Ненужная жена. Лекарь генерала дракона - Александра Мауль

Всю трясёт.

По-моему, и двух часов не прошло, как я ела яблоко, а как оказалась в беседке и нос заполнил сладкий запах, снова не удержалась. Как с голодухи схватила сразу две и принялась откусывать по очереди.

— Айрон меня не навестит? — спрашиваю я, когда заканчиваю с яблоками и укладываю руку на свой живот. Поглаживаю и чувствую лёгкие толчки. Понравилось яблоко.

В первые недели после того, как узнала о своём интересном положении, даже дышать боялась. Так, всё в груди сжималось от страха, что снова могу его потерять, что пришлось контролировать свои мысли. Малейшую страшную мысль немедленно отсекала. Отвлекалась физической работой, гуляла. Дышала глубоко и через нос. Не позволяла страхам сковать меня. А когда ощутила первые шевеления, поняла, что действительно беременна.

Беременна. Хотя уже давным-давно потеряла надежду. Ревела взахлёб и смеялась одновременно, пока сердце рвалось из груди от счастья.

— Навестит — кивает Хантер и открывает глаза. Выпрямляется и склоняет голову набок, осматривает, а затем поднимается — Совсем скоро навестит. До твоих родов успеет. Даже не сомневайся. Уверен, что такими темпами, как он к своим целям идёт — рожать ты уже будешь в статусе королевы Эльмор, и малыш ваш будет рождённым принцем или принцессой.

Ничего не отвечаю. Но внутри растекается приятное тепло. Восхищение расцветает в груди.

— Вот вы где — вздрагиваю, когда Белла появляется в беседке — Голодна? — переводит на меня взгляд и подойдя ближе к Хантеру, касается его руки. Медленно скользит вверх по руке к плечу.

— Не голодна — отвечаю я и поднимаюсь. Смотреть на взаимодействия Хантера и Беллы — одно удовольствие. Он обращается с ней, будто она изящная ваза из тонкого хрусталя, а она смотрит на него так, словно вокруг вообще больше никого не существует.

Красивые, влюблённые, иногда кажется, что способны понять друг друга без слов, и пусть мне смотреть на них красиво, иногда тоска колет в груди, а взор застилают слёзы.

Я скучаю по Айрону. Хочу, чтобы оказался рядом, чтобы прижал к себе и почувствовал, как наш малыш пинается. Особенно когда наступает ночь.

Оставляя Хантера и Беллу, нахожу Лиму и помогаю ей по дому. Сейчас, когда у меня так вырос живот, помощи от меня почти никакой, зато я здорово веселю её, рассказывая о своём мире. Да и вообще скучать здесь не приходится.

На жизнь старушка зарабатывает продажей яблок, яблочных пирогов, компотов. А теперь ещё и будет продавать варенье. Когда я здесь впервые оказалась, вспомнила, как мама варила яблочное варенье. Нарезала крупными кусочками яблоки и варила с сахаром, а я потом толсто намазывала хлеб маслом, сверху грузила яблочные кусочки и запивала всё это тёплым молоком.

Когда отправилась в свою комнату, солнце уже скрылось, а на территорию усадьбы опустилась прохлада. Постояла какое-то время на крыльце перед домом. Наслаждаясь тем, как прохладный ветер остужает разгорячённые щёки и направилась в дом. В груди странно тянуло, кончики пальцев покалывало, да и вообще ощущалось непривычное мне волнение, оттого я весь путь до комнаты провела в своих мыслях.

То тут, то там прислушиваясь к своему телу, а стоит открыть дверь, тут же застываю.

Застыла, потому что никак не ожидала, что именно сегодня сбудется то, чего так давно желала.

Увидеть Айрона.

Мой истинный стоит у окна, сложив руки на груди, и буравит меня горящим взглядом, стоит только появиться в комнате.

Жадно осматривает.

Впитывает каждую черту моего лица, каждую эмоцию. Ловит мои реакции, запоминает.

Не улыбается, изучает. На лицо тенью легла щетина, густые брови сдвинуты и низко опущены. Какое-то время мы просто смотрит вдруг на друга, и столько в его взгляде нежности, любви, что кажется, ощущаю его эмоции физически. Они выходят из него волнами, густо повисают вокруг и обволакивают мягким облаком.

А я не могу пошевелиться, стою, широко раскрыв глаза, и осматриваю его в ответ.

За время, что мы не виделись, мой дракон будто стал ещё сильнее. Широкие плечи обтягивает светлая рубашка, рукава, закатанные до локтей, позволяют залюбоваться крепкими руками, покрытыми тёмными линиями.

— Айрон… — закрываю рукой рот и часто-часто моргаю, чтобы прогнать слёзы — Пришёл! — всхлипываю я, и он двигается ко мне.

Поначалу как-то неуверенно протягивает руки и неуклюже обнимает, когда, оказывается, рядом. Нежно касается, гладит, целует щёки, шею, утыкается носом в волосы и глубоко вдыхает меня. Проводит костяшками пальцев там, где располагается моя метка истинности.

— Моя. Моя Ри-ри. Как же скучал. — глухо произносит и упирается своим лбом в мой лоб. Опускает руки на мои плечи и закрывает глаза. На какое-то время замирает, а затем опускается передо мной на колени и скользит руками по животу. Утыкается носом и несколько раз целует. А затем снова застывает. — Как ты подросла, моя красавица, и так здорово округлилась — сипло произносит Айрон и посмеивается. Малыш, как по заказу начинает отбивать чечётку, и в глазах Айрона я ловлю такие эмоции, от которых всё внутри сжимается. Ощущаю, как его начинает колотить, когда он прижимает ухо к тому месту, где малыш или малышка сейчас наиболее активен.

— Ты уйдёшь? — спрашиваю, когда удаётся унять разбушевавшиеся эмоции и колотящееся сердце.

— Вместе уйдём — отвечает он и поднимается. Берёт мои руки в свои, несколько раз целует — Потому что пришёл за моей королевой. Через четыре дня состоится коронация. Но сначала, — глубоко вдыхает и делает шаг назад — Мария Вайт-Ауэр, я завоевал королевство Эльмор, положил начало новому миру. Нашему с тобой миру. Я готов сделать всё, чтобы тебе в нём было комфортно, и уверен, ты сможешь мне в этом помочь. О лучшей правительнице можно только мечтать. Потому я прошу тебя … — закрываю руками рот и всхлипываю, когда он опускается на одно колено и достаёт из кармана кольцо. — Согласна ли ты, снова стать моей женой и королевой Эльмор, Ри-ри?

— Согласна.

Глава 41

Айрон

Твёрдо держался все эти месяцы вдали от неё. Как солдат, которым и был. Не жил, существовал.

Как на автомате.

Забивал каждую свободную минуту делами, чтобы не позволить ядовитым мыслям ни на минуту выбить меня из строя. Но Боги знают, как меня разрывало в тот момент, когда я решил, что Ри-ри нужно уйти. Я не ожидал, что Ортедес явится сам. Всё потому, что он всегда считал любовь к женщине слабостью. Его любовь именно такой и была.

Моя же давала