Что я без тебя... - Джудит Макнот

Водрузив больную ногу на специальную подставку, ледиСкефингтон наслаждалась покоем в салоне небольшого дома, снятого ими в Лондоне.Поодаль от нее, пристроив подагрическую ногу на другую подставку, сидел ее мужс «Тайме»в руках.

— Какая благословенная тишина, — сказала леди Скефингтон,склонив голову набок. — Мисс Бромлей повела детей есть мороженое. С минуты наминуту они вернутся. А как приятно, когда их нет дома!

— Да, моя голубка, — ответил муж, не отрывая глаз от газеты.

Она собиралась продолжить эту тему, когда лакей, он жекучер, он же дворецкий, нарушив их уединение, принес письмо.

— Если это очередное извещение об арендной плате… — началаона, но тут ее пальцы ощутили плотность бумаги кремового цвета, а когда на обратнойстороне письма она увидела сургучную печать, то едва перевела дух. —Скефингтон! Кажется, нет, я почти уверена… мы получили первое важноеприглашение…

— Да, моя голубка.

Она сломала печать, развернула бумагу и, когда увиделазолоченый герб в верхней части пергамента, восторженно ахнула. Она дажеподнялась от волнения, читая приглашение, которое держала в дрожащих руках.

— Клеймор! — только и могла она сказать вне себя отизумления, прислушиваясь к гулким ударам сердца. — Мы приглашены… к Клейморам!

— Да, моя голубка.

— Герцог и герцогиня Клеймор почтут за честь принять нас усебя в доме на торжестве по случаю дня рождения их сына. Более того, — ледиСкефингтон умолкла, взяла со стола нюхательную соль и продолжила:

— герцогиня Клеймор собственноручно написала мне записку, вкоторой выражает сожаление, что не имела удовольствия познакомиться со мной вовремя сезона, однако надеется сделать это сейчас в… Клейморе… — Леди понюхаласоль и добавила:

— Через три недели. И приглашает нас вместе с детьми. Чтоскажешь?

— Чертовщина какая-то!

Леди Скефингтон прижала приглашение к своей пышной груди и сблагоговейным трепетом прошептала:

— Скефингтон, ты хоть понимаешь, что это значит?

— Да, моя голубка. Это значит, что нам пришло приглашение,адресованное кому-то другому.

Леди Скефингтон побледнела, еще раз прочла послание ипокачала головой:

— Ошибаешься, оно адресовано нам, вот взгляни! Сэр Джоннаконец оторвался от газеты и, взяв у жены пергамент, принялся его читать, приэтом недоверие на его лице сменилось глубоким удовлетворением.

— Разве я тебе не говорил, что нечего носиться по Лондону внадежде на приглашение. Оно нашло бы нас и дома, в нашем родном Блинтонфилде.

— О, это гораздо больше, чем приглашение! — заявила ледиСкефингтон неожиданно звонким, как у девушки, голосом.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, снова берясь загазету.

— Я имею в виду Джулиану.

Газета поползла вниз, и над ней появились покрасневшие отчастого употребления мадеры глаза сэра Джона.

— Джулиану? А при чем тут она?

— Соображать надо, Скефингтон. Джулиана пробыла в Лондоневесь сезон, но мы так и не смогли раздобыть билеты ни в Альмак, ни куда-либоеще, где собираются сливки общества. Тогда я решила, что надо прогуливаться поГрин-парку. Мы не пропустили ни дня и однажды увидели его там. Он бросил взглядна Джулиану, и тут я подумала… Я подумала, что он заметил ее. Только поэтому мыи получили приглашение в Клеймор. Он не остался равнодушен к ее красоте и всеэто время искал способ с ней познакомиться.

— И не нашел ничего лучшего, как попросить собственную женупослать нам приглашение? Надо сказать, это дурно пахнет.

Она обернулась к нему и с тревогой, смешанной с презрением,сказала:

— О чем ты говоришь?

— Я говорю о нашей дочери и Клейморе.

— А я о Лэнгфорде! Так что герцог тут ни при чем.