Светлячок и Соловей - Полевка

вы, но пока пусть он скачет на лошадках и учит летать птенца. А я озадачу своих ювелиров, что бы они сделали ему легкие и красивые украшения, которые не будут мешать ему в повседневных хлопотах. А теперь давайте отправимся пообедать, у меня после обеда заседание Дивана, и голодным мне там лучше не появляться. Потому что голодный я очень злой. Солнышко мое, - Джабаль поцеловал супруга через край шейлы, - поедешь обедать на ручках или пойдешь ножками?

- А как ты бы хотел? – Серенити поерзал на руках у мужа, устраиваясь удобнее.

- Я бы тебя с рук и не выпускал, – сознался эмир.

- Ну, тогда вперед, мой верный конь, поторопимся! Мне еще мужа кормить, чтобы он стал добрым и ласковым и носил меня на руках и дальше.

Джабаль рассмеялся и, прижав к себе свое сокровище, отправился дальше по коридору. Серенити осторожно отогнул край шейлы и опять показал язык селафь, который шел следом за эмиром с самым невозмутимым видом.

Обед прошел как обычно, Абаль рассказывал что делал утром и делился планами на день, узнавал как дела в городе и как идет подготовка к приезду врачей, все ли оборудование привезено и хватает ли для всего мощности солнечных батарей. Айдан в этот раз помалкивал и только задумчиво поводил бровками, прикидывая возможные варианты. Когда этот задумчивый взгляд заметил правнук он сразу же насторожился, обычно после таких серьезных раздумий селафь отрывал кому-нибудь голову, или раскатывал неприятелей тонким слоем по коврам.

Только Джабаль не обратил на Айдана никакого внимания, он весь был поглощен улыбками и щебетом своего супруга, который после возвращения с охоты был милым и ласковым как котенок. Эмир пообедал в приятной компании и отправился по своим делам. Селафь дождался пока слуги вынесут пустые подносы и недовольно скривился.

- Ты можешь творить ПОКА все, что захочешь, – Айдан посмотрел на правнука фирменным «свинцовым» взором, которым можно было гвозди заколачивать, – вернешься домой к родителям, а уж там я из тебя всю дурь выбью и никто за тебя не заступится.

- Чего это, вернусь? – насторожился омежка, - я супруг! Мой муж силен и умирать не собира… ой… селафь, это ведь не то о чем я сейчас подумал?

Айдан молча выгнул бровь и посмотрел на правнука с укором. А вот Серенити перепугался и побледнел.

- Ты сделал ЭТО? Да? - Серенити казалось сейчас в обморок упадет, - Это несправедливо! Он хороший человек, его все любят, от него зависит столько народу! Ты представляешь, что начнется если вдруг… ой, селафь, зачем ты это сделал?

- …не ты ли кричал, что наложишь на себя руки если останешься здесь? – Айдан ухмыльнулся уголком рта, - я лишь сделал то, что пообещал тебе, потому что если выбирать чья жизнь для меня дороже, то я и не задумаюсь с ответом. И не надо смотреть на меня с ужасом, это было твое решение, и скоро ты пожнешь последствие собственных желаний. Не ты ли хотел стать вдовцом, чтобы найти Соловья и повиснуть у незнакомого альфы (при условии что он таки альфа) на шее?

- Соловей поэт! - Серенити прикусил губу и виновато посмотрел по сторонам. – Это было неправильно и несправедливо к хорошему человеку. А Джабаль хороший человек и вдобавок ко всему он моя пара, а Соловей, это поэт, пусть и самый лучший, но нельзя же ради прихоти убивать человека?

- Ты хотел быть вдовцом, так, чтобы родители уже не имели над тобой власти? - Айдан опять вздернул бровь и недовольно расправил складки платья. – Не ты ли упирался против любого решения Джабаля, отстаивая свою независимость и крича, что ты жертва насилия? Так чем же ты сейчас недоволен? - Айдан всем своим видом показывал что не его вина, что заказчика не устраивает конечный результат и вообще это было не его решение и поэтому не ему разбираться с последствиями.

- Это неправда! – Серенити вскочил на ноги стал бегать по комнате, - вернее раньше это так и было, вернее… все именно так и казалось, но разве можно отказать паре в желании быть рядом? Джабаль хороший! Это несправедливо если он… если его…

Из глаз Серенити брызнули слезы, он упал на колени перед Айданом и схватился за его платье.

- Неужели ничего нельзя сделать? – Серенити пытался заглянуть в глаза прадеду, а тот старательно отворачивался от капризного ребенка, - Айдан, миленький, я знаю что ты можешь все. Умоляю…

- Господин спрашивает что происходит? – на пороге показался взволнованный паренек из обслуги. Он увидел недовольного Айдана и Абаля который с мокрыми глазами стоял перед ним на коленях. – Господин хочет знать что происходит и прислал меня узнать, надо ли ему вмешаться.

- Передай своему господину, - Айдан улыбнулся, - что я сообщил своему правнуку о желании уехать домой, а он не хочет меня отпускать. Брысь отсюда! Передай господину, что ему не о чем переживать, я все равно уеду.

- Айдан! Умоляю! – Серенити схватился за платье селафь, как будто боялся, что его сейчас засосет в трясине.

Паренек с ужасом взглянул на замершие фигуры и как будто растаял в воздухе. Айдан попытался отцепить руки от своего платья, но правнук смотрел со слезами и болью, вымаливая помощь.

- Айдан, милый, любимый! - Серенити схватил селафь за руки и сжал. – Молю! Спаси его! Я знаю, что ты можешь! Ты все можешь! Я клянусь, я буду послушным! Я буду ходить в дурацких платьях и быть самым примерным примером, только спаси его! Я все что угодно сделаю, только спаси его!

- Ты обещаешь быть образцовым омегой? – Айдан скептично хмурился, и поджимал губы, - ты будешь выполнять не только писанные, но и неписанные законы? Ходить в платье как положено и станешь образцовым супругом? Вот так в любой момент времени кто бы тебя ни увидел, а ты как картинка и эталон внешнего вида и поведения омеги?

- Клянусь! – Серенити поцеловал руки прадеду, - я стану самым образцовым образцом! И даже в хаммам дурацкий буду не только забегать чтобы обмыться, но и все эти душные обряды выполнять! Потеть там, в душегубке и эпиляция это злобная и улыбаться при этом,