Идеальный парень - Алексис Холл

– Вы знаете, – послышался низкий голос из-за двери, – что теперь эти конфеты продают в пирамидках?

– Брайан, помолчи! Ты лишился права высказывать свое мнение по этому поводу.

– Питер, – сказал Оливер, когда мы прошли мимо подноса с «Ферреро Роше» в гостиную, – пожалуйста, только не говори, что вы решили устроить вечер в стиле девяностых?

– Нет. – Дженнифер обиженно посмотрела на него. – Кое-что мы взяли из восьмидесятых!

Оливер рассмеялся и обнял ее.

– С днем рождения, дорогая! Но, пожалуйста, никакого твистера и никаких покемонов!

– А как насчет, – ее глаза озорно заблестели, – игры в фишки?

Оливер посмотрел на меня.

– Извини, Люсьен. Но вот такие у меня друзья. Сам не знаю, как так получилось.

– Эй! – возмутилась Дженнифер. – Это все-таки мой день рождения. Поэтому я решила вырядиться как идиотка и заставить вас всех есть креветочный коктейль, чтобы отпраздновать мое вступление в новое десятилетие. Это мой выбор, и будьте любезны поддержать меня.

– Вы могли хотя бы предупредить меня. А то я пытаюсь показать этому мужчине, насколько я крут.

Она вздохнула.

– Ох, Оливер. Даже когда слово «крутой» считалось крутым, по-настоящему крутые люди не использовали его.

И хотя она была абсолютно права, я почувствовал, что должен защитить моего вроде как фиктивного парня от нападок его настоящих друзей.

– Неправда. Барт Симпсон говорил «круто».

– Барт Симпсон – вымышленный десятилетний мальчишка, – заметил мужчина, который не смог собрать правильную пирамидку из «Ферреро». Кажется, его звали Брайан?

– Боюсь, – вмешался Оливер, – что мне немного не по душе сравнение с Бартом Симпсоном.

Я испугался, что после этого меня могут бросить, но все равно не сдержался, тем более что никто больше не отреагировал на замечание Оливера, и сказал: «Не кипятись, мужик!» одновременно со всеми остальными.

– Знаете, – начал Оливер, обнимая меня за талию, – Люсьен опасался, что у него с вами не окажется ничего общего. Но он не принял в расчет, что вы все обожаете надо мной посмеиваться.

Дженнифер с любопытством взглянула на меня.

– Ты ведь Люк, да? Мы все очень боялись отпугнуть очередного парня Оливера.

– Мы их не отпугивали, – снова вмешался Брайан. Тон его голоса был слишком веселым для человека, который собирался поддеть своего приятеля, – это делал сам Оливер.

– Признаюсь, – сказал я, чувствуя, как напрягся стоящий рядом со мной Оливер, однако мне показалось, что я удачно выбрал момент, чтобы вступить в разговор, – что меня немного удивили ваши наряды. Но мне нравится это… это… не знаю, как называется ваша вечеринка.

Дженнифер на мгновение задумалась.

– Если честно, то я и сама не знаю, что это… скажем так, я решила отпраздновать свое тридцатилетие так, как представляла себе этот юбилей, когда мне было восемь. Разве что тогда я была уверена, что буду праздновать его на Луне.

– Ну что ж, – Питер по-хозяйски хлопнул в ладоши, – думаю, я должен предложить вам что-нибудь выпить. У нас есть «Ламбрини», бризеры «Бакарди», «Куантро» и еще кое-что вкусненькое. Аманда сейчас на кухне готовит медовуху.

– А что, в 90-е была популярна медовуха?

– Мы – реконструкторы, – объяснил Брайан, – и медовуха у нас бывает на всех праздниках. К тому же мы не уточняли, о каких именно 90-х идет речь.

Оливер подошел к одному из диванов и усадил меня рядом с собой.

– Я бы предпочел выпить что-нибудь действительно хорошее.

– Ты, – я легонько ткнул его кулаком в колено, – тот еще любитель алкоголя. Кстати, какие бризеры у вас есть?

Питер тут же воспрянул духом.

– Хороший вопрос. Кажется… есть розовый? И, возможно, несколько бутылок апельсинового? И еще один оранжевый, но немного другого цвета… может, персиковый?

– Тогда можно мне оранжевый, но немного другого цвета?

– Сейчас принесу. А заодно проведаю Аманду.

– И, Питер, – крикнула Дженнифер, – принеси воловансов. Или правильнее говорить волсованов?

– Мне кажется, – в дверях появилась женщина, как две капли воды похожая на Брайана, за исключением бороды, борода, если что, была у Брайана, а не у женщины, – что правильно эта закуска называется «волован». В переводе с французского это означает «лететь по ветру». А во множественном числе будет «они летят по ветру» – «иль волован».

Дальше началась свободная беседа, темы быстро и легко менялись, как это часто бывает в компании, участники которой знают друг друга давным-давно. И хотя я понятия не имел, что это был за «печально известный инцидент на раскопках» или что случилось с Амандой на ее двадцативосьмилетии, но, к моему удивлению, я легко включился в разговор и не чувствовал себя здесь чужим. То есть я, конечно, немного переживал, помня о том, как я сорвался во время обеда с Алексом и Миффи, и смущался проявлять нежные чувства к Оливеру. Тем более, что он и сам всегда держался в обществе других людей подчеркнуто строго и вежливо. Но мне все равно было приятно видеть его счастливым, расслабленным и в окружении людей, которым он был небезразличен.

Наконец, в дверь позвонили, и Питер тут же занял свой пост с подносом «Ферреро роше». Я приготовился к встрече с новыми для себя людьми, так как Бридж прислала сообщение, что будет через пять минут – это означало, что ждать ее придется еще час как минимум. У двери послышались голоса.

– Ой, извините, мы опоздали, – послышался громкий голос, звучавший намного пафоснее моего, однако до Алекса по части пафосности ему было еще очень далеко. – Близняшки были все в дерьме. И да, дерьмо в данном случае – это ключевое… о, месье, вы разбалуете нас своими «Ферреро».

– Так тебе и надо, Брайан! – Вероятно, это сказал Питер.

– Пожалуйста, – продолжал пафосный мужчина, – ради всего святого, принесите мне что-нибудь выпить. И поосторожнее там вешай мою куртку. Кажется, одного из маленьких ублюдков вырвало на нее.

– Я говорила тебе, когда они только родились, – раздался еще один незнакомый голос, на этот раз принадлежавший женщине, – нужно было оставить их на ночь в горах и забрать того, который выживет.

Послышалось шуршание верхней одежды, шарканье обуви по полу, и когда Дженнифер с Питером вернулись в гостиную, их сопровождали на удивление элегантно одетый мужчина в жилетке сливового цвета и полная женщина в легком платье в горошек.

Оливер, который расслабился не настолько, чтобы забыть о хороших манерах, встал и поприветствовал их.

– Бен, Софи, это Люк – мой парень. Люк – это Бен, папа-домохозяин, и Софи, она – настоящая сатана.

– Ну, никакая я не сатана, – фыркнула она. – В худшем случае – Вельзевул.