Руж - Грир Риверс

Она не понимает моего сарказма и пожимает плечами.

— Можно надеяться.

— Фу, хватит разговоров. — Рокси закатывает глаза. — Давай потанцуем. Если нам придется торчать здесь всю ночь, когда все будут целовать задницу жениха, а не невесты, я собираюсь сама вывести ее на танцпол и показать, как хорошо провести время.

Я бросаю взгляд на растущую толпу. Я должна отдать должное моей маме, группа отличная, и я более чем благодарна ей за то, что она выключила весь свет над сценой, чтобы я могла танцевать от всего сердца. Здесь хорошее сочетание музыкальных жанров, найдется что-нибудь для каждого, и мы находимся в Вегасе. Какими бы правильными ни хотели быть люди, чем больше алкоголя и музыки заливает систему, тем больше даже богатые снобы хотят танцевать тверк.

— Мне нравится эта идея. — Я улыбаюсь.

Мэйв усмехается.

— Знаешь, все слишком боятся моего брата. Ты действительно думаешь, что кто-то рискнет проявить себя с плохой стороны только для того, чтобы потанцевать с тобой?

Я пожимаю плечами и использую те же слова, что и она ранее.

— Можно надеяться.

Она издает смешок.

— Это все равно что рассчитывать на дождь в Вегасе.

— Что, как ни странно, — вмешивается Рокси. — Метеоролог сообщил, что это должно произойти в ближайшее время. Так что это не обязательно сценарий «когда свиньи полетят», как ты себе представляешь. Давай, Лейси, пошли.

Мэйв хмуро смотрит на нее, прежде чем снова поворачивается ко мне.

— Тебя еще не пригласили танцевать. Ты не можешь просто пойти туда... — она запинается, прежде чем ее обрывает грохот, от которого у меня по спине пробегают восхитительные мурашки.

— Могу я пригласить вас на этот танец?

Сцена 30

ОГОНЬ В ОГНЕ

Лейси

Его глубокий голос и ирландский акцент обжигают мне затылок, согревая тело изнутри и снаружи. Глаза Мэйв чуть не вылезают из орбит, когда она смотрит через мое плечо. Я уже знаю, кто это, и, несмотря на то, что Кайан солгал мне о здоровье отца, его присутствие успокаивает мои нервы, как когда мой разум проясняется перед выходом на сцену.

Когда я оборачиваюсь, Кайан стоит там в полностью черном смокинге с протянутой рукой, ожидая меня. Единственная яркая деталь на нем — красный шелковый галстук и маска красного дьявола. Это та же самая, что он носил в «Руж», вызывая у меня восхитительное дежавю, и мое сердце трепещет при воспоминании об этом.

— О да, она приглашена на танец, правда, Лейси? Ты же не можешь быть грубой и сказать «нет», правда, Мэйв?

Рокси гребаная святая. Она без особых усилий загнала Мэйв в угол с помощью формальностей. Какая женщина Гвардии скажет «нет» мужчине?

— Я была бы рада, — чопорно отвечаю я, прежде чем позволить ему взять меня за руку и повести на танцпол.

Предыдущая песня замедляется и переходит в страстную кавер-версию Fire On Fire — Sam Smith. Я сразу узнаю ее, когда солист начинает напевать в микрофон. Струны воспроизводят мелодию, когда Кайан кладет руку мне на поясницу поверх перекрещивающихся лент. Кончики его пальцев проникают под один из них, касаясь моей обнаженной кожи и заставляя меня дрожать. Когда я кладу одну руку в перчатке ему на плечо, а другой держу его поднятую руку, мое сердце колотится в груди от одержимости в его взгляде.

Как только песня начинает литься, мы переходим на шаг и начинаем наш вальс. Обычно я бы отодвинулась от него под небольшим углом, но мои мышцы нижней части левой спины не только запротестовали бы, если бы я попыталась, но я также не хочу увеличивать какое-либо расстояние между нами. Я следую его примеру, позволяя его телу прижиматься к моему, чтобы направлять мои шаги назад, влево, вперед и вправо.

Он выводит нас длинными, элегантными, плавными шагами на середину зала. Другие танцоры скрывают нас от остальной части вечеринки, и как бы сильно я ни жаждала остаться с ним наедине, вопросы о моем отце все еще горят в моей голове, и я больше не могу сдерживать свои обвинения. Мои глаза сужаются, когда я готовлюсь к очередному предательству от того, кто мне дорог.

— Ты солгал мне, Кайан.

Он отшатывается, как будто я дала ему пощечину.

— Солгал? О чем?

— Монро сказал мне, что на моего отца напали. И что ему может грозить смертная казнь, если его признают виновным. — Как только слова слетают с моих губ, понимание смягчает черты лица Киана, и мое сердце сжимается. — Значит, либо ты никогда не навещал моего отца, либо солгал, когда сказал мне, что с ним все в порядке...

— С ним сейчас все в порядке, и он просил меня передать тебе, что с ним все в порядке. Он не хотел, чтобы его дочь беспокоилась. Как только мы выясним, как освободить твоего отца, все остальное не будет иметь значения.

Я усмехаюсь.

— У него хватает наглости говорить мне, чтобы я не беспокоилась о нем, и в то же время заставлять меня выходить замуж за монстра.

Разочарованный вздох Кайана касается моего лба.

— Я согласен, но твой отец умолял меня сохранить его тайну. Я не хотел, но надеялся, что мне не придется хранить это долго. Мой план состоял в том, чтобы рассказать тебе, как только все уладится и ты оставишь Монро... Подожди... — Брови Кайана хмурятся над маской. — Твой отец рассказал ему о нас?

Мои глаза расширяются, и я качаю головой.

— Я так не думаю. Если бы он это сделал, я сильно сомневаюсь, что была бы сейчас жива, не говоря уже о танцах перед свадьбой, которая никогда не состоится.

— Хорошо. Значит, он все еще верит, что я найду ответы.

— Что ты имеешь в виду?

Он снова встречается со мной взглядом.

— Если бы твой отец не доверял мне, он мог бы использовать эту информацию, чтобы договориться с Монро. Но он этого не сделал, а это значит, что он доверяет мне освободить вас обоих.

— Должен ли он тебе доверять? Ты что-нибудь нашел?

— Я работал со своими контактами, чтобы найти ответы. Я пытался сообщить тебе новости с помощью СМС, но Монро сказал мне, что твой мобильный у него.

— Монро рассказал тебе? Когда, черт возьми, ты его видел?

— Этим утром. Эта чертовщина произошла в казино моей семьи. Я спустился вниз, пока мои люди работали над тем, чтобы выяснить, как попасть в его апартаменты,