Найти тебя - Санта Монтефиоре

— Пекора, — повторила она.

Его лицо радостно просияло.

— Пекора, браво! — Он выискивал глазами, на что бы указать еще. — Маре, — сказал он, указывая на море. — Маре.

— Маре, — произнесла она.

— Браво, синьора. Маре.

Миссис Уэйнбридж чувствовала, как переполняется ее сердце. Энтузиазм Нуззо был настолько вдохновляющим, что она снова почувствовала себя молодой.

— Сьело, — произнес он, махнув рукой в сторону неба. — Сьело.

— Сьело, — повторила она.

Он покачал головой, явно довольный услышанным.

— Брависсимо! — воскликнул он. Нагнувшись, он сорвал маленький желтенький цветок, примостившийся между двумя камнями. — Фьоре, — произнес он, вручая его Уэйни.

— Фьоре, — нежно повторила она. Он внимательно посмотрел на нее, и в его взгляде было сильное чувство. — Белла, — робко сказал он.

Миссис Уэйнбридж сглотнула. Даже она знала значение слова «белла». Она взглянула на цветок.

— Белла, — произнесла она.

— Нет, не он, а госпожа. — Нуззо покачал головой и, указывая на нее рукой, сказал: — Вы красивая.

Уэйни удивленно посмотрела на него.

— Я?

— Да, госпожа. Вы самая красивая.

Вернувшись с почты, Селестрия прошла через кухню и присела на лавочке в саду, со всех сторон окруженная терракотовыми горшками с лавандой. В безмятежности сада, благоухающего ароматом лекарственных растений, она принялась обдумывать свой следующий шаг. Встреча с Салазаром ничего ей не принесла. И теперь не оставалось ничего иного, как ждать инструкций от деда. Сколько она ни старалась, у нее никак не получалось освободиться от навязчивого образа Хэмиша, который постоянно ее преследовал, не желая ни на минуту оставить в покое. Фыркнув, она прогнала его, а через минуту увидела Уэйни, которая наконец вернулась с экскурсии. Пламенеющие щеки и горящие глаза выдавали ее и говорили о том, что прогулка была приятной. В руке она вертела маленький желтенький цветок.

— Мне ничего не удалось разузнать, — уныло поделилась с ней Селестрия. — Ума не приложу, где и кого теперь искать.

Миссис Уэйнбридж присела возле нее, радуясь возможности очутиться в тени огромного брезентового навеса.

— Может, ты ищешь совсем не там, где нужно.

— Нет, я уверена, что права. Но мошенник никак не хочет раскалываться. Он играет со мной, как кошка с мышкой. Я не говорю по-итальянски и не имею никакой возможности узнать, не лжет ли он.

— Почему бы тебе просто не расслабиться и не насладиться отдыхом? — Хитро улыбнувшись, Уэйни сняла шляпу, чтобы обмахнуться ею, как веером. — Это прекрасное место. Белла, пекора, сьело, маре, фьоре, белла. — Ее голос зазвучал мелодично и тихо.

— Я не стану праздно терять время, пока не узнаю, почему отец покончил с собой. Я подозреваю, что его шантажировали.

— Шантажировали?

— Мне жаль, Уэйни. Как я могла ожидать, что ты это поймешь, если я даже не ввела тебя в курс дела? Да и моя встреча не принесла желаемых результатов. Хотя я встретила француженку, швырнувшую камень в окно офиса господина Салазара, так что полицейским пришлось уводить ее силой. Он явно не пользуется большой любовью, а этот город просто наводнен самыми отъявленными грубиянами.

— А также очень милыми людьми.

Уэйни посмотрела на апельсиновую рощицу, которая лежала между садом и маленькой группой домов. Казалось, они боролись за право спрятаться от солнца под сенью возвышающихся над ними сосен.

— С которыми можно и пофлиртовать. Я правильно поняла? На самом деле, Уэйни, я шокирована. Ведь не прошло еще и недели, как ты здесь!

Миссис Уэйнбридж игриво вертела в руках маленький цветок.

— Нет ничего плохого во флирте. Думаю, я не смотрела на другого мужчину с тех пор, как Алфи ушел из жизни. А этот Нуззо — малый что надо.

— Как же вы общаетесь друг с другом? Он ведь ни слова не говорит по-английски.

— Мы кое-как приноровились.

Селестрия не могла усидеть на одном месте, поэтому предложила Уэйни прогуляться. Но та, изрядно подустав от утреннего променада, отказалась. Она был рада посидеть на солнышке, погруженная в свои раздумья. Ее не посещали такие приятные мысли уже очень и очень давно. И Селестрия отправилась одна. К своему удивлению, она поймала себя на мысли, что везде ищет глазами Хэмиша, но вместо него увидела миссис Халифакс, рисующую на вершине утеса маленькую покинутую крепость.

— Знаете, — начала женщина, вглядываясь в даль моря, — в Апулии жили греки, римляне, византийцы, нормандцы, французы, испанцы и неаполитанцы. Эти наблюдательные посты были сооружены специально для того, чтобы следить, не появятся ли воинственные турки. И дозорные передавали сигналы тревоги вдоль всего побережья, зажигая огни и тем самым предупреждая остальных людей об опасности. Ужасно романтично, не правда ли? — Селестрия присела на сухую остроконечную траву и тоже устремила взгляд в море. — Здесь еще есть красивые мавританские здания. Это место — огромная плавильная чаша различных культур. Я очень люблю его.

— Я ожидала, что оно будет выглядеть, как Тоскана.

Миссис Халифакс засмеялась.

— Вот уж нет и еще раз нет. В этом-то и состоит его прелесть.

— Вы очень хорошо рисуете, — заметила Селестрия, взглянув на холст.

— У меня за плечами огромный опыт.

— А вам не наскучило?

— Конечно же, нет. И почему мне, собственно, должно наскучить? Каждый пейзаж, который я пишу, совершенно не похож на другой.

— Но вы все время одна.

— Я окружена удивительной красотой природы. Она наполняет мою душу. Кроме того, мне нравится оставаться наедине со своими мыслями. Я вспоминаю прошлое, и это делает меня счастливее.

— Почему вы не вернулись во Францию?

— Ага, я разожгла твое любопытство!

— Но вы сами обещали мне рассказать.

Она перестала рисовать.

— Я влюбилась.

Селестрия выглядела удивленной.

— Вы влюбились?

— Я знаю, о чем ты думаешь: старые леди не влюбляются. Это не совсем то, что ты думаешь. Я влюбилась в мальчугана, жившего в замке.

— А, — произнесла Селестрия, кивнув головой.

— Его мать работала там же. Он был немым. Славный такой мальчишка. Прелестный, белокурый, с огромными любопытными и умными глазами. Он напомнил мне сына. — Женщина вздохнула и снова взялась за кисть. — А однажды, прямо на мессе, случилось настоящее чудо. Господь вернул ему голос.

— Правда?

— Да. Знаешь ли, чудеса время от времени все-таки случаются, если мы верим в них.

— А что произошло с ним потом?