После - долго и счастливо - Анна Тодд

– Вы двое проехали из конца в конец штата Вашингтон больше раз, чем любой из моих знакомых, – говорит Лэндон, подняв на меня глаза. Он сидит на диване в гостиной моего отца.

После того как смех снова резко перешел в молчание, я убедил Тессу, что лучше будет вернуться в дом Кена и провести время с Лэндоном, пока он не уехал. Мне казалось, она тут же с готовностью согласится – ей нравится общаться с Лэндоном, – но прежде чем решиться на это, она задумалась на несколько неловких мгновений. Мне пришлось ждать на кровати, пока она по непонятной причине собирала почти все свои вещи, а затем в машине, пока она чересчур долго прощалась с Кимберли и Вэнсом.

Я окидываю Лэндона ничего не выражающим взглядом.

– Ты знаешь не так много народа, чтобы твое утверждение можно было назвать достоверным, – поддразниваю я.

Он бросает взгляд на мать, сидящую рядом в кресле, и я знаю, что он хочет ответить мне какой-нибудь остроумной заумной репликой и наверняка не остался бы в долгу, не будь ее здесь. В последнее время он стал более находчив.

Вместо этого он только закатывает глаза, говорит «ха-ха» и снова утыкается в лежащую на коленях книжку.

– Хорошо, что вы благополучно добрались. Льет как из ведра, и к вечеру дождь только усилится, – мягко говорит Карен, улыбаясь, и я отвожу глаза. – Ужин в духовке, скоро будет готов.

– Пойду переоденусь. Спасибо, что разрешили мне опять у вас остановиться, – говорит Тесса у меня за спиной и, поднявшись по лестнице, исчезает.

Несколько секунд я стою внизу, а затем устремляюсь за ней, как щенок. Когда я вхожу в ее комнату, она стоит полураздетая, на ней только нижнее белье.

– Ничего себе скорость, – бормочу я на пороге, когда она поворачивает голову в мою сторону.

Она пытается прикрыться: сначала грудь, потом бедра, и я не могу сдержать улыбку.

– Немного поздновато для этого, тебе не кажется?

– Тс-с, – произносит она и натягивает через мокрую голову сухую футболку.

– Ты же знаешь, у меня плохо получается сохранять молчание.

– А что получается хорошо? – поддразнивает она и, извиваясь, влезает в штаны. Те самые штаны для йоги.

– Давненько ты их не носила… – Я потираю щетину на подбородке и не свожу глаз с обтягивающих черных штанов, которые сидят на ней как влитые.

– Не начинай.

Она игриво грозит мне пальцем.

– Ты их от меня спрятал, поэтому и не носила, – говорит она с улыбкой, будто сама удивляется тому, как легко получается шутить. Затем становится серьезнее и выпрямляет спину.

– Я их не прятал, – лгу я.

Интересно, когда она умудрилась найти их в шкафу в нашей чертовой квартире? Разглядывая ее задницу в этих штанах, я вспоминаю, почему их спрятал.

– Они были в шкафу.

Представив, какое у нее было лицо, когда она рылась в вещах, я начинаю смеяться, пока мне не приходит в голову, что там лежит кое-что еще, чего она видеть не должна.

Я вглядываюсь в нее, пытаясь понять, не нашла ли она в шкафу ту проклятую коробку.

– Что? – спрашивает она, натягивая носки – жуткого розового цвета, пушистые, с узором в горошек.

– Ничего, – снова лгу я, отгоняя подозрения.

– Ну и хорошо… – Она выходит из комнаты.

Я опять иду за ней следом, как щенок, и сажусь рядом за большой обеденный стол. Эта девица с именем на букву «с» опять здесь и так смотрит на Лэндона, словно он невесть какая драгоценность. Определенно, она со странностями.

Завидев ее, Тесса ослепительно улыбается:

– Привет, София!

София отрывает взгляд от Лэндона, только чтобы улыбнуться Тессе в ответ и помахать мне.

– София помогла мне приготовить окорок, – с гордостью объявляет Карен.

Большой обеденный стол уставлен едой и украшен цветами и горящими свечами. Пока Карен и София нарезают окорок, мы обмениваемся ничего не значащими фразами.

– М-м-м, как вкусно. Соус просто бесподобный, – произносит Тесса, постанывая от удовольствия.

Ох уж эти женщины со своей чертовой едой!

– Можно подумать, что вы обсуждаете порно, – говорю я преувеличенно громко.

Тесса пинает меня под столом, а Карен, прикрыв рукой набитый рот, кашляет от смеха. К общему удивлению, София тоже смеется. Судя по всему, Лэндону неловко, но он расслабляется, видя, что она хохочет от всей души.

– Что за разговоры, – произносит она.

Лэндон жалобно смотрит на нее, и теперь уже и Тесса улыбается.

– Это же Хардин. Такие реплики вполне в его духе, – замечает Карен, в ее глазах искрится смех.

«Ну ладно, это уж и вовсе странно».

– Ты привыкнешь к нему. – Лэндон бросает на меня мимолетный взгляд, прежде чем снова целиком переключиться на свое новое увлечение. – Если пообщаешься с ним. Но ты не будешь с ним общаться. – Он густо краснеет. – Конечно, только если тебе этого не хочется. Хотя вряд ли тебе этого захочется.

– Она тебя поняла, – спасаю я его, и он смотрит так, будто готов обмочиться.

– Да, поняла, – улыбается она Лэндону, и я готов поклясться, что его лицо из красного становится пурпурным. Вот бедняга.

– София, ты надолго в наших краях? – вступает в разговор Тесса, меняя тему, чтобы тактично помочь другу.

– Задержусь еще на пару дней. Возвращаюсь в Нью-Йорк в понедельник. Мои соседки по комнате ждут не дождутся моего приезда.

– Сколько их у тебя? – спрашивает Тесса.

– Трое, все танцовщицы.

Я смеюсь.

Тесса тоже натянуто улыбается: