Моя маленькая слабость - Юлия Гетта

Я делаю так, как она говорит, и в меня вводят эту штуку. Ощущения странные, но доктор не обманула, процедура действительно безболезненная. Прикрываю глаза и почему-то думаю о Косте. Так остро не хватает его присутствия в эту минуту. Мне, словно маленькой девочке, хочется, чтобы он сейчас был рядом и держал меня за руку. Сжимаю ладонь, представляя, что это происходит, и сразу становится чуточку легче.

В кабинете полумрак, врач кликает мышкой, увеличивая изображение на мониторе. Молчит.

– Ну что там? Не видно, беременна я или нет? – не выдержав, спрашиваю я.

Доктор поворачивает ко мне голову.

– Нет. А вы планируете беременность?

Мне слышится лёгкое удивление в её тоне, но я не придаю этому значения. Потому что оглушена её резким «нет».

Как… жаль. Мне очень хотелось, чтобы было «да».

Наверное, это глупо, но я уже почти сроднилась с мыслью, что внутри меня мог появиться малыш.

– Нет, не планировала, просто был незащищенный половой акт, и я думала, что возможно…

– Нет. Беременности точно нет. Вы до этого момента ни разу не проходили обследование половой системы?

– Нет. А почему вы спрашиваете?

– Вам не ставили бесплодие?

– Что?

– Вас направили на это исследование по какой причине?

– Меня не направляли. Я сама…

– Ясно. Я сейчас напишу заключение, вам с ним необходимо будет обратиться к своему лечащему врачу.

– Зачем?

Ничего не могу понять. У меня какие-то проблемы с половой системой? Почему она спросила о… бесплодии?

Чувствую, как всё холодеет внутри. Боже… Пожалуйста, нет. Только не это.

60

Костя

Олег встречает меня в аэропорту, идёт навстречу, протягивая ладонь для рукопожатия.

– Привет, дружище. Спасибо, что выручаешь.

Жму ему руку и крепко обнимаемся.

– Да брось.

– Извини, что заранее не предупредил. Но кто бы мог подумать, что у меня сразу и директор производства, и заместитель из строя выйдут. А я Даше эту поездку уже полгода обещаю. Если бы всё снова отменилось, она бы расстроилась сильно.

– Всё в порядке, Олег, не переживай, – отвечаю я, перехватывая удобнее дорожную сумку. – Знаешь, это даже вовремя. Мне сейчас просто необходимо отвлечься от своих забот и голову немного проветрить.

Идём к выходу из здания.

– А что у тебя случилось? – интересуется Олег.

– Да никак общий язык не найду… со своей женщиной.

– С Никой? Или…

– Или, – отрицательно качаю я головой. – С Никой всё. Вчера подписали бумаги о разводе. Теперь только Тая. Я рассказывал тебе о ней.

Олег поворачивает голову и удивлённо вскидывает брови:

– Та самая девочка, к которой ты подкатить боялся?

– Ага. Подкатил всё-таки на свою голову.

– А что случилось-то?

– Влип в неё, Олег, по полной программе. Не могу просто. А она как не хотела особо, так и не хочет. Всё не то, всё не так, боится меня до сих пор. Не знаю, как дальше вообще, что с ней делать.

– Походу это любовь, – усмехается друг. – Сколько лет тебя знаю, ничего подобного припомнить не могу.

– Ага. Походу. А делать-то что? – вздыхаю я.

Олег хитро прищуривается.

– Девушка хорошая?

– Самая лучшая.

– Тогда женись, брат.

Бросаю на него усталый взгляд.

– Ага, а она так взяла и согласилась.

– А ты спрашивал?

– Нет.

– Ну так спроси.

– Как легко всё у тебя, а, – усмехаюсь я.

– А зачем усложнять?

Да уж. Действительно, зачем? По губам расползается горькая улыбка. Боюсь, не смогу я объяснить другу, зачем.

– Ладно, давай лучше о делах. Какие у меня задачи?

Олег объясняет, что к чему, пока идем через здание аэропорта на парковку. С трудом концентрируюсь на его словах, потому что не могу перестать думать о Тае.

Как только самолет приземлился, я первым делом включил телефон и проверил входящие. От Таи ничего. Ни одного пропущенного. Ни одного месседжа.

Это угнетает.

Из аэропорта едем с Олегом сразу на производство, потом в головной офис. Мобильник разрывается от звонков, всем что-то от меня надо. Всем, кроме Таи. С её стороны по-прежнему тишина.

Уже по дороге домой, Олег заруливает на заправку и выходит из машины, а я не выдерживаю и набираю светлячку сам. У них, должно быть, уже поздно, но я не могу. До одури хочу услышать её голос. Хотя бы убедиться, что она в порядке.

И мандражирую, как пацан. Если Тая пошлёт меня сейчас куда подальше, не знаю, что буду делать. Одна часть меня рвётся поехать к ней, силой забрать к себе, запереть, посадить на цепь, что угодно, но сделать своей. А другая часть меня говорит – нахер тебе это нужно? Насильно мил не будешь. Проще вырвать с корнем из сердца, переболеть и забыть.

Несколько длинных гудков – и наконец я слышу нежный голос светлячка. И в груди вмиг накаляется всё.

– Костя, – произносит она на выдохе. Будто ждала. Будто рада меня слышать. Или мне это только кажется.

Но беззвучно выдыхаю сам. Даже если кажется – трубку хотя бы взяла.

– Привет, малыш.

– У тебя всё хорошо? Как ты долетел? – взволнованно спрашивает сладкая.

Это так приятно слышать. Неужели и правда волновалась? Может, даже звонила, просто уведомления по какой-то причине не дошли. Ведь откуда-то она узнала, что я улетел. Специально искала или в офисе была и случайно услышала?

– Да, всё хорошо. Ты на работу ездила?

– Ездила. Не дозвонилась до тебя, хотела поговорить. И заодно заявление об уходе написала.

У меня всё падает.

– Не передумала, значит? – спрашиваю я холодно.

– Костя, я думаю, работу и личное лучше не смешивать.

Теперь совсем ничего не понимаю. Если не смешивать, логичнее было бы не увольняться, разве нет?

– Я не понял, ты только с работы уйти хочешь? Или от меня тоже? – с нажимом интересуюсь я в лоб.

– Пока только с работы, – выдаёт светлячок.

Издевается, что ли?

– В смысле «пока»?! – зверею я.

– Костя, я люблю тебя… – внезапно проникновенно шепчет она.

Это признание оглушает меня на время. Слепая злость, владеющая всем моим существом ещё минуту назад, сменяется чем-то совершенно иным. Огромным, тёплым, щемящим. Но этот процесс завершается неполноценно. Словно тормозится в конце, не позволяя расслабиться и испытать кайф. Инстинкты улавливают какой-то подвох в её признании. Будто есть что-то ещё, некое «но», просто Тая не произносит его вслух.

– Я тоже. Люблю. Тебя… – глухо произношу я.

Не знаю, правильно ли это. Насколько искренны мои слова. Ведь не так давно уверял её, что никакой любви нет, и я в неё не верю. Но не ответить на признание не смог.

Слышу из трубки тихий всхлип. Потом ещё один.