Шотландская наследница - Патриция Поттер

— Он называл себя Дьяволом, хотя настоящее его имя — Кейн. После освобождения из Центральной, тюрьмы, куда он попал за то, что спас меня, Кейн стал преступником. Вместе со своим лучшим другом был пойман и приговорен к повешению. Я же, будучи шерифом, занимался поисками преступников, объявленных в розыск. Я искал шайку бандитов, а они бесследно исчезали в районе, который у нас называют Индейскими территориями. И нам никак не удавалось найти то место, где они укрываются. Мне удалось… убедить Дьявола разыскать это место в обмен на жизнь его друга. Он возненавидел меня за это, но согласился, чтобы уберечь дорогого ему человека от петли. Я вынудил его свести дружбу с теми, кто скрывается от закона, а затем предать их.

Бен ненадолго замолчал, и Элизабет спросила:

— А мать Сары Энн?

Она возвращала Бена мыслями к Мери Мэй, потому что считала эту женщину вторым ключом к его сердцу. К тому же ей очень хотелось побольше узнать об этой женщине, так сильно повлиявшей на характер Бена. Правда, Элизабет понимала, что, кроме любопытства, в ее сердце присутствует и немалая доля ревности.

— Мери Мэй знала, где находится убежище, — продолжил свой рассказ Бен. — Они называли это место Логовищем. У нее… были дела с человеком, который там заправлял. Когда Дьявол попал в Логовище, у него появились там враги и одного из них выгнали прочь. Всех «гостей» привозили в Логовище с завязанными глазами, так что ни один из них не знал, где именно оно находится. Но тот, изгнанный, подозревал, что Мери Мэй известна дорога туда. Под пытками он вырвал у нее эти сведения и вернулся за Дьяволом. Если бы я не привел в движение весь этот план…

Элизабет стиснула его руку.

— Ты не должен винить себя. Ты же считал, что поступаешь правильно.

— Нет, должен, — ответил Бен. — Хотя бы за то, как хладнокровно использовал людей. Словно бог, играющий судьбами.

Она чувствовала его боль, и смятение, и раскаяние.

— Теперь я знаю, каково быть человеком, на которого охотятся, — мрачно сказал Бен. — И, должен признаться, мне это не по вкусу.

Он задумался и закончил свой рассказ.

— Вот почему я сторонился тебя. Для того, чтобы удар, если его нанесут, коснулся лишь меня, но не Сары Энн.

Холодок пробежал по спине Элизабет.

— А кто сейчас с Сарой Энн?

— Эффи, — нахмурил брови Бен, пораженный тоном ее голоса. — Девочка устала. Я попросил Эффи, чтобы она не отлучалась от нее.

— Бен, — вскочила на ноги Элизабет. — Неужели ты не понимаешь? Достаточно убить любого из вас, и вопрос о наследстве повисает в воздухе. Без Сары Энн у тебя нет прав. Без тебя у нее нет опекуна. Ведь тогда опекуном могут назвать и меня, и Барбару, и даже Хью.

— И тогда наследство вернется в руки того, кто в этом кровно заинтересован, — без всяких эмоций откликнулся Бен. — И поскольку ты отпадаешь…

— Этим человеком может быть либо Барбара, либо Хью, — подхватила она. — Но я все равно не могу поверить…

Бен уже не слушал ее. Он вскочил и побежал к своей лошади. Элизабет поспешила следом, не обращая внимания на боль в раненой лодыжке.

Что-то пошло не так. Совсем не так. Она чувствовала это всей кожей. Сегодняшнее покушение на Бена было настоящим, не случайным. И еще: это покушение могло быть устроено для того, чтобы Бен подумал, что только он, а не Сара Энн является мишенью для убийцы. Это должно было немного усыпить бдительность Бена, и тогда…

Хью? Барбара?

Элизабет до сих пор не могла в это поверить.

Подъезжая к Калхолму, они увидели Эффи, бегущую к конюшне, и немедленно направились к ней.

— Где Сара Энн? — в панике выкрикнул Бен. Рыдая и заикаясь, Эффи ответила:

— Я… Я не могу н-найти ее, сэр. Я оставила ее на… только на минуту, чтобы сходить за шоколадом на кухню. Я же только… Я ведь тут же… Я… Я обыскала все поместье.

— А конюшня? — спросил Бен. — Вы были уже на конюшне?

— Я… Я как раз бежала туда.

Бен выругался и развернул свою лошадь к конюшне. Малышка должна быть там. Наверное, возится со своим Пепперминтом. Он на скаку выпрыгнул из седла и распахнул двери конюшни.

— Сара Энн! — крикнул Бен, надеясь услышать ответ.

Ответа не последовало, и сердце его тревожно сжалось.

— Сара Энн! — повторил он, подбегая к стойлу Пепперминта. В голосе его слышалось отчаяние. Из глубины конюшни вынырнул Каллум Трапп.

— Вы загнали лошадей…

— Вы не видели Сару Энн?

— Нет, — покачал головой Трапп. — После обеда я взял одну из лошадей и сам только что вернулся. Как раз расседлываю. А пони в стойле? Может, она взяла его?

Бен, Трапп и Элизабет бросились к стойлу Пепперминта. Пони исчез.

Бен недоуменно покачал головой.

— Но она же не могла в одиночку оседлать пони. Никак не могла.

К ним присоединилась запыхавшаяся Эффи.

— Когда точно вы в последний раз видели Сару Энн? — спросил ее Бен.

Эффи выглядела настолько испуганной, что, кажется, ничего не соображала. Бену захотелось хорошенько встряхнуть ее, но он знал, что это ничего не изменит. Он понизил тон:

— Подумайте хорошенько, Эффи. Когда точно вы вышли из спальни?

— Н-не помню, — дрожащим голосом ответила она. — Это моя вина. Девочка спала, и я подумала, что нужно принести чего-нибудь горяченького к тому времени, когда она… А потом я встретила внизу Теда, он рассказывал о сегодняшних скачках и…

В голосе Эффи послышалось отчаяние, а Бен понял, что ее «минутка» была долгой.

— Сколько времени вы провели в спальне Сары Энн?

— Н-не знаю, — захныкала Эффи. — Я просто сидела и сидела…

— И все же? Час? Два? — Они с Элизабет отсутствовали часа три. Занимались любовью в то время, как Сара Энн оставалась здесь одна…

Господи, он никогда не простит себе этого.

— Я н-не знаю, — всхлипнула еще раз Эффи, испуганная суровым тоном Бена, страдающая от стыда, пунцовая от раскаяния.

Бену хотелось ударить кого-нибудь. Ужасно хотелось. Но тогда начинать нужно с себя. Ведь это он отвечал за безопасность Сары Энн.

Трапп с отвращением посмотрел на Эффи.

— Слезами делу не поможешь. Посмотрю, на месте ли остальные лошади. А вы пока идите в дом, поспрашивайте, может быть, кто-нибудь что-нибудь видел или слышал.

Бен вопросительно посмотрел на него.

— Может быть, она поехала покататься с кем-то из гостей, — пояснил Трапп.

Бен не верил, что так могло быть. Разве что только этим гостем был Дрю Камерон.

— Я пойду с вами, — сказал он и обернулся к Эффи. Она стояла как изваяние, уставясь в землю невидящими глазами. — Найдите Дункана, пусть пошлет всех слуг прочесывать окрестности. Пусть еще раз обшарят весь дом. Да поворачивайтесь, черт вас побери!