Моя маленькая слабость - Юлия Гетта

Тая смотрит на меня своими огромными, как небо, глазами, которые снова начинают наполняться влагой. Потом вдруг резко обнимает, да так крепко, что я поражаюсь – откуда в моей хрупкой девочке столько сил?

– Да, ты прав, – горячо произносит она, отстраняясь и снова заглядывая мне в глаза. – Давай усыновим ребенка. Я очень хочу это сделать. Возьмем мальчика. И девочку. Мы будем заботиться о них, будем любить сильно-сильно, как родных! Даже больше родных! У нас будет настоящая семья! Дружная, счастливая! Я очень хочу это сделать, Костя, пожалуйста, давай сделаем это?!

Кладу ладонь на её затылок, целую несколько раз соленые от слёз губы, после чего согласно киваю:

– Мы сделаем это, малыш. Но сначала ты выйдешь за меня замуж. И у нас будет медовый месяц. Или, лучше, медовый год. Не знаю, как скоро буду готов делить тебя с кем-то ещё, даже с нашими будущими детьми…

– Боже, Костя… – глотая слёзы, проникновенно шепчет Тая. – Ты хоть представляешь, как сильно я люблю тебя?!

– Ты мне зубы не заговаривай. Согласна замуж за меня идти или нет? – с напускной строгостью интересуюсь я, пряча за этим свой сумасшедший восторг.

И наконец на губах сладкой расцветает улыбка. Появляются крошечные морщинки в уголках глаз, словно маленькие лучики солнца. Мой светлячок светится. Смотрит на меня со смешливым укором и светится.

– Конечно, согласна. Ты ещё думал, я откажусь? Ни-за-что!

Сграбастываю её в объятия, снова жадно целую. И тоже, кажется, весь свечусь.

Эпилог

5 лет спустя

Тая

– Мамочка, а вдруг Дед Мороз не сможет зайти в наш дом, двери-то закрыты!

– Не переживай, моя красавица, у дедушки Мороза есть ключики от всех-всех дверей.

– Бедненький! Ему, наверное, так тяжело их все с собой носить! Ключи же железные!

Невольно смеюсь, наклоняюсь к кроватке и обнимаю свою малышку.

– Катенька, ты разве забыла? У Деда Мороза есть волшебный мешок, в котором помещаются подарки для всех деток. Ключи наверняка туда тоже поместятся.

Миша возмущенно цокает языком со своей кроватки, переворачивается на бочок, к нам лицом, и подпирает рукой щеку.

– Мама, ну зачем ты её обманываешь? Нет никакого Деда Мороза. Вы сами с папой подкладываете под ёлку подарки ночью, пока мы спим.

Целую Катюшку в обе щечки, поправляю пижамку и укрываю одеялом. А после пересаживаюсь на кровать к сыну.

Треплю густую копну рыжих волос на его головушке. Такой умненький он у нас. Не по годам.

– Ну конечно Дед Мороз есть, Миша. Разве ты сам его не видел вчера на празднике?

– Это был просто переодетый актер!

– Неправда! Это был настоящий Дед Мороз! – надувает губки Катюшка, приподнимаясь на своей постели.

– Конечно, настоящий, – улыбаюсь я и, наклонившись к Мишиному ушку, тихо шепчу: – Не огорчай сестру.

Сын недовольно закатывает глаза.

– Всё равно не понимаю, зачем этот цирк? – шепчет он мне.

– Чтобы верить в чудо, малыш, – глажу его по голове я. – Это очень важно. Без этой веры жить в нашем мире слишком трудно, мой хороший.

Дверь приоткрывается, запуская к нам узкий луч света от лампы в коридоре, и в детскую входит Костя.

– Котята, а вы почему ещё не спите, м? – ласково журит он нас. – Время видели сколько?

– Папочка, расскажи нам сказку! – тут же подскакивает на постели Катюшка.

– Лучше расскажи что-нибудь о самолётах, – тут же с азартом подхватывает Мишутка.

– Ну нет, сегодня никаких сказок, – строго качает головой муж. – Сегодня нужно поскорее уснуть, чтобы Дед Мороз мог спокойно выполнить свою работу. Вы же хотите завтра под ёлкой найти подарки?

– Хотим-хотим! – подпрыгивает на кровати Катюшка.

Мишутка снова демонстративно закатывает глаза, приставляет к виску два пальца, имитируя пистолет, и делает вид, что стреляет.

Я тихонько смеюсь, глядя на него. Мой маленький скептик.

– Тогда быстро ложимся в кроватки, закрываем глаза и тихо-тихо лежим, чтобы поскорее заснуть, – поучает наших котят Костя. – А мы с вашей мамой пойдём в свою кроватку. Мы тоже хотим получить свои подарки.

– А можно я пожелаю спокойной ночи малышу? – невинно хлопая глазками, спрашивает Катюшка.

Костя недовольно закатывает глаза:

– Можно.

Я тихонько усмехаюсь, глядя на любимого. Вот с кого Мишутка срисовал этот жест.

Катюшка ловко выпутывается из одеяла, спрыгивает с кроватки и подбегает ко мне. Кладёт маленькие ладошки на мой заметно округлившийся животик и ласково гладит.

– Спокойной ночи, сестренка, – нежно щебечет малышка.

– Не называй его сестренкой, – тут же недовольно бурчит Миша. – Вдруг будет брат?

– Я хочу сестренку! – капризно топает ножкой Катюшка.

– У меня уже есть сестренка…

– А у меня нет!

– Так, всё, быстро спать, – напоминает о себе Костя.

– Сейчас, еще мамочку поцелую! – Катюшка забирается ко мне на колени и крепко обнимает за шею.

Я с нежностью прижимаю её к себе, меня всю переполняет любовь.

– Мамочка, а когда малыш родится, ты не разлюбишь нас с Мишей?

Я незаметно вздыхаю и обнимаю дочурку крепче. С тех пор, как мы с Костей рассказали детям о моей беременности, Катя спрашивает меня об этом каждый день.

Три с половиной года назад мы усыновили Катю с Мишей. Хотели взять сначала одного ребенка, чтобы проверить, насколько справимся, всё ли у нас получится. И когда пришли в детский дом, сразу увидели Катюшку. Ей тогда было почти три года, но она ещё не разговаривала. Просто подошла и обняла меня. Я сказала Косте, что вот он – наш ребенок. Раз мы её самую первую встретили, значит, это судьба. А потом, когда мы пошли к директору, оказалось, что у Кати есть старший брат. Ему уже шесть лет. И директору детдома очень не хотелось бы разделять их, отдавая в разные семьи. Тогда мы с Костей приняли решение, что заберём сразу обоих.

Так у нас появилось два маленьких счастья. Сначала наши котята были очень тихими. Всего боялись. На всё соглашались, будто, если откажут нам в чём-то, мы можем передумать и вернуть их обратно. Страшно переживали из-за любого своего малейшего промаха. Если случайно чашку разбили, или не получилось сделать что-то хорошо. Но постепенно всё изменилось. Наши малыши оттаяли. Начали чаще улыбаться. Стали нам доверять. И это бесценно. Я очень горжусь собой и Костей, что мы смогли, мы справились, стали хорошими