Возвращение - Геннадий Владимирович Ищенко

Согласно инструкции, мы могли самостоятельно перемещаться только в пределах квартиры. Был даже пункт, запрещавший вылезать из окон. Квартира располагалась на пятом этаже, поэтому этот запрет напомнил мне инструкцию к американской микроволновой плите, в которой предупреждали о нежелательности сушки в ней домашних животных. Вне квартиры можно было без ограничений передвигаться по Москве, но только в сопровождении охраны. Мы по очереди расписались в том, что прочли и согласны, и, взяв свои чемоданы, пошли осваивать комнаты.

Через час приехал первый визитёр. Им оказался крепкий мужчина лет сорока. Он поговорил с Еленой и подошёл ко мне.

– Этот человек отвечает за вашу безопасность, – сказала она нам. – Отвечай ему только на вопросы, касающиеся себя или Люси.

– Сергей Иванович, – назвал он себя. – Геннадий, мне нужно оценить, насколько ты способен защититься самостоятельно. Сними рубашку… Редкое развитие для твоего возраста. Растяжками занимался?

– Мы занимаемся йогой, а я много лет отрабатывал простые связки каратэ, только без спарринга. Сейчас меньше года занимаюсь самбо.

– Берись за стол! – приказал он. – Сдвинем его в сторону. Теперь нанеси мне удар и постарайся сделать его максимально быстро и сильно. Не бойся, ты не попадёшь.

Он весил раза в полтора больше меня и был прекрасно тренирован, поэтому я сразу же забыл о самбо. Сосредоточившись, нанёс удар по среднему уровню, тут же завершив его блоком. Я даже не ожидал, что связка получится так здорово. Сергей ушёл в сторону, но я ударил слишком быстро, и он немного не успел. Зато я отбил нацеленный в живот удар. Конечно, он меня не ударил бы, а вот мой блок отозвался болью в предплечье.

– Ты меня удивил! – сказал Сергей Иванович, ощупывая свой бок. – Не ожидал от тебя такой резвости и действовал не в полную силу, но всё равно… У нас есть люди, занимающиеся в восточном стиле. Надо будет тебя у них потренировать. Такое может пригодиться в жизни, тем более в твоей. Из чего стрелял?

– Может, не надо? – спросил я. – Ну зачем мне ствол при такой охране? Да и незаконно это.

– Это хорошо, что ты не рвёшься к оружию, его тебе пока и не предлагают. Спрашиваю на будущее, потому что всякое может случиться. Это милиция не может вооружать таких, как ты, а у нас есть инструкции на все случаи жизни. Если выдадим ствол, то совершенно законно. Так из чего?

– Раньше из «Калашникова» и «Макарова», а уже в Минске из «Браунинга».

– Будешь у нас – проверим. А теперь вы, девушка. Чем-нибудь занимались?

– Я только немного занимаюсь йогой, – ответила Люся.

– Она гибче и сильнее многих девушек её возраста, – вмешался я, – но заниматься рукопашным боем не будет. Какие-то результаты появятся не раньше чем через несколько лет. Можно потренировать в стрельбе.

– Не вопрос, – кивнул он. – Сегодня отчитаюсь, и решим, чем вам заниматься.

Вскоре после его отъезда пообедали, а потом приехал Келдыш.

– Это президент Академии… – хотела представить Елена.

– Здравствуйте, Мстислав Всеволодович, – поздоровался я. – Елена Викторовна, я знаю товарища Келдыша и то, что могу давать ему только научно-техническую информацию. Приглашаю в свою комнату, там будет удобнее беседовать.

– Мне в двух словах объяснили, что вы собой представляете, – сказал он, когда мы сели на стулья, – но всё равно не могу понять, как такое можно сделать.

– Не ломайте голову, – отозвался я. – Это сделано представителем цивилизации, намного обогнавшей нас в развитии. Мы только открыли эффект обратимости времени на уровне элементарных частиц. О несвязанных пространствах и реальностях писали одни фантасты, сами не понимая, о чём пишут. Давайте лучше поговорим о ваших вопросах.

– Вы не можете сказать, когда я умру? – спросил он. – Это, конечно, не научная информация…

– Не понимаю, почему все рвутся узнать дату своей смерти, – сказал я. – На вашем месте я не спрашивал бы, но если хотите… Вы умрёте летом семьдесят восьмого года в своём гараже от сердечного приступа. Точной даты не помню. Но учтите, что реальность меняется и у вас есть шанс прожить больше. Меньше нервничайте и заранее займитесь своим сердцем. Попейте хотя бы боярышник, он прекрасно его укрепляет. И займитесь медитациями, ничто так не снимает стрессы, как они. Могу рассказать, как и что делать. А теперь задавайте вопросы.

– Они в первую очередь связанны с технологией изготовления микросхем. Жаль, что мне не разрешили привезти того, кто этим занимается. Это не мой профиль. Сможете ответить?

– Конечно, – ответил я, посмотрев вопросы. – Это нам преподавали достаточно подробно.

– А почему вы тогда…

– Мстислав Всеволодович, я писал свои тетради больше полугода! У меня уже отваливалась рука. Я считал, что написанного достаточно, видимо, ошибся.

– Вы и по другим направлениям сможете дать развёрнутый ответ?

– Я не энциклопедия. Что-то знаю лучше, что-то – только в общих чертах. Приносите вопросы, буду смотреть. А пока поговорите с женщинами, а я напишу ответы. Это займёт с полчаса, незачем вам здесь скучать.

Я уложился в двадцать минут и вынес ему пять исписанных листов.

– Что вы делаете в школе? – спросил он, бегло их просмотрев. – Не хотите поступить в один из наших ВУЗов?

– Школу сдам экстерном осенью, – ответил я, – а насчёт технических институтов… Спасибо, но нет! Одну жизнь я отдал технике, вторую думаю посвятить искусству.

– Жаль, – искренне сказал он. – Спасибо за помощь.

– Вызвать охрану? – предложила Елена.

– Спасибо, не нужно, – отказался Келдыш. – У меня здесь машина и сопровождение.

– Ребята, подумайте, что вам нужно для жизни на ближайшее время, – сказала она, когда уехал академик. – Вряд ли вы взяли на море много лишних вещей.

– Нужно купить два комплекта учебников для девятого и десятого классов, – попросил я, – и не слишком паршивую гитару. Пока есть время, можно заняться подготовкой к сдаче экстерната, а гитарой скрасить вечера. Не люблю убивать время у телевизора.

– Это я могу заказать, а что нужно из одежды и обуви? Возьмём машину, и всё себе подберёте.

– Дают – бери, бьют – беги, – изрёк я известную мудрость. – Если нам предлагают прибарахлиться за счёт государства, то я только «за». Много нам не нужно, но кое-что прикупить не помешает. Люся наверняка выросла из осенних туфель, а здесь в конце августа бывает холодно. Болоньевые плащи можно купить. Сколько на нас выделили средств?

– В пределах двухсот рублей на каждого, – ответила Елена, – но это на весь август, а он только начался.

– Много, – сказал я. – Сюда же не входит питание?

– Нет, это только на покупки.

– Тогда мы сегодня подумаем, что действительно нужно,