В объятиях заката - Сандра Браун

Она сбросила с себя оцепенение и сунула драгоценности в карман. Что с ними делать? Если она спрячет их где-нибудь еще, пока не удастся отдать их Клэнси, Росс может обнаружить пропажу. Но если Росс ничего не знает о них? Знает ли он? В любом случае лучше всего оставить их там, где они были, даже если для этого опять потребуется двигать комод.

Она едва успела спрятать все на место и передвинуть обратно комод, как Росс откинул брезент и спросил:

— Что ты делаешь?

Лидия опиралась о крышку комода, стараясь успокоить дыхание. Она виновато обернулась на звук его голоса.

— Ничего, — быстро сказала она. Она проглотила слюну и умоляла сердце не биться так сильно. Неужели ее муж вор?

— У тебя щеки такие красные.

— Да? — спросила она, прикладывая руки к горящему лицу. — Мне жарко. Здесь нечем дышать. У меня не было времени вымыться.

Он улыбнулся, поставив одну длинную ногу в фургон, а другую оставив снаружи.

— Пойдем искупаемся. — Он подошел, обнял ее за шею и припал горячими губами к ее рту. Он провел языком по ее верхней губе и сказал: — Ты соленая.

Ее мышцы ослабели, как случалось всегда, когда он целовал ее. Невзирая на жару, она прильнула к нему. Его рубашка тоже была влажная:

— Я же говорю, я не успела вымыться.

— Я тоже не успел. Я весь в пыли. Пойдем скорей к реке, — прошептал он, уткнувшись ей в шею. Его руки легли ей на грудь и стали легонько ее сжимать. — Мы снимем с себя всю одежду и…

— Нет, — сказала она, отстраняясь и качая головой. — Я не могу, нас могут увидеть.

Он засмеялся в ответ на ее опасение:

— Хорошо. Я разденусь, а ты можешь плавать в сорочке.

Ее глаза вспыхнули, как кометы.

— Я не умею плавать, — сказала она капризно.

Только недавно она научилась кокетству. Она не знала, что это так называется и даже что именно она делает. Она только знала, что когда она капризничает и заставляет его добиваться своего долго, то их объятия нравятся ему еще больше. Она повернулась к нему спиной и направилась в другой конец фургона.

Он обхватил ее руками сзади, прижал грудь к ее спине, а бедра к ее ягодицам. Одной рукой накрыл ее грудь, а другой обхватил низ живота.

— А потом мы будем делать что-то, что ты умеешь делать. Ты ведь умеешь, а?

— Хмм, — промурлыкала она, кивая. — Ты научил меня, как это делается. — Она повернулась к нему лицом, и на несколько долгих минут они застыли в поцелуе, в котором участвовали не только их губы, но и тела. Ее грудь прижалась к его груди, животом она потерлась о затвердевшую выпуклость в его брюках.

— Черт побери! — Он оторвался от нее. — Ты права, здесь чертовски жарко. Давай возьмем Ли и пойдем на берег.

Он вывел ее из фургона за руку, и, пока они искали Ли, Росс удивлялся, что даже мысль о сексе стала доставлять ему такое удовольствие.

На следующее утро, когда Лидия проснулась, он еще спал. Они провели вместе весь вечер. Сначала целый час плескались на отмели с Ли. Потом Росс поплыл и нырнул. Она испугалась до смерти — ей показалось, что прошло пять минут, а он все не появлялся. Она громко звала его, прижимая к себе Ли, и вглядывалась в отражающую лучи заката поверхность воды, когда ее неожиданно ущипнули и Росс вынырнул из воды, как морское чудовище.

— Ой, я готова убить тебя. — Она шла за ним, борясь с течением и скользкими камнями, стараясь не упустить Ли, который с ликованием бил по воде ручками и ножками, впервые за весь день почувствовав прохладу.

— Лучше поцелуй меня, — засмеялся Росс над ее водными упражнениями. Он схватил ее скользкие руки и притянул к себе. Прижавшись друг к другу губами, они стояли в холодном потоке, наслаждаясь теплом своего поцелуя. Ли был зажат между ними. На него не обращали внимания. — А знаешь, — сказал Росс, когда его рот освободился, — купание в сорочке имеет свои преимущества.

Она посмотрела вниз — на облепившую тело сорочку, которая больше открывала, чем скрывала. Розовые соски соблазнительно выделялись. Вдруг ножка Ли задела кружевной край сорочки и стянула ее с груди. Белая влажная кожа блестела в вечернем свете солнца, гладкая, как мрамор.

Этого Росс уже не мог вынести. С легким стоном он подхватил руками ее грудь, освободил от рубашки и припал к ней губами. Он поцеловал гладкие полушария, затем взял сосок губами и слегка потянул, описывая языком вокруг него круги.

— Росс, Росс! — Слезы любви и счастья навернулись на глаза Лидии. Она хотела, чтобы это мгновение длилось вечно, но почувствовала бедром, что Росса охватывает возбуждение. Она положила руку ему на Щеку и любовно отодвинула его голову.

— Мы не так далеко от лагеря. Нас могут увидеть, да и Ли здесь.

В его глазах отразилась зелень листвы, когда он улыбнулся ей. Она никогда не отказывала ему прямо, но… он понял ее просьбу. Росс с сожалением прикрыл рубашкой ее грудь и сказал:

— Я думаю, Ли не прочь поужинать. Да и я тоже.

Он взял у нее ребенка и всю дорогу до лагеря нес его на руках, прижав к груди. И снова Лидии хотелось плакать от счастья, что у нее есть они оба.

Лидия смотрела на спящего мужа и благодарила Бога за то, что он дал его ей. Словно в наказание себе, она опустила взгляд и вспомнила про Клэнси. Когда он придет опять?

Он появился в то же утро, как только Росс ушел за водой.

— Доброе утро, миссис Коулмэн, — протянул он.

Лидия, не желая показывать ему свой страх, медленно повернулась и посмотрела на него с холодным презрением, которое всегда приводило его в бешенство. Она ничего не сказала.

— Ты нашла?

— Да.

Его глаза жадно заблестели, но она не двигалась.

— Ну, ты, глупая сука, пока никто не видит, неси их мне сюда.

— Я не могу. Они слишком хорошо спрятаны. Нужно время, чтобы достать.

Он раздраженно выругался и едва сдержался, чтобы не закатить ей пощечину. Но лагерь начинал просыпаться, и он знал, что ему не следует привлекать внимание.

— Тогда сегодня вечером.

— Только не здесь.

— Возле загона, когда все поставят туда лошадей на ночь.

Она кивнула, и он повернулся, чтобы прокрасться между деревьями. Прежде чем уйти, он обернулся:

— Ты смотри приходи, тебе же лучше будет.

Она опять кивнула.

Этого заката она боялась.

Но он наступил, бледно-лиловый, малиновый и золотой. Ужин ждал Росса, когда он вернулся с работы. Это было не просто, но ей удалось достать кошелек с драгоценностями после обеда.

Настроение ожидания и предвкушения носилось по всему каравану. Всего через несколько дней они прибудут на место. Скаут предполагал, что они пересекут Красную реку через два дня. Затем примерно еще три — до Джефферсона. Некоторые поедут дальше, но в Джефферсоне они расстанутся. Все уже обменивались адресами родственников, куда можно написать, пока у них не появятся постоянные адреса.