Чудесная чайная Эрлы - Варвара Корсарова

возле Мусорного пустыря. Выступать в вонючих уличных театрах. Петь на подмостках кабаков. Стоять за стойкой этих же кабаков, крутиться, вертеться, тратить юность на пьяных, грубых мужчин. Ты не представляешь, каково это – родиться в бедной семье в плохой части Ферробурга. Но я справилась, выжила, поднялась. Везде, где только возможно, училась магии. В трактир часто заглядывали проезжие маги высоких рангов. Я беседовала с ними, подливала им крепкой настойки. Они хвастались напропалую, делились со мной секретами своего ремесла. Думали, я ничего не пойму из их болтовни. Куда мне, я же какая-то трактирщица! Но я записывала их формулы, оттачивала их по ночам. Училась у Трубара ферромагии. Вместе с ним осваивала витамагию. Перенимала у Лиллы навыки укрощения пламени. Но так, чтобы никто не заподозрил во мне сильного дара. Это ценный козырь, у меня был на него особый расчет.

Магна гордо и негодующе вздернула голову. Она жестикулировала во время рассказа, свеча в ее руке выписывала в воздухе причудливые знаки.

– Трубар, друг моего отца, старый дурень, – Магна произнесла его имя с едва скрытой нежностью, – брал магические книги у твоего деда. Я их читала, переписывала. Но кроме магии я освоила кучу других вещей. Научилась угождать, вымогать, идти по головам. Считать деньги, строить планы и упорно их осуществлять. Увы, не могла развернуться, потому что у меня не было своего капитала, но было вечное клеймо актриски и кабатчицы. И вот я встретила Бельмора.

Глаза Магны погрустнели, голос стал мягче.

– Готова признать: я любила и люблю Бэзила. Вопреки всему, вопреки здравому смыслу. Я никогда с ним не расстанусь. Мы вместе навеки, теперь он полностью мой, молчаливый и покорный. Он больше не обидит меня пренебрежением.

– Вы любите его, но превратили его в бревно?!

– Не осуждай, я же тебя просила! – гневно потребовала Магна. Свеча выпустила фонтан алых искр, словно откликаясь на ее вспышку.

Отсветы магического пламени добавили в волосы Магны алых прядей и зажгли в глазах огоньки. Кожа на ее щеках и лбу казалась гладкой, как фарфор трагической театральной маски. Карминные губы выразительно подрагивали.

В минуту гнева Магна была прекрасна. Я могла бы любоваться ей, если бы меня не сковывал страх, как перед яркой, но ядовитой гадюкой.

Я растерялась, как всегда в спорах с людьми, осознающими свою силу и власть, твердо убежденных в своей правоте.

Тщетно я искала на лице Магны следы безумия. Она прекрасно понимала, что делает. Говорила упоенно, изливала гнев и обиду. Даже искренне сожалела о том, что вынуждена идти на крайние меры.

Но это открытие, ясное дело, меня ничуть не успокоило.

☘️

– Бельмор меня не любил, Эрла, – с горечью поведала Магна. – Я сумела женить его на себе, но для него наш брак был сделкой, заключенной из прихоти. Бэзил считал, что облагодетельствовал меня, и я должна ему ноги за это целовать.

– Он плохо с вами обращался? – я добавила сочувствия в голос.

– Нет. Бэзил был по-своему добр. Но я-то рассчитывала на другое. Надеялась, что он оценит мой ум, мое желание быть ему правой рукой. Я бы смогла! Я даже рассказала Бэзилу о том, что владею магией. Но он рассмеялся, отмахнулся... Не хотел признать, что я умнее и талантливее его. Велел мне знать свое место. Я была для него лишь дорогим украшением, которое он приобрел под влиянием порыва!

Магна резко и коротко вздохнула, как будто подавляя всхлип.

– Вы, видимо, очень одаренный маг? – спросила я осторожно.

– Ты не представляешь, насколько, – Магна гордо вскинула голову. – Помнишь тот пожар, что случился в «Железном наделе» двадцать лет назад и превратил его в Ржавый пустырь?

– Его вызвали вы? – ужаснулась я.

Глаза Магны гневно вспыхнули.

– Нет! Его причиной стал тщеславный дурень-маг. Но я погасила пожар! Да, я, а не наши бестолковые фламмаги! Потому что там, в центре пекла, был мой отец. Я сумела обуздать пламя, а фламмаги приписали себе славу спасителей. Кто поверит девчонке, которая путалась у огнеборцев под ногами, кричала, умоляла что-то сделать! Но они не смогли, а я смогла. Вот тогда-то я поняла, насколько силен мой дар. Я творила примитивные фламмагические формулы. Наугад вплетала в них ферромагические и аквамагические приказания. У меня получилось нечто невообразимое!

– Магна, если ты говоришь правду, это великий подвиг, – произнес Петер умиротворяюще и сделал шаг к Магне, но та насторожилась.

– Конечно, я говорю правду! Но ты лучше стой на месте, Петер Грюн, будь хорошим мальчиком.

Небрежно взмахнула рукой, и Петера осыпало снопом искр. Он заслонил лицо ладонью, сморщился и заморгал, будто ослепленный.

Я поспешила отвлечь ее внимание на себя.

– И тогда вы решили доказать всем, на что способны?

– Я лишь хотела помочь мужу. Бэзил начал сдавать с годами. Совершал ошибки, неудачные сделки. Собрался превратить Ферробург в закопченную помойку. Никак не мог понять, что бизнес можно делать красиво, создавая при этом себе добрую репутацию. Он выживал талантливых магов, подгребал все под себя. Из пустой алчности и упрямства! Его нужно было остановить, пока он не погубил и свой капитал, и город. Если бы Бэзил допустил меня к управлению делами, я добилась бы большего.

Магна скорбно покачала головой.

– Что ж, я искала способ. Продолжала тайком заниматься магией. Решила попробовать объединить разные ее домены. Это дало бы новые возможности. Когда-то люди сумели заставить вместе работать воду, огонь и железо, получили паровые машины и совершили революцию в промышленности. Но магия застряла на месте! Наши маги оттачивают известные формулы, истязают природные элементы, но грубы и примитивны в своем мастерстве. Они боятся пробовать что-то новое и живут старыми догмами о том, что домены магии нельзя объединять.

– Петер тоже увлечен идеей перемен, – я остро глянула на Петера. Его губы сжались и побелели.

– На этой почве мы с Петером и подружились, – кивнула Магна. – Чтобы двигаться вперед, мне нужна была книга об омнимагии из библиотеки твоего деда. Я не могла прийти к тебе с предложением о ее продаже, иначе ты бы заподозрила правду и перехватила мое открытие. И тут Бельмор нацелился на твою чайную. Но если бы она перешла в его руки, не факт, что я получила бы книгу. Ты могла забрать ее, или же Бельмор продал бы ее коллекционерам. И тогда я решила убить двух зайцев одним камнем –