Дремир. На грани. Том 2 - Ник Вернер

Там я засел за свои ложки и, пока руки были при деле, начал обдумывать произошедшее вчера.

«После использования магии я себя вполне нормально чувствую, да и не сказал бы, что что-то ощущалось не так. Думаю, больше можно не переживать о том, что что-то куда-то ещё не „приросло“. Похоже, моё магическое истощение всегда сопровождается хандрой. Надо будет это, наконец, запомнить и следить за собой. Так, сейчас я не хандрю, так что эту тему можно закрывать».

Я доделал форму ложки и задумался над тем, хочу ли сегодня учиться делать узоры на ручке, но понял, что голова у меня сейчас забита совсем не тем, и, отложив её в сторону, взялся за топорик, чтобы обстругать следующую, но…

— За тобой пришли, — сказал подошедший ко мне Григорий. — Просят наведаться к Яромиру.

«У них что, опять грифоны сбежали?» — подумал я, а вслух лишь сказал:

— Иду.

У Яромира я был через четверть часа, но оказалось, что грифоны здесь не причём, а вопрос касался меня лично, что меня отнюдь не обрадовало. На этот раз дело было вовсе не в хандре, а в здравом смысле.

— Мы получили приглашение от графа Неррона на Совет, — сказал Яромир. — Он состоится через два месяца в столице Каанно-Таны, Катаренске. В списках приглашенных есть и ты, Марк Эренский. Граф приглашает тебя как независимого эксперта по магии.

Сказать, что я удивился — ничего не сказать.

«Какого нафиг „эксперта по магии“⁉ — мысленно возмутился я. — Я что, похож на эксперта⁈ Да в Весталии полно магов, которые сильнее меня или, по крайней мере, не пропускали уроки по магической теории. Он меня что, за идиота держит⁈»

Я всё же попытался скрыть своё возмущение за удивлением и спросил:

— Указаны ли там вопросы, которые будут подниматься на совете?

— Да. Одна из тем — это проблема смертей и помешательства магов Весталии. Вторая — проблема с аметистами.

Я так и не понял, при чём тут я по всем пунктам и каким местом в этих темах могу быть экспертом, но оставил это открытие при себе.

— Могу ли я ознакомиться с полным текстом приглашения? — спросил я.

Не то чтобы я не доверял Яромиру, но мне было интересно увидеть своё имя, написанное рукой графа Неррона, собственными глазами.

Яромир открыл ящик стола и протянул мне документ. Я его так стоя и прочитал.

«Да уж…»

— Значит, Совет через два месяца, — вслух задумался я.

— Да, — подтвердил Яромир и тут же добавил: — У меня к тебе есть предложение, желаешь услышать?

«Какое ещё предложение⁈ — снова мысленно возмутился я. — Я ещё даже не решил, поеду я туда или нет!»

Не то чтобы я желал его услышать, но пришлось ответить:

— Да.

— Я предлагаю тебе задержаться в Яренке ещё на пять недель и помочь нам с восстановление Священного Леса. Взамен я предлагаю тебе отправится с нами на Совет. Мы выезжаем верхом за три недели до его начала. Ехать будем через Центральный Дремир и планируем остановиться на полторы недели в Граде на Каанно-Тане, а оттуда отправится на корабле вниз по течению в Катаренск. Я подумал, что тебе может быть интересно такое путешествие.

«Даже не знаю, стоит ли оно того…» — подумал я и немного успокоился.

— Благодарю за предложение, — учтиво ответил я. — Мне надо подумать.

— Я не тороплю тебя с ответом, — улыбнулся Яромир.

«Видимо, он обрадовался, что я не сразу отказался. Хотя? Что он от этого выигрывает, я всё же не понял. Что так, что эдак, на Совет мне надо выезжать за три недели. Ну, если выезжать».

На том я попрощался и ушёл обратно в мастерскую Григорию, ведь ни грифоны, ни советы моё слово не отменяли, и ходить что-то мастерить мне было положено каждый день.

Пришёл, уселся на свой табурет подмастерья, взял топор и… Так и просидел с ним без движения с час. Думалось мне плохо — начала сказываться бессонная ночь, да и отрезать себе пальцы желания особого не было. В итоге Григорий меня выгнал до завтра за тунеядство. Я особо и не спорил — ушёл.

Дома я продрых до полудня, но в голове не прояснилось, и решения всё не приходили. Время как раз было подходящее, и я надумал сходить проветриться на ристалище Касты Следопытов. Там сейчас как раз никого не должно было быть.

Мои надежды оправдались, и, оставив своё пальто в доме-оружейной, я пошёл бегать по кругу. Морозный ветер продувал насквозь мой свитер и рубашку под ним и приятно холодил. Вскоре я снял свитер и продолжил бегать в среднем темпе. Мне было хорошо — и морозно, и свежо, и жарко одновременно. Я чувствовал себя ярко горящим костром посреди снежного леса, а ледяной ветер, который пытался меня остудить и заморозить, лишь «раздувал» меня всё сильнее и сильнее.

Через час пробежки все мои сомнения будто сгорели в этом костре, и я решил: «А почему бы и нет? Что я теряю? Да ничего! Не скрутит же меня граф Неррон посреди собрания, да ещё и на глазах дремирян, которые меня туда привезут. А если и попытается, то он не у себя дома, и всей его гвардии при нём не будет. Значит, я уж как-нибудь точно отобьюсь. Центральный Дремир? Можно и глянуть. Раньше бы душу продал, чтобы туда попасть. Сейчас остался лишь лёгкий интерес, но всё же он ещё есть. Пять недель? Теперь у меня есть точный срок, за который нужно починить их Священный Лес, чтобы сюда больше не возвращаться. Значит, ещё неделю я вожусь с резьбой по дереву, дарю Яромиру ложку и иду обратно на поклон к Любомиру. После этого у меня будет ещё месяц, чтобы допереть, что я делаю с Факелом не так».

Одобрив свой план, я ещё с полчаса «повалялся в снегу», отрабатывая разные скрутки, броски, уклонения и кувырки. Давно я так не тренировался и заметил, что скорость реакции заметно просела. Пока я замечал это и без партнёра, но вскоре мне надо будет найти кого-то, кто захочет потренироваться со мной.

«Может, Ратибора спросить? — подумал я, закончив свою тренировку и обтрушиваясь от снега. — Правда, он из другой Касты… Но к Яромиру с такими глупостями тоже как-то идти не хочется».

Вернувшись домой, я обсох и отогрелся.