Уитни, любимая. Книга 2 - Джудит Макнот

Хотя герцог владел роскошным особняком в Лондоне и приобрелнесколько великолепных поместий, все же предпочитал постоянно жить вЛендсдауне, мрачном, уединенном доме, возведенном в средние века одним из егопрадедов. В последующие годы каждый новый владелец добавлял очереднуюпристройку в стиле своего времени.

Стивену, изучавшему архитектуру, здание казалосьнепропорциональным, безвкусным, мрачным уродством. Единственным егодостоинством была близость к Гренд— Оук, материнскому имению. Он решил провестизиму именно там, частично потому, что Уитни, Клейтон и лорд и леди Джилбертсобирались отпраздновать Рождество с леди Алисией, но в основном, чтобы бытьрядом с Эмили, возвратившейся накануне из Испании. Вчера он ухитрился провестис ней несколько минут наедине, после того, как она прислала записку сизвещением о своем приезде. Правда, выглядела она такой усталой, что Стивенвелел ей немного поспать.

Теперь же ему не терпелось скоротать с ней вечери уладитьдела с лордом Лансберри. Сунув руку в карман, он вынул великолепное кольцо сизумрудом, окруженном бриллиантами, которое намеревался надеть на пальчик Эмилипосле того, как поговорит с ее отцом. Кольцо сверкало в полутемном экипаже:поистине королевское сокровище стоимостью в целое состояние. Но Стивена неволновала цена, впрочем, как и исход беседы с Лансберри: просто не было причиножидать, что герцог что-то имеет против этого союза.

С безлунного неба сыпал легкий снежок. Из дома поспешновыбежал лакей, чтобы помочь кучеру Стивена с лошадьми. Дворецкий Лансберрираспахнул двери и снял с плеч Стивена теплый плащ.

— Добрый вечер, милорд, — с поклоном приветствовал он и,вручив плащ слуге, повел гостя в комнаты. — Леди Эмили ожидает вас в восточнойгостиной.

— Мне хотелось бы сначала потолковать с его светлостью, —возразил Стивен.

Дворецкий приостановился:

— Прошу прощения, милорд, но его светлости не будет весьвечер.

— Знаете, куда он отправился?

— Его светлость упоминал, что намеревается сыграть несколькопартий в вист с маркизом Гленгармоном.

— Если он воротится до того, как я уйду, пожалуйста,передайте, что хотелось бы побеседовать с ним, прежде чем он удалится вспальню. Не стоит меня провожать, я сам найду леди Эмили, — добавил Стивен,пересек тускло освещенный холл и зашагал по продуваемым насквозь коридорам квосточному крылу. По пути он пытался представить перипетии карточного поединкамежду герцогом и маркизом, но не хватало силы воображения. Оба былиприблизительно одного возраста, но в то время как Лансберри отличался прямотой,внутренней силой и резкостью, доходящей до грубости, Уильям Лэтроп, маркизГленгармон, считался убежденным холостяком, чья приверженность этикету инеутомимое пристрастие к светским развлечениям делали его предметом бесконечныхшуток.

Его девяностолетний отец еще цеплялся за жизнь и вожделенныйгерцогский титул, который должен был перейти к Лэтропу еще много лет назад.

Но все эти мысли вылетели у Стивена из головы, как только онприблизился к гостиной, где сидела та, которую он любил. И хотя Эмили вдвадцать лет обладала грацией и элегантностью, казавшимися почти неземными, навзгляд постороннего, Стивен знал, что под маской светского безразличияскрывалась умная, обаятельная девушка, запуганная своим отцом и ошеломленнаятем вниманием, которое уделяли ей поклонники с первого появления в обществе.Живая, начитанная, чарующая…

Она бросала вызов, жалила острым язычком, забавляла иволновала Стивена, одновременно вызывая в нем свирепое желание защитить иукрыть от всех бед.

Он открыл дверь в гостиной и как всегда, задохнулся при виденесравненной красоты девушки. Эмили нагнулась над камином, вороша угликочергой. Отблески огня превратили ее волосы в расплавленное золото, разлитоепо плечам и спине.

Девушка, улыбаясь, выпрямилась и оставила кочергу.

— Пыталась раздуть угли в пламя, — пояснила она.

— Для этого вам достаточно улыбки, — заверил Стивен.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы она поняла истинныйсмысл его замечания, но тут же постаралась сделать вид, будто ни и чем неподозревает.

— Выглядите вы прекрасно, — пробормотала Эмили в слух.

Но Стивен уже устал от игры в кошки-мышки. Черт побери, онлюбит ее и без всякий слов понимает, что и она отвечает ему тем же.

Разумеется, после двухмесячной разлуки она немногосмущается, но он исполнен решимости не дать ей в который раз спрятаться застеной светских манер и этикета, которую он с таким трудом разрушил до ееотъезда. И, не обращая внимания на банальную реплику, Стивен подчеркнутоотпарировал:

— Моя внешность ничуть не изменилась со вчерашнего вечера.

— Да, но вы пробыли здесь всего несколько минут, и…думаю…уменя просто не было возможности…как следует вас рассмотреть.

Вместо того, чтобы подойти к ней и схватить в объятия, чегоЭмили без сомнения ожидала, Стивен оперся плечом о камин и сложил руки нагруди.

— Я никуда не спешу. Вы вольны потратить сколько угодновремени на то, чтобы изучить меня, к полному вашему удовлетворению.

Эмили растерянно хлопнула глазами.

— С другой стороны, — продолжал Стивен с легкой улыбкой, —стоит, пожалуй, провести эти минуты куда приятнее и полюбоваться друг на другас гораздо более близкого расстояния.

Он широко раскинул руки. Эмили, чуть замявшись, рассмеяласьи бросилась ему на шею.

Много-много минут спустя Стивен неохотно оторвался от еегуб, вынудил себя отнять руки от соблазнительных холмиков ее грудей и прижалЭмили к себе. Та застенчиво прижалась раскрасневшейся щечкой к его плечу.Стивен нежно улыбнулся, борясь с захлестывающим его желанием, хотя сердце былопереполнено восторгом при мысли о том страстном отклике, которого он всегдаумел от нее добиться.

Приподняв ее подбородок, Стивен улыбнулся во влажныефиолетово-синие глаза.

— Я знаю, что твоего отца нет дома, поэтому попросилдворецкого, чтобы тот сообщил, когда он вернется, что я хочу с ним поговорить.

Ответная улыбка застыла на прелестном личике. Эмилимгновенно превратилась в ледяную статую.

— Могу я спросить о чем? — выдавила она, наконец.

— О тебе, — недоуменно протянул Стивен. — Пора доказатьтвоему отцу и всем сплетникам, что мои намерения чисты и благородны.

— Но ты сам утверждал, что светские кумушки тебебезразличны.

Скорее заинтригованный, чем встревоженный такой реакцией,Стивен нежно провел костяшками пальцев по гладкой щечке.