Система: Искупление - Сия Тони

class="p1">Сделав глубокий вздох, я хотела пролистать в голове все предшествующие сегодняшнему дню события. Испытания, обиды, разочарования, страсть, обещания, любовь… все это казалось таким реальным, почти осязаемым. Я была счастлива оказаться здесь, стоять за спиной своего мужчины и быть его избранницей. Миллионы случайностей переплелись в крепкую и яркую нить судьбы, начало которой дали мы… Наш путь, будь он предрешен или просчитан Системой, был прекрасен. Несмотря ни на что.

Кто бы мог подумать, что, согласившись принять участие в секретном проекте, я окажусь здесь?

Разве был шанс действительно найти свою любовь, свое предназначение?

– Система никогда не ошибается, – беззвучно одними губами произнесла я. – Спасибо, – добавила я, взглянув на свою ладонь, которая мирно покоилась на спине моего верумианца.

Стоило Лиону сделать глубокий вздох, я заметила, что и другие советники принялись отмирать. Вернувшиеся к ним эмоции красноречиво повествовали об успешном окончании церемонии и предвещали предстоящие всем свершения. Арион неестественно широко улыбался, кивая и что-то шепча. Жоакуин первым делом обнял Дорианну, после чего пожал руки действующим советникам.

Я чуть наклонилась в сторону, чтобы увидеть профиль Лиона. Отреагировав на мое движение, он медленно повернулся и тихо сказал:

– Нам нужно поговорить. – Его голос был тихим, надломленным, словно каждое слово давалось ему с трудом.

Сердце кольнуло какое-то странное предчувствие, ладони похолодели, а по спине пробежали ледяные мурашки. Я попыталась отогнать наваждение прочь, но оно возвращалось с новой силой, заставляло задуматься о причине поведения Лиона.

Почему я не могла успокоить свое сознание?

Как в такой важный момент сомнения посмели одолевать меня?

Волнение росло, как снежный ком, и даже нежное прикосновение наших рук не могло развеять тревогу, которая медленно, но неумолимо заполняла мое сознание.

– Конечно, – ответила я. Увидев направившегося к нам отца Лиона, я вдруг поняла: – Тебе так подходит… это все.

Зная об отношении Лиона к людям, зная, с какой тщательностью и внимательностью он относится к каждому вопросу, зная, сколько сил он прилагает для решения проблем населения… Конечно, он был достоин этой должности как никто другой.

– Наедине, – сказал мне Лион, даже не взглянув на отца, который громогласно принялся за поздравления, целенаправленно обходя присутствующих на пути к сыну.

Мне показалось, Лион выглядел немного расстроенным, что неприятной тяжестью осело где-то внизу живота, когда мы направились прочь.

Я растерянно кивнула Исиэлю, шагнув за Лионом.

Активировав голограммы над запястьем, Лион спешил покинуть общий зал, совершенно позабыв о том, что я банально за ним не поспевала. Вуаль сползла на плечи, так как я обеими руками придерживала подол платья, чтобы не споткнуться. Босоножки впервые за вечер показались неудобными, а платье сдавливало тело настырнее прежнего.

– Лион, что происходит? – взывала к нему я. – Лион.

Когда храм остался позади, мы свернули в коридор, ведущий куда-то в глубь замка. Оказавшись на платформе, Лион бережно притянул меня к себе, помогая удержаться на ногах. Мы взмыли в воздух и через мгновение оказались на смотровой площадке. Кроме нас, здесь никого не было. Лион без угрызений совести заблокировал двери, после чего выдохнул и замер.

– Лион, что случилось? – нежно спросила я, не желая поддаваться подступающей панике. Но, признаться честно, мне стало очень жутко… Почему-то я не хотела знать ответ на свой вопрос. – Почему мы сбежали? Ведь все самое интересное впереди.

– Ати, милая, – прошептал он с глубочайшей болью в голосе. – Я… я не…

Могущество его ауры вырвалось на свободу, ошарашив невыносимой болью… Если раньше мрак Лиона приносил сковывающий и обезоруживающий дискомфорт, то сейчас он уничтожал… выжигал… убивал…

Мутная пелена перед глазами лишила зрения, а тело утратило силы. Крепкая хватка удержала меня на ногах, когда я, стараясь сделать вдох, принялась нащупывать руками пол.

Лион резким движением разорвал корсет моего платья, сорвал рукава и взялся за подол. Ужас и недоумение столкнулись в моем сознании, но вместе с тем я нуждалась лишь в одном – в его прикосновениях. Утешающих, успокаивающих, освобождающих…

Как могла я одновременно ощущать такую невыносимую боль и возрастающую жажду его утешений? Это противоречие разрывало меня на части, заставляя сомневаться в реальности происходящего.

– Прости меня, прости, – шептал Лион, опустившись на пол рядом со мной.

Он сгреб меня в объятия, и я почувствовала блаженное тепло. Ладони заскользили по его горячей вздымающейся груди, лоб прильнул к выемке у ключиц, а легкие наконец смогли сделать жизненно необходимый вдох.

– Ати, милая, – начал он, поглаживая меня по спине, – что бы я ни делал, что бы ни предпринимал…

– Тебя не было всего пару минут. Что за это время успело произойти? – сипло спросила я.

Глава 39

– Готова? – Голос Райана был хриплым и подавленным.

Конечно, я не могла быть готова…

– Что, если Лион ошибся? – сдавленно спросила я, вращая в руках корону, которую когда-то выиграла.

– Альби, он ошибся еще на этапе заполнения заявки для участия в эксперименте, – отведя взгляд, прошептал Райан.

Он тяжело вздохнул и уселся на кушетку рядом со мной.

Глядя перед собой, я представляла, как пару дней назад эта платформа небольшого аэродрома была переполнена возвращающимися на Землю участницами шоу, верумианскими врачами и всеми, кто был ответственен за транспортировку чужестранок домой. Уверена, в отличие от меня, девушки хотели поскорее отсюда убраться. Верум подарил нам сказку, позволил прикоснуться к благополучию и красоте недосягаемой для нас жизни. К сожалению, это не несло за собой ничего более.

Уверившись в озлобленности советников, я упустила из виду, кто на самом деле все это время дергал за ниточки. Может, Система показала Лиону нечто, что разрушило его веру в нашу любовь? Или она доказала ему, что земляне действительно не достойны внимания верумианцев? Оставалось только гадать… унимая сжимающееся от боли и страха сердце.

Нервный смешок вырвался из моей груди.

«Ати, любовь условна…» – слова Таллид эхом отзывались в моем сознании, словно приговор.

Что она имела в виду?

Тогда я отмахнулась от этих слов, убежденная, что наша любовь с Лионом была выше всех условностей, что она была чем-то святым, непреложным. Но теперь… теперь я не уверена.

– Ты можешь остаться, – уже в третий раз повторил Райан.

– Нет, – прошептала я. Голос дрожал, а слезы вновь навернулись на глаза. – Если останусь, то признаю бессмысленность решения Лиона. Я должна уважать его выбор, даже если это означает, что я потеряю все, к чему стремилась…

– Продолжаешь его защищать? – легонько толкнув меня плечом, произнес он. – Я бы на твоем месте его возненавидел.

– Этим я займусь чуть позже…

Прорыдав всю ночь,