Плохой нянька - С. М. Станич

Моя первая мысль — рассмеяться, но для этого у меня не хватит воздуха. Чувствую себя напряженной и растянутой. Наклоняюсь вперед достаточно, чтобы ощутить давление на клитор. О, да. Да, мне нравится именно так.

— Боже, да-а-а, — стонет Зэйден, когда я начинаю двигаться, качаясь на его бедрах. Батут отлично помогает нашим движениям. — Быстрее, детка. Жестче. — Мне, вроде как, хочется сказать Зэйдену, чтобы он заканчивал с грязными разговорчиками, но потом… Мне нравится это. Очень.

Продолжаю двигаться, пока холодные капли дождя не превращаются в горячие капли пота. Зэйден протягивает руки вверх и обхватывает ими мою грудь, пока я скольжу по его члену, по-настоящему наслаждаясь этим. Больше, чем рассчитывала.

Находясь в таком положении, я чувствую силу, контроль. И это определенно обоюдно, но сегодня, это именно то, что мне нужно. Зэйден именно тот, кто мне нужен.

Мои движения становятся резче и быстрее, пока я не чувствую, как его мышцы напрягаются подо мной. Большими пальцами он скользит по нежным пикам сосков, когда кончает, издав низкий звук удовлетворения. Мое тело пульсирует и вибрирует, я отчаянно нуждаюсь в своем собственном освобождении.

Зэйден судорожно втягивает воздух и отталкивает меня, потом сползает вниз и располагается между моих ног, прежде чем я даже понимаю, что он задумал. Парень прижимает рот к моему клитору и просовывает два пальца в меня. Высовывает язык и пробует мой вкус, другой рукой удерживая меня на месте.

В одночасье морось превращается в неистовый ливень. На приоткрытых губах чувствую острый запах моря. Я удерживаю пальцы в волосах Зэя и притягиваю его лицо к себе. Со звездами в небе и теплом его тела надо мной, мне не хочется, чтобы это когда-нибудь закончилось. Хочу остаться с Зэйденом здесь, на батуте, навсегда. Заниматься любовью в траве, на качелях, у подножия массивной секвойи.

Но мое тело предает меня. Наслаждение горячими руками опутывает меня и затягивает, позволяя ярко-белому свету оргазма обрушиться на меня и поглотить.

В одно мгновение все становится ясным и четким, обретает смысл. Я хочу, чтобы Зэйден влюбился в меня. Озарение приходит так же быстро, как и уходит, оставляя меня с запутанным беспорядком холодных, слезливых и колеблющихся эмоций.

— О, малышка, — говорит Зэйден, поднимаясь и прижимая свой рот к моей шее. — Пойдем внутрь.

Я киваю и позволяю ему помочь мне подняться. Этот процесс достаточно сложный из-за колебаний батута. К тому же… я, как никак, голая и мокрая — и не в единственном смысле. Даю Зэю спрыгнуть первым, и тогда уже он протягивает ко мне руки. Я наклоняюсь и, опершись ладонями на его плечи, спрыгиваю в его объятия.

Мы поскальзываемся на мокрой траве и замираем. Зэй смотрит на меня своими глазами цвета морской волны с небольшим удивлением. Пытаюсь расшифровать, что это означает, но парень моргает, и оно пропадает так же быстро, как и появилось. Зэйден отодвигается, берет меня за руку и тащит за собой внутрь.

Собаки окружают нас, как только мы открываем раздвижную стеклянную дверь, но Зэй игнорирует их, хватает толстовку со стола и бросает ее мне, пока идет в ванную за парой полотенец. Затем отдает одно мне, когда я усаживаюсь на стул. Голые ягодицы сразу же мерзнут на деревянной поверхности, пока я распускаю свой конский хвост и стараюсь отжать столько воды, сколько могу, прежде чем натянуть на себя толстовку.

— Это… ну… откуда у тебя толстовка с Дэвидом Боуи на ней?

— Хм, — издает Зэйден, склоняясь надо мной. Его сексуальная грудь голая, и перед моим лицом оказываются кольца в его сосках. — Это не просто Дэвид Боуи, лады? Это — Джарет — Король Гоблинов, прикинь! (Прим. пер.: Король Гоблинов — персонаж фильма «Лабиринт» 1986 года)

Я смотрю на него с непониманием, и он вздыхает.

— Хорошо, ты же родилась в конце прошлого века, тогда же вышел и «Лабиринт».

— Думаю, на самом деле мы оба родились в конце прошлого века, — говорю я, но все равно не имею ни малейшего понятия к чему это. «Лабиринт» — который я, кстати, смотрела, спасибо вам большое — или поколение Y (Прим. пер.: поколение Y — поколение детей, родившихся в конце XX века), но у меня в голове все перепуталось, и прямо сейчас я не могу ясно мыслить.

Зэйден встает и хлопает в ладоши, использует ногу, чтобы открыть духовку. Внутри стоит какой-то… пирог?

— Что, черт возьми, это такое? — спрашиваю его, и он вытаскивает форму и демонстрирует мне. Сверху блестящая решетка из теста и все такое. Ого! Фантастика. — Ты сам… это приготовил?

— Безусловно, блядь! Гугл, детка. Гугл расскажет тебе обо всем. Я могу собрать чертову ракету по чертежам, найденным в долбанном поисковике.

— Ну, так… и что это? — интересуюсь я, обняв себя руками и кутаясь в толстовку Зэя. Она мягкая и чистая, и пахнет им — сочетание ежевики и корицы, которое мне так нравится. Болезненно осознаю, что нижняя часть моего тела все еще голая, а между бедер мокрая. Опускаю сложенное полотенце вниз, а Зэйден выгибает бровь и ставит пирог на стойку.

— Куриный пирог, Всезнайка. Сейчас положу нам по кусочку, и мы пойдем смотреть гребаный «Лабиринт». Если ты не можешь узнать Джарета с первого взгляда, то у тебя серьезные эмоциональные проблемы, детка.

— Зэйден, — начинаю я, но понятия не имею, что сказать. Кладу руки на колени и впиваюсь кончиками пальцев в кожу, пока она не становится бледно-белой. Подняв глаза, обнаруживаю, что Зэйден стоит за стойкой и медленно раскладывает еду на тарелки. Его движения какие-то неуклюжие и странные, но когда он бросает взгляд через плечо, то снова улыбается.

— Мюзикл из восьмидесятых с куклами. Что может быть лучше этого?

Я встаю со стула, и толстовка опускается, прикрывая мою попу. Она такая большая, что я просто утопаю в ней.

Оборачиваю руки вокруг талии Зэйдена и прислоняюсь щекой к его обнаженной спине. С легким вздохом он кладет большую ложку обратно в стеклянную форму и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. Его глаза внезапно темнеют, он окидывает меня взглядом с настороженностью.

Когда Зэй обхватывает мое лицо руками и прижимается к моему лбу, я закрываю глаза, наслаждаясь ощущением его губ. Как только наши губы соединяются, атмосфера в комнате накаляется. Зэй разворачивает нас и приподнимает меня легким движением, сажая меня на край стойки.

С отчаянным рвением он расстегивает джинсы и достает еще один презерватив из заднего