Загадки Лисы - Екатерина Началова

— Не заключаем браки. Отношения с людьми мы иметь можем, — поправил Ариас. — А ты была замужем?

Отрицательно помотала головой.

— Сколько тебе лет, лисичка?

У нас выходит очень познавательное свидание.

— Двадцать семь, — гордо подняла подбородок, ничуть не стыдясь возраста.

Змей озабоченно охнул.

— Ого! Ты такая... немолодая?

— Сам ты немолодой! — обиделась. — Это молодость вообще-то. У нас считается молодостью возраст до сорока пяти лет. Это официальная позиция всемирной организации здравоохранения. Дальше — средний возраст.

Змей недоверчиво сморщил свой идеальный нос.

— Не знаю, не знаю, Лиса. Мне казалось, что в этом возрасте надо уже иметь как минимум двоих детей, — он покачал русой головой. — Ты должна поторопиться. Что об этом говорит всемирная организация?

— Никому я не должна, — нахмурилась. — Когда захочу, тогда и заведу.

Невольно рассердившись, я уже была готова читать непонятливому иноземцу лекцию на тему: «Не учите, когда мне жить», как вдруг заметила в уголке глаза внешне серьезного Ариаса подозрительный блеск и тут же поняла, что он провоцирует меня, как того же Дрея. А я почти повелась.

«Ах ты, голубоглазая зараза! Жалишь и наблюдаешь за реакцией?!» — только появившееся недовольство мгновенно увяло, сменившись веселым азартом.

Кажется, поняла, почему красавчика-лорда отвергли уважаемые семьи. Скорее всего, заскучав на длинных смотринах, этот милый аспид активно развлекался. Сколько же тетушек и дядюшек полегло от яда саркастичного Змея с ангельской внешностью?

Тем временем «ангел» сочувственно глянул на меня.

— Не переживай так, у тебя ещё есть шанс. Если что, я помогу. Приволоку тебе хорошего человека. Ты каких предпочитаешь? Блондинов, брюнетов, рыжих?

— Однозначно брюнетов, — мстительно заявила. — С тёмными как ночь глазами.

— Да что ты говоришь? — улыбнулся Ариас, блеснув узкими зрачками. — Значит, именно брюнетов?

Он остановился.

— Да, да, только брюнетов, — я стойко выдержала острый, прошивающий насквозь взгляд. — Исключительно темноволосые. У других нет шансов.

— Обязательно с темными глазами? — Змей сузил глаза, наклоняясь надо мной.

— Обязательно, иначе не то, — не пошатнулась.

Он поймал моё запястье, сжал, с интересом наклонил голову.

— Тогда почему у тебя участился пульс, лисичка?

Я не запнулась с ответом.

— Потому что мы сейчас говорим о темноглазых брю...

Рассмеявшись, Ариас не дал мне договорить, крепко обняв так, что сдавило дыхание. Мазнул носом по волосам.

— Очень хорошо, обманщица... — с удовольствием прошептал. — Продолжаем.

В конце улочки Ариас бросил монетку почему-то испуганной уличной торговке и вручил мне шпажку, на которой были нанизаны синие плоды, размером с крупные ранетки.

— Печеные плоды дерева тинги, пробуй.

Змей наблюдал, как я осторожно кусаю синий бок сладкого фрукта. Даже не знаю, с чем сравнить. Апельсиновый каштан?

— Вкусно!

Протянула ему для укуса. Ариас поднял бровь, но сопротивляться не стал, и с удовольствием приложился зубами к боку «каштана». Женщина сзади только охнула.

— Что это с ней? — тихо спросила, как только мы отошли.

— По городу уже разнесся слух, что тут прогуливается Змей. Она уверена, что ты сейчас упадешь замертво от моего яда. Помнишь? Люди думают, что змеиная слюна — ядовита.

В его голосе звучала насмешливая снисходительность к глупым людишкам.

Я покосилась на оставшуюся позади взволнованную худую женщину, к которой уже подошла ее товарка. Активно жестикулируя, они судачили о нас. До моего слуха доносились их голоса.

— ...чуть не померла со страху. До сих пор руки трясутся.

— Не спускай с него глаз. А монетку, монетку то я потрогала!

— Ужас какой, смотрит. А та, глупая дура, помереть задумала?

— Обманул! Старый Гий говорил, что можно умереть только от плевка!

Улыбнувшись им, я повернулась к Ариасу.

— Тогда кусай ещё, чтобы уж наверняка их поразить, — протянула ему лакомство.

— Чтобы наверняка?

Коварно зыркнув, Ариас отодвинул от себя шпажку и, повернул меня так, чтобы зрителям было лучше видно.

— А ну-ка приоткрой губы, лисичка... Буду поражать.

Сказал — и медленно тягуче наклонился, коснувшись моих губ сначала нежно, а затем углубляя поцелуй с каждым движением чувственно, упоительно и сладко, как ценитель, смакующий деликатес. Через несколько секунд я поняла, что поражение ожидало всех присутствующих женщин. У меня ослабели ноги, и выветрились все до единой мысли. Ариас разил уверенно, без пощады и промаха. Когда оторвался, я уже держалась на ногах только от того, что он стиснул меня, поддерживая за пояс.

— Ты отравлена. Падай, сладкая милашка, — ласково скомандовал в губы. — Будто бы замертво.

— С ума сошел... — пробормотала, еще не придя в себя. — Тебя же распнут, безумец...

— Переживу, на кону змеиная репутация. Падай.

Улыбается. В Ариасе странным образом сочетаются юношеская спонтанная шалость и зрелая выверенность. Поймала себя на мысли, что это идеально: весело и не страшно.

«Если умирать, то только так».

Прикрыв глаза, с улыбкой до ушей демонстративно обмякла, сжимая в руках трофейную шпажку с недоеденной сладостью. Сзади раздался громкий вздох ужаса. Ариас быстро подхватил меня на плечо и мерно продолжил движение по улице. Пытаясь казаться как можно более мертвой, я начала сдавленно хохотать.

— Судороги? — услышала смешливый голос. — Очень натурально. Уже пробовала яды?

Если я умру, то от смеха.

Через несколько секунд я всё-таки разогнулась, вполне себе живенько махнув женщинам рукой, от чего они перестали причитать и единогласно замерли.

— Зря, — усмехнулся Змей, от которого это не ускользнуло.

Не ожидала, что карьера пранкера настигнет меня в этом мире.

Сайпан был действительно маленьким городком. Мы быстро дошли до крайнего дома последней улочки. Недалеко от него мирно шумела