Жаркий поцелуй - Дженнифер Арментроут

— Да. Он мне все рассказал. Нам нужен был Лемегетон, чтобы посмотреть заклинание. Он бы не стал воскрешать Лилин.

— И ты ему поверила? — Эббот встал на колени передо мной, впиваясь взглядом в меня. — Лейла, с чего тебе доверять демону?

Ком подступил к моему горлу.

— Потому что ему незачем лгать мне, и он пришел мне на помощь...

— Это он, тот демон, что убил Петра?

В комнате стало так тихо, что я могла расслышать, как стрекочет кузнечик.

— Да.

— Петр хотя бы нападал на тебя или и это была ложь?

Я задохнулась от возмущения.

— Да! Петр напал на меня. Зачем мне лгать об этом?

Глаза Эббота загорелись ярко-синим.

— Ты только этим и занималась с тех пор, как повстречала этого демона! И с чего мне думать, что среди всей этой лжи затесалось немного правды?

Не знаю, что из того, что он сказал, послужило причиной, может быть смесь страха и разочарования, потому что я не могла понять ни единой фразы, но меня охватила паника. Я вскочила на ноги так быстро, что Эббот встал и попятился, он действительно попятился от меня. Гнев прошелся по моей коже, словно электрический разряд.

— Вы обвиняете меня во лжи, хотя сами врали мне с самого начала!

Ноздри Эббота раздулись.

— Что? Нечего возразить? — Я шагнула вперед, вся кипя от гнева. Я была так взбешена, словно во мне проснулась еще одна душа. — Вы все это время знали, кем была моя мать, и что могло произойти! Я вам лгала ровно столько же, сколько и вы мне! — Я обвела комнату помрачневшим свирепым взглядом. Когда я остановила взгляд на Зейне, боль стала невыносимой. — Вы все мне врали!

— Мы пытались защитить тебя, — сказал Николай.

— Как то, что вы держали меня в неведении, могло меня защитить? Повсюду рыщут демоны в поисках меня! И совсем не тот, на которого вы сегодня ночью напали! Если бы не он, то полагаю, Лилин сейчас уже бы бегали по всему миру, или же я была бы мертва.

— Я думал, что скрывать от тебя правду намного лучше, чем, если бы ты узнала о позоре, что течет в твоих жилах, — сказал Эббот.

Я отшатнулась.

— Позор в моих жилах?

— Ты дочь Лилит.

— Но я также и Страж!

Глаза Эббота наполнились гневом.

— Страж никогда не стал бы помогать демону!

— Отец, — прогремел Зейн.

Меня слишком захватил гнев, чтобы понять, что это сказал Зейн.

— В прошлом, другой Страж не просто помогал демону, но и сделал еще кое-что!

Очнись? А иначе как бы я здесь оказалась?

— Ты спала с демоном? — потребовал ответа Эббот.

Этот вопрос застиг меня врасплох, да так, что практически весь мой гнев испарился.

— Что?

— Ты все еще девственница?

Ого. Степень неловкости прямо пропорциональна количеству напряжения и ярости в комнате.

— Как это связано с происходящим?

— Отвечай мне! — прорычал Эббот.

Я побледнела, а потом покраснела.

— Я не спала ни с ним, ни с кем-либо другим. Господи Иисусе.

Эббот с таким облегчением опустил плечи, что у меня возникли огромнейшие подозрения.

— А что? В чем дело?

Зейн напрягся.

— Да, мне бы самому хотелось это знать.

Его отец усмехнулся.

— А зачем же еще демону его возраста крутиться возле нее? Ее невинность, точнее ее потеря, является частью заклинания.

— Что? — мой голос зазвучал совсем по-новому. — Мне придется остаться долбаной девственницей?

А потом до меня дошла вся картина:

— Вы знаете заклинание?

Когда Эббот заговорил, трое мужчин в комнате определенно старались избежать взгляда со мной.

— Да. Мы обязаны его знать, чтобы предотвратить его осуществление.

Мне было интересно, как, черт возьми, они намеревались это сделать, если они никогда не собирались мне этого рассказывать.

— Что такое? — Эббот вскинул бровь. — Разве твой демон не рассказал тебе?

Меня это безумно раздражало.

— Мой демон не знал, что было в заклинании. Именно поэтому нам нужна была книга, чтобы знать, как это предотвратить.

И я полностью уверена, если бы Рот знал об этой части заклинания, то он обязательно мне бы что-нибудь сказал. В комнате повисла пауза.

— Для заклинания требуется мертвая кровь Лилит и потеря твоей невинности. Не только твоя... ну, это мы уже выяснили, но твоя невинность тесно связана с демоническими способностями. Полная потеря невинности наступит, когда ты заберешь душу.

У меня пересохло в горле:

— Душу?

Эббот кивнул.

— Если убрать нравственные моменты, связанные с высасыванием душ. Именно поэтому так важно, чтобы ты никогда не "испортилась".

Я не была уверена, имеет ли он в виду интимные моменты или же забирание душ. В оцепенении я плюхнулась в кресло. О, Боже, я забрала душу, и это означало, что три пункта из четырех в заклинании уже выполнены.

— Думаю, нам нужно кое-что прояснить, — сказал Зейн, сфокусировавшись на отце.

— Лейла никогда бы не сделала ничего подобного, если бы не тот демон. Она Страж, да, она молода и ...

— Наивна? — парировал Эббот, сжав руки в кулаки. — Она бы не позволила демону использовать ее. Она не так уж и наивна.

— Но ведь это не только ее вина, — спорил Зейн, и, не смотря на то, что я хотела заметить, что не я наивна, я все же держала рот на замке. — Она никогда ... — он не смотрел на меня, но я увидела, как он сглотнул. — У нее никогда не было ...

До меня внезапно дошло, что он хотел сказать.

— Никогда не заставляла других обращать на себя внимания?

Зейн не ответил, но я знала, что именно это он пытался сказать, в моей груди заныло.

Проклятье, это обижало и нечаянно ранило.

— Не смотря на все это, она прекрасно все понимает, — Эббот горько выдохнул. —

Тебе с самого начала нужно было все нам рассказать.

Я подняла на него глаза.

— А вам нужно было рассказать правду мне.

Мы были в тупике. Мы все лгали друг другу. Всем нам нужно было раньше все рассказать друг другу. Куча всяких если бы, да как бы.

Пауза затягивалась, и я не знала, что еще сказать. Я и так Эбботу все рассказала, ну, почти все, и он мне не поверил. Мое ранее убеждение, что я смогу его убедить, как ветром сдуло.