в этом здании никогда не занимался ничем хорошим.

Поднявшись на три этажа, оказался у двери своей матери. Я уставился на стальную плиту и облупившуюся краску фасада, за миллисекунду осознав, что боюсь стучать.

Ответит ли она? Или ответит Леви? И что, черт возьми, я вообще скажу? Ведь, черт побери! Мне так важно было оказаться здесь, увидеть ее, рассказать ей о прошлом, и я тысячу раз прокручивал в голове эти слова во время двухчасовой поездки, пока Гарри напевал классический рок и рассказывал мне о своей новой стиральной машине. Но сейчас, стоя перед изношенной и потрепанной дверью, через которую когда-то проходил сотни раз, мой разум был чистым, незаполненным листом.

«Возвращайся вниз, садись в машину Гарри и убирайся отсюда к чертовой матери».

«Но как же получить ответы? Гарри спросит, говорил ли я с ней. И что, черт возьми, я бы ответил?»

«Скажи ему, что никого не было дома. Скажи, что…»

Из-за двери доносились голоса. Приглушенные слова, произнесенные резким тоном. Одним из голосов была моя мама, я это знал, но кто были остальные? С ней был один, нет, двое мужчин. Они говорили грубо, пылко, когда подошли ближе. Они ругались, спорили? Я не мог сказать, но те направлялись в сторону кухни, ближе к тому месту, где стоял я, и, услышав звук открываемых замков, я бросился бежать. Поспешил к лестнице, готовый уйти.

— Куда, черт возьми, ты идешь? — услышал я мужской голос, когда дверь со скрипом открылась.

Это был Леви.

Испугавшись, что он меня заметил, я бросил взгляд в сторону двери квартиры, но увидел не его, а свою мать с потрепанной старой сумочкой, перекинутой через плечо.

— Я иду за сигаретами. У тебя с этим проблемы? — огрызнулась она грубым и хриплым голосом.

— Захвати еще несколько упаковок пива, — крикнул Леви как раз в тот момент, когда она закрыла за собой дверь.

Моя мать направилась в мою сторону, не сводя глаз со своей сумочки, в которой рылась.

— Несколько пачек… ага, хорошо, потому что я хочу иметь дело с вашими пьяными задницами…

Она подняла взгляд и увидела меня, стоящего двумя ступеньками ниже на лестничной площадке. И замерла, чуть не уронив сумочку с плеча.

— Привет, Диана.

— Ч-ч-что… — Она сглотнула и быстро моргнула, затем облизала сухие, потрескавшиеся губы. — Что ты здесь делаешь?

Словно забыв о своем страхе перед встречей с ней, я прислонился к стене и засунул руки в карманы джинсов.

— Я пришел задать тебе пару вопросов.

Ее ноздри раздувались, а глаза расширились… от чего? Это был не гнев или раздражение. Нет, там было что-то другое.

«Страх».

«Она боялась».

«Чего? Меня?»

— Ты не должен быть здесь, — сказала она дрожащим и приглушенным голосом. — Тебе нужно убираться отсюда к чертовой матери.

— Нет, пока я не поговорю с тобой.

Диана охнула, бросив взгляд через плечо в сторону двери, а затем судорожным жестом руки указала на лестницу.

— Иди. Спускайся вниз. Выйди на улицу.

Я нахмурил брови, и настороженно посмотрел на нее.

— Ты собираешься со мной разговаривать?

Она сжала челюсть.

— Я сказала, иди.

Закатив глаза, я сделал, как просила Диана, спускаясь с третьего этажа, перепрыгивая через две ступеньки за раз, а она спешила за мной, щелкая шлепанцами. Потом пронесся по коридору под мерцающей лампочкой и выскочил в парадную дверь, которая уже не закрывалась. Меня обдул теплый ветерок, и я был благодарен за свежий воздух, когда развернулся на пятках, чтобы встретиться лицом к лицу с женщиной, которую когда-то имел глупость возносить на пьедестал.

— Я не позволю тебе уйти, пока ты не поговоришь со мной, — сказал я, сохраняя низкий и угрожающий голос.

Но она уже уходила в другом направлении, доставая из сумки пачку сигарет.

— Диана, — прорычал я сквозь стиснутые зубы. — Останов…

Она бросила жесткий взгляд через плечо

— Ты можешь говорить тише, черт возьми? Иди сюда.

Диана достала из пачки сигарету и засунула ее между губами, ведя меня к другой стороне здания. Мы оказались в тени деревьев, но мне было хорошо видно Гарри, сидящего в своей машине. Мой путь к спасению.

Она чиркнула зажигалкой и поднесла пламя к концу сигареты.

— Хочешь? — спросила Диана, протягивая мне пачку.

Я посмотрел на четыре оставшиеся сигареты с подозрением, как будто в них могли быть подмешаны мышьяк или цианид. Но разум быстро подсказал мне, что Диана не знала о моем приходе, поэтому у нее не было причин отравлять пачку чем-либо и рисковать потерять свои драгоценные сигареты. Поэтому, несмотря на то, что не курил со школьных лет, принял ее предложение, достал одну сигарету и зажал ее между губами.

— Теперь ты не сможешь сказать, что я никогда тебе ничего не давала, — сказала Диана, снисходительно скривив губы, когда я взял зажигалку и прикурил.

Я фыркнул и закатил глаза к чистому, счастливому небу, наполняя легкие дымом. Затем с трудом выдохнул и