Единственный шанс - Шарон Сэйл

Говорит, он — отец Ченса.

Логан мог бы пожаловаться на недостаточное к себе уважение старика, но внутренне понимал, что вполне заслужил это. Ему удалось узнать за последние несколько недель, что Ченс был на ранчо очень уважаемым работником… а теперь стал зятем Маркуса Тайлера.

Двое пожилых мужчин обменялись сдержанными взглядами. Логан понял, что его здесь только терпят.

Телефонный звонок с приглашением оказался для него полной неожиданностью. Когда женский голос представился невестой Ченса, он моментально сосредоточился.

Она объяснила ему, что думает по поводу его отношения к Ченсу, а после этого пригласила на свадьбу.

Он до сих пор чувствовал легкое головокружение от ее аргументов. Если он разбирался в женщинах, а Логан Генри считал себя в этом экспертом, его сын взял в жены тигрицу. Он усмехнулся. А у таких всегда крепкая хватка.

Логан подошел к бару, налил себе выпить и смешался с толпой гостей.

Дженни нервничала. Она то теребила рукава платья, то поправляла вуаль. Потом убрала с лица темное облако волос и спрятала их под сверкающей диадемой, украшающей высокий лоб. В зеркало заднего вида она посмотрела на себя, чтобы убедиться, сохранился ли на лице макияж.

Ченс нес ее на руках от церкви до самой машины и беспрерывно целовал, в результате чего ему потребовалось не менее пяти минут, чтобы вставить ключ в замок зажигания. Он не представлял, как ему удастся отнять от нее руки. Дженни только улыбалась. Именно этого она и добивалась. Испытывая такое желание, Ченс должен запомнить предстоящую ночь на всю жизнь.

Ченс усмехнулся. Он увидел ее улыбку. Понял, о чем она думает. Впрочем, у него мысли были о том же самом. В таком состоянии он провел последние двадцать минут. Наблюдая ее суетливую возню со свадебным платьем, он возблагодарил Бога за то, что ему ничего такого носить не требуется.

— Все в порядке, дорогая? — спросил он и запустил руку в бесчисленные складки юбки, пытаясь найти среди них свою Дженни.

— Езжай быстрее! — откликнулась она. — Я уже мечтаю добраться до дома, чтобы избавиться от всей этой сбруи!

— Я тоже!

Она рассмеялась. А потом вспомнила, что, когда они подходили к алтарю, он выглядел несколько рассерженным.

Впереди показалась усадьба ранчо «Три Т». Дженни вздохнула. Может, следует его предупредить? Может, обрушить это на него полной неожиданностью — не такая уж хорошая идея?

— Ченс…

— Уже приехали, милая. Давай выбирайся со всем своим барахлом из машины. Нам предстоит разрезать торт, выпить шампанского и начать вечер. Потом они будут предоставлены сами себе. Я слишком долго был без тебя.

С того дня, как он вернулся из Одессы, она не подпускала его к себе близко, не говоря уж о постели. Подготовка к свадьбе заняла ровно две недели, и ей хотелось, чтобы свадебная ночь оказалась чем-то особенным. Но по его мнению, две недели — это слишком долго.

Дженни вздохнула. Через пару минут она узнает, не грозит ли ей провести свою свадебную ночь в одиночестве.

Они взошли на крыльцо.

— Ченс, — повторила она, — я должна тебя предупредить…

Он увидел беспокойство, затуманившее ее взгляд. Что еще могло случиться?

Дверь широко распахнулась. Генри склонился в низком поклоне, взмахом руки приглашая их внутрь и возвещая во всеуслышание:

— Вот они!

Первое, что увидела Дженни, — его семью. Она затаила дыхание, бросила предупреждающий взгляд на Ченса и замерла. Ченс почувствовал, как ступенька крыльца покачнулась. Пальцы крепче сжали локоть Дженни. Она в ответ тоже сжала его ладонь. Он опустил голову.

— Дженни, что ты сделала? — напряженно произнес он, не веря своим глазам. На свадьбе присутствует Логан Генри!

— Я знаю, что ты не любишь его, — прошептала Дженни. — Я тебя и не прошу об этом. Мне все равно, даже если вы никогда не сможете устранить свои противоречия. Но вам придется научиться сосуществовать. Я не хочу, чтобы наши дети знали своего дедушку только как бестелесное имя. Ты меня слышишь? — Страх все равно примешался к ее горячей убежденности.

Решающее значение оказало слово «дети». Он увидел маленькую девочку с темными кудряшками, в стоптанных башмачках, в грязных джинсах и в рубашке с разорванным локтем, которая когда-то навечно завладела его сердцем.

— Я слышу тебя, Дженнифер Энн, — негромко ответил он. — А теперь тебе лучше послушать меня. Ты за это заплатишь. Сегодня же вечером… Дорого заплатишь.

— Очень на это рассчитываю. — С улыбкой она взглянула ему в глаза.

От обещания, которое подарил ему этот взгляд, у Ченса перехватило дыхание. Он крепко обнял ее.

— Ну пошли, дорогая, — со смехом продолжил Ченс. — Давай разрежем этот торт, поприветствуем гостей и уделим оставшееся время праздника семейным делам. У нас с тобой впереди целая жизнь любви.

Она прислонилась к нему, одарив такой улыбкой, что он едва не споткнулся, и прошептала на ухо:

— Я едва могу ждать.