Хочу твоим первым - Инна Стужева

От волнения я даже не могу внятно рассказать. Щеки сейчас же загораются и сто процентов, покрываются сильным ярчайшим румянцем.

- Все-таки взяли. Вот же…А мама ведь обещала мне, что не примет, а сама…И папа туда же…Даже говорить о них не хочу. Теть Галя, небось, рада без меры, что Володька к тебе свататься приперся.

С сестрой мне легко разговаривать, потому что она всегда схватывает суть.

- Я сбежала от них к…своему знакомому, - признаюсь я.

Кому, если не сестре.

- Только не ругай меня, пожалуйста, - прошу на всякий случай, потому что еще и ее осуждения я просто не перенесу.

- Я бы отругала, да вот сама, представь себе, сбегаю. Игорешкин отец на днях объявился, - выдает вдруг Виола, а у меня внутри все сжимается.

- Как? – ахаю я. – Как объявился?

- А вот так. Приперся в наш Мухо…нашу деревню и требует, представь себе, тест ДНК. Очнулся. Если выяснится, точнее сказать, когда выяснится, что ребенок от него, грозится его забрать.

- Боже…боже мой…

Непроизвольно подношу ладонь ко рту. Волнуюсь, не понимаю, как так может быть. Не укладывается, совершенно не укладывается в голове.

- Я соврала, что отец не он. Ясно и отчетливо. Но нет, ему же нужны доказательства. Только, к сожалению, тест все подтвердит, и он тогда точно захочет забрать Игорька.

- Разве такое возможно?

- С его связями, к сожалению, да. Поэтому я и звоню тебе. Предупредить. Перебираюсь к Лизе Самсоновой, помнишь ее? Согласилась приютить ненадолго.

- Д…да.

Честно говоря, не очень помню, но не в этом сейчас суть.

- Предкам адрес не говорю, сматываюсь по-тихому прямо сейчас, пока он свинтил зачем-то в город.

В этот момент я слышу в трубке отчетливый автомобильный гудок.

- Такси приехало, похоже. Все, солнц, нам пора. Созвонимся с тобой чуть попозже, хорошо?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Да, конечно. Буду тебя ждать, очень вас люблю, - и разговор обрывается.

Я вздыхаю, разворачиваюсь от окна. Тут же вздрагиваю и чуть не роняю телефон из рук.

Прямо передо мной стоит он, брат Гордея, и так странно, нет страшно, так что душа уходит в пятки, смотрит…

Жестко, цепко, не мигая просто.

Желваки на его лице напряжены до предела, руки сжимаются в кулаки.

- Дем, ты чего?

Гордей подходит к нему со спины, толкает парня в плечо. Только тот продолжает рассматривать меня.

- Конечно, - тянет с издевкой, - я сразу же должен был это понять…

- Что понять? – вырывается у меня и я сама поражаюсь взявшейся вдруг у меня откуда-то смелости.

- Все, - отрезает тот.

Переводит взгляд на телефон в моих руках, потом снова на меня.

- Ладно, мне пора, - говорит он. – Появилось срочное неотложное дело.

А потом пулей вылетает из кухни, оставляя за собой лишь аромат какого-то дорогого и довольно приятного парфюма.

Я прослеживаю, как закрывается дверь и разворачиваюсь лицом к Гордею.

- Я…не понимаю, - говорю я ему. - С твоим братом точно все в порядке?

- Забей. У Дема сейчас сложная жизненная ситуация.

- Какая? - становится мне любопытно.

Кое-что я услышала про какого-то ребёнка, но подробности стёрлись, так как в тот момент я была занята больше сообщением для тёти, чем подслушиапнием.

- Влез в дерьмо по самые уши, но вместо того, чтобы выбираться из него, закапывается в него еще сильнее.

- И ничего с этим не сделать?

- На данном этапе, к сожалению, ничего. Сам все знает, сам все решает. Но хватит уже про него. Сок выпила?

Я поскорее допиваю свой сок и киваю.

- Отлично. Сейчас еще покормлю тебя ужином, и ты мне расскажешь, что там у вас произошло.

- Откуда ты знаешь, что у нас что-то произошло?

- Мне бы очень хотелось, Бельчонок, чтобы ты пришла ко мне только потому, что соскучилась, - говорит Гордей и подходит ко мне вплотную.

Нежными уверенными касаниями отводит волосы от моего лица.

- Правда хотелось бы. Но отчего-то мне кажется, что это не совсем так. Я прав?

- Я поругалась с тетей, - выпаливаю я, решив начать с малого и уж потом вываливать ему про Володю.

- Снова из-за меня?

- Не совсем, - опускаю взгляд. – То есть…в общем, наверное, и это….

- Хочу, чтобы ты рассказала мне все, без всяких хождений вокруг да около.

Я отворачиваюсь.

Гордей кладет руки мне на плечи и снова разворачивает к себе. Прижимается, не давая ускользнуть, мягко, но в то же время решительно ухватывает за подбородок.

Заставляет меня смотреть на себя и не дает возможности вырваться.

- Арин, я могу быть нежным и терпеливым, сколько нужно. При условии, что ты со мной открыта. Но пожалуйста, не буди во мне зверя, юля, недоговаривая и закрываясь. Я начинаю…нервничать и тогда…не стоит тебе проверять.

- Ты…что сделаешь?

- Не о том думаешь сейчас. Но если так интересно…что угодно. Начиная с того, что ты окажешься в моей спальне спустя считанные минуты и заканчивая…Не знаю….Надеюсь, ты проявишь благоразумие и все мне расскажешь.

- Расскажу, - киваю я, - только не надо, пожалуйста, в спальню. Не сегодня.

- Окей. Тогда жду твой рассказ. Что именно у вас произошло? Прямо сейчас и во всех подробностях.

Глава 50. Нервы не выдерживают

"Ты в кубок яду льешь, а справедливость подносит этот яд к твоим губам".

У. Шекспир

Гордей

Едва последние слова слетают с моих губ, Арина зажимается и в ее изумрудных глазах отчетливо проскальзывает страх.

Я вижу, что пережал, излишне наседаю на нее и принимаю решение задвинуть свои эмоции подальше и притормозить. Короче, сдаю слегка назад, чтобы не напугать своего Бельчонка окончательно.

- Впрочем, если не хочешь, не рассказывай, - произношу, старательно выводя спокойный равнодушный тон. – Думаю, ты уже достаточно взрослая, чтобы самой решать.

Бельчонок слегка расслабляется, а я понимаю, что выбрал правильную линию поведения.

- Давай разогрею тебе ужин, что ли, - говорю я, вспоминая о своем обещании ее накормить. – Ты голодная?

- Нет, Гордей, не надо…Но чай я бы с удовольствием выпила.

- Хорошо. Присаживайся, сделаю тебе чай.

- Спасибо.

Пока вожусь с чайником и заваркой, искоса