На все времена - Джуд Деверо

Тоби знала, что Грейдон пытается шутить, но нарисованная им картина была настолько идиллической, что у нее слезы подступили к глазам. Не хватало в этой идиллии только одного – Грейдона, который с мобильным возле уха отдавал бы, как обычно, кому-то распоряжения.

– Не помогает?

– Нет, не помогает. Впрочем, мы с тобой, кажется, никому не в состоянии помочь.

– Да, верно. Если бы мы только знали точно, что погубило Табби, возможно, смогли бы изменить события. А в такой ситуации, как сейчас, если бы даже вернулись в прошлое, нам понадобились бы недели, чтобы записать все, что узнали об ужасных методах акушерства тех времен. Кровопускание и банки!

– Если будем писать вдвоем, получится быстрее.

– А если учесть, что я собираюсь заниматься с тобой любовью двадцать четыре часа в сутки, то у нас совсем не останется времени на писанину.

– Грейдон… – В голосе Тоби прозвучала и мольба и слезы.

Она подошла к нему, он распахнул объятия и прошептал, притягивая ее к себе:

– Я больше не могу тебе сопротивляться.

Она чуть отстранилась.

– Мы с тобой читали про рождение детей вообще, но, возможно, есть какой-то способ узнать, из-за чего умерла конкретно Табби?

Грейдон провел ладонями вверх по ее рукам.

– Но мы нигде не встречали упоминания об этом…

– Доктор Хантли говорил, что при родах присутствовали Валентина и Партиния. Известно, что они переписывались.

Грейдон пытался взять себя в руки. За эту неделю Тоби едва не свела его с ума своими не слишком тонкими попытками завлечь в постель: начиная от белья – такого соблазнительного, что у него кружилась голова, – и до взглядов – настолько обольстительных, что его бросало в пот. Все это он кое-как выдержал. Впрочем, он, как мог, старался нагружать себя долгими изнуряющими тренировками, чтобы не оставалось сил. В конце одной из таких тренировок, продлившейся четыре с половиной часа, Дейр в сердцах вонзил меч в землю и сказал на ланконианском:

– Сжигай ее, а не меня!

Когда Грейдон, утирая с лица лившийся градом пот, спросил Лоркан, чем занимается, та быстро ответила: «Заказываю шатры», – и убежала в дом. В Грейдоне накопилось столько неудовлетворенности и нерастраченной энергии, что обоим телохранителям стало трудно иметь с ним дело.

Но теперь, когда он наконец сдался, Тоби заговорила о чертовых призраках прошлого. Он с сожалением вздохнул и попытался сосредоточиться на том, что она говорила.

– Если они обе присутствовали при родах, то не стали бы писать друг другу об этом.

– Жители этого острова обожали писать письма, так что, возможно, нам удастся кое-что найти.

«Не за два же дня», – подумал Грейдон, но вслух ничего не сказал. Он не стал отвечать на вопрос Тоби, что собирается делать после помолвки, потому что знал: будет лучше не возвращаться на Нантакет. Ему нужно было уладить дела с Рори и, как предлагала Тоби, спросить Дейну, чего хочет она.

– Тетя Джилли. Утром мы нанесем ей визит и спросим, знает ли она что-нибудь про Табби и Гаррета.

– Если бы она что-то знала, то рассказала бы, когда мы давали званый обед… Постой-ка! Ведь тогда Табби вышла замуж за Осборна!

Тоби включила настольную лампу и взяла мобильный.

– Что ты делаешь?

– Звоню Джилли.

– Но уже почти одиннадцать. Это дело может подождать до утра.

Но Тоби уже набрала номер и прижала телефон к уху.

– Нет, не может. Мы должны использовать каждый час до твоего отъезда. – Она посмотрела на него. – А потом ты уедешь, и я никогда больше тебя не увижу.

Грейдон не хотел подтверждать то, чего они оба смертельно боялись, и просто кивнул.

Трубку снял Кен, голос у него был очень сонный.

– Тоби! Надеюсь, у тебя важное дело.

– Важное. Я бы хотела поговорить с Джилли.

Кен передал ей трубку, и Тоби сказала:

– Прошу прощения за поздний звонок, но нам нужно срочно кое-что выяснить. Я знаю, что вы изучали историю своей семьи. Поскольку Валентина и Партиния были вашими родственницами…

Она посмотрела на Грейдона, и он взял у нее телефон.

– Тетя Джилли, я очень извиняюсь за поздний звонок. Мне очень важно знать, не встречались ли вам какие-то упоминания о Табби и Гаррете Кингсли.

Он замолчал, слушая ответ.

– Да. Да. Понятно. Превосходно. Да, благодарю вас.

Он отключил телефон и молча посмотрел на Тоби.

– Ну что?

– Она не помнит, чтобы читала что-то конкретно о них, но, с другой стороны, за годы работы она расшифровала тысячи писем, видела множество фотографий и других документов и собрала все это в обширную базу данных. Она отметила закладками каждое имя и название места, а также предметы и дома, которые в них упоминались, чтобы можно было быстро их найти.

– Попробую угадать. Вся эта база данных хранится в Мэне, и чтобы до нее добраться, нужно несколько дней.

Грейдон поцеловал ее в щеку.

– Джилли – Таггерт, и живет в Колорадо, и да, все это там.

Тоби вздохнула.

– Однако ты недооцениваешь мою семью. Она скопировала всю информацию на флэшки, и один комплект у нее с собой. Ей всего лишь нужно вставить нужную флэшку в компьютер и задать поиск, потом…

Грейдон не договорил, потому что зазвонил телефон.

– Давай послушаем, что она скажет.

Тоби включила в мобильном громкую связь.

– Да, – сказала Джилли. – Я нашла эти имена. Партиния упоминает их в своем письме к матери. – Она замялась. – Но, боюсь, у меня плохие новости. Бедная Табби! Ее муж хотел сделать как лучше, но его добрые намерения ее убили.

Грейдон сжал руку Тоби.

– Что он сделал?

И они услышали от Джилли ужасающую историю о том, как доктор Хэнкок, в сущности, убил дорогую Табби.