Верни мне себя - Брук Лин

– Я задумался о нём намного раньше, Эм.

– Из-за неё?

– Благодаря ей, – исправляю её, делая акцент на первом слове.

Предлог «из-за» звучит, как обвинение. И он никак не применим к Яне.

– Ты уверен в этой девушке? Уверен, что ребёнок от тебя?

Я ощущаю лёгкое раздражение от её слов, но стараюсь сдерживаться. Даже не думал, что меня могут так оскорбить слова.

– Я в ней уверен! И то, что ребёнок мой, даже не подвергаю сомнениям! – твёрдо отвечаю я, глядя ей прямо в глаза.

Она отводит взгляд, но не смягчается.

– Прости, Янис, – извиняется она после паузы. – Но я не для того отказалась от любимого человека, вышла за тебя замуж и работала как проклятая, чтобы потом ты женился, нарожал детей от другой женщины и делил наше имущество с новой семьёй. Я всю свою жизнь посвятила нашему бизнесу и не готова делить его ни с кем, кроме наших сыновей.

Я понимаю её чувства, но не могу согласиться с ней согласиться.

– Разве после нашего развода ты не захочешь выйти замуж за Тома и родить ему ребёнка? – задаю наводящий вопрос, после которого собираюсь дать конкретный ответ на её слова.

Она молчит какое-то время, её лицо застывает. А потом я слышу, как она начинает плакать навзрыд.

– Эм… – тихо произношу я и, подойдя к ней вплотную, обнимаю её.

Догадываюсь, что именно заставило её сломаться. Она всегда мечтала о той жизни, которую я только что описал. Казалось бы, как всё просто – выйти замуж и родить детей от любимого человека. Но есть люди, для которых такие простые вещи просто недосягаемы.

– Том сделал мне предложение пару месяцев назад, – сквозь слёзы признаётся она. – Уговаривал меня развестись, построить с ним семью. А я в очередной раз ему отказала.

– Даже не поговорив со мной… – с досадой отмечаю я, поглаживая её по спине и стараясь успокоить.

– Самое паршивое, Янис, что во всей истории меня тошнит только от себя. Ты решился на развод из-за девушки, которую знаешь всего ничего. А я не смогла на это решиться даже ради Тома. Что я за человек такой?

– Ты уже сама ответила на свой вопрос. Робот, выполняющий приказы, который боится что-то изменить, – говорю мягко. – Мы с тобой друзья, лучшие бизнес-партнёры и родители замечательных детей. Развод этого не изменит. Мы можем продолжать работать вместе, встречаться на семейных праздниках, совместно участвовать в жизни наших сыновей. Ради твоего спокойствия, мы заключим договор, в котором будет прописано, что всё нажитое нами достаётся Микасу, Алексу и Дионису. Все акции и бизнес переходят им. А вот всё то, что мы начнём зарабатывать и строить в будущем, – мы уже делим на всех. По-моему, это самый справедливый вариант.

Она молчит. Думает. Анализирует.

– Кажется, ты и в самом деле давно об этом задумывался…

– Да. Я уверен, в первое время будет странно, непонятно. Но, может, наконец-то будет правильно и счастливо? Мы уже доказали себе, своим родителям и всем вокруг, на что мы способны. Может, пора остановиться, выдохнуть и просто пожить для себя?

Глава 31

МОСКВА. ПОЛГОДА СПУСТЯ

ЯНА

Войдя в ресторан, я останавливаюсь у большого зеркала в холле, чтобы привести себя в порядок. Сегодня был тяжёлый и насыщенный день. Я помогала курировать изнурительно долгую съёмку для нашего центра, и усталость постепенно начала давать о себе знать. Тянущие боли в пояснице участились, а желание лечь и поспать стало таким острым, что я с трудом заставила себя приехать сюда.

Я провожу рукой массирующими движениями по волосам и распускаю их, освобождая от конского хвоста. Пальцами поправляю пряди, стараясь придать им более свежий вид, а после медленно скольжу взглядом вниз по своему отражению. Чёрное трикотажное платье обтягивает мой округлившийся живот. Я ласково провожу ладонью по нему и, почувствовав шевеление, невольно улыбаюсь.

Мне безумно нравится моя беременность и то, как я выгляжу сейчас. Первые месяцы были самыми сложными: я постоянно нервничала, плакала и занималась самобичеванием. Но во втором триместре я смогла взять себя в руки: вернулась к любимой работе и возобновила занятия спортом. Встречи с друзьями и семьёй перестали быть средством заглушить одиночество. Теперь я искренне наслаждаюсь их присутствием. По вечерам мне снова стало нравиться быть одной: уютные фильмы, спокойная музыка, рисование картин по номерам – всё это возвращает мне внутренний баланс и помогает справляться с гнетущими мыслями и переживаниями.

– Добрый вечер. Вам столик на одного? – вежливо интересуется девушка у ресепшена, когда я вхожу внутрь.

– Добрый вечер. Нет, меня ждут во дворе.

Она понимающе кивает.

– Пожалуйста, пройдите за мной.

Пока мы идём через зал, я улавливаю аромат свежеприготовленной еды и понимаю, как сильно проголодалась. Желудок тихо урчит, и я, улыбнувшись, обещаю ему, что непременно закажу сейчас что-нибудь вкусное.

Мы выходим на просторную террасу. Народу много, но мой взгляд быстро находит его. За дальним столом сидит Янис и сосредоточенно читает какие-то бумаги. Температура воздуха вмиг достигает высшего предела и обжигает кожу.

Поблагодарив девушку, я глубоко вздыхаю и направляюсь к мужчине под гулкий стук моего сердца. Останавливаюсь на мгновение, чтобы взять себя в руки и выравнять дыхание, а затем решительно подхожу ближе.

– Здравствуй.

Янис поднимает голову. Серьёзное и сосредоточенное выражение лица тут же сменяется улыбкой, и он поднимается со стула.

– Здравствуй, – он хочет прикоснуться ко мне, но я делаю шаг назад, напоминая о дистанции.

Криво улыбнувшись, Адамиди подвигает стул, приглашая меня сесть. Я киваю в знак благодарности и опускаюсь на предложенное место.

Между нами достаточно хорошие отношения, учитывая всё произошедшее. Он оказался частично прав. Как только с меня слетели эмоции, я начала рассуждать и анализировать. И быстро пришла к понимаю, что Янис мог в очередной раз соврать мне тем утром и воспользоваться моей уязвимостью, как сделал это Артём. Он мог не рассказывать о своём семейном положении и не портить моё отношение к нему. Но всё же рассказал, понимая, какие его ждут последствия. И я даже испытала к нему благодарность за это, ведь из-за потери памяти я находилась перед всеми в хрупком положении. Любой мог соврать мне и переиначить правду. И это ломало и пугало меня.

Несмотря на мою ненависть и грязные слова в первые месяцы, Янис делал всё для меня и нашего ребёнка, продолжая доказывать, что он лучше моего биологического отца. Он оплатил ведение беременности