Мороженое со вкусом лета - Морган Мэтсон

– Видишь? – отец указал на экран своим бейглом. – Не так уж и плохо, верно?

Я прищурилась, глядя на экран, где Джон Уэйн шел по запыленной городской площади своей подпрыгивающей походкой, которая, к сожалению, за последнее время стала мне чересчур хорошо знакома.

– Нормально, – я снова откинулась на мягкую спинку кожаного кресла и взяла свой всегдашний бейгл со сливочным сыром. Было почти два часа дня воскресенья, но мы с отцом только собрались позавтракать. Кроме того, он, согласно условиям нашего пари во время «Охоты за сокровищами», заставил меня смотреть «Рио Браво». – По крайней мере, лучше, чем «Кровавая аллея».

– Да уж, – признал отец с ухмылкой. – Тот просмотр точно был ошибкой.

Я подобрала ноги под себя. Стоял пасмурный день, периодически шел дождь, и от этого смотреть кино становилось еще уютнее. Хотя, честно говоря, я вполне могла бы обойтись и без Джона Уэйна. Но в процессе просмотра, практически против воли, я погрузилась в эту историю: Уэйн и его только что набранные помощники оказались в тюремной камере из-за конфликта с бандитами, и вот, вынужденные сидеть в одном помещении, они принимаются рассказывать истории и вспоминать старые обиды. В какой-то момент один из персонажей поет песню, и сразу после него запевает другой, и мне стало интересно: режиссер таким образом пытался растянуть экранное время или уже в пятидесятые было известно, что этот момент создан для похода за попкорном? Актеры пели хорошо, что заставляло немного усомниться в логике: если они настолько хорошо поют, то что делают в какой-то замшелой тюрьме в Техасе? И не логичнее было бы выступать в каком-нибудь водевиле?

– Эти ребята здорово поют, – заметила я, когда песнопения закончились и герои снова вспомнили, что они в смертельной опасности.

Отец удивленно посмотрел на меня с дивана.

– Эти ребята?

– Ну да, – я показала на экран. – Те двое. Отлично поют.

Отец сел прямо, поставил фильм на паузу и повернулся ко мне.

– Ну конечно, они хорошо поют, – на его лице появилось серьезное выражение. – Это же Рики Нельсон и Дин Мартин.

Он говорил таким тоном, будто это было очевидно, и я просто кивнула.

– Хм… ну да, – я пожалела, что вообще открыла рот.

– Боже мой! – отец затряс головой. – Немедленно звони Сабрине, – он указал на мой телефон, а тон его голоса был таким, как в то время, когда он работал в Вашингтоне: слыша его, стажеры начинали суетиться как муравьи.

– Э-э-э, – я неуверенно потянулась к телефону, – а зачем?

– Она должна об этом знать, – отрезал отец, и я предпочла не спорить.

Я набрала номер Бри, включила громкую связь и стала надеяться, что она не возьмет трубку. Но она взяла после третьего гудка, и, пока я набирала в грудь воздуха, чтобы заговорить, она меня опередила:

– Энди! – воскликнула она радостным голосом. – Привет! Знаешь… я так рада, что ты позвонила.

– Подожди, – быстро перебила ее я: нужно было сообщить ей, что я с отцом, пока она не начала обсуждать со мной похмелье, или мои планы переспать с Кларком в обозримом будущем, или что-то в этом роде. – Дело в том, что позвонить тебе попросил меня папа…

– Что?

– Добрый день, Сабрина, – включился отец, подвинувшись ближе к телефону. – Это Александр Уокер.

– Здравствуйте, мистер Уокер, – вежливо ответила Бри, но ее голос звучал удивленно.

– У нас нестандартная ситуация. Мы смотрим «Рио Браво»…

– Прекрасный выбор! – поскольку мы заговорили о кино, удивление и смущение Бри немедленно испарились.

– И оказалось, что моя дочь никогда не слышала ни о Рики Нельсоне, ни о Дине Мартине.

– Энди! – теперь в ее голосе звучало возмущение. – Как ты могла?!

– Что?! – Я перевела взгляд с отца на экран телефона, чувствуя необходимость защищаться. – Какая вообще разница?

– Прошу прощения, сэр, – уязвленно произнесла Бри. – Я приму меры.

– Я просто подумал, что вам стоит об этом знать, – произнес мой отец, глядя на меня и качая головой. – Хотя, конечно, и с моей стороны есть недоработка.

– Так, все, хватит, – я взяла телефон и выключила громкую связь. – Все, теперь на связи только я, – я прижала телефон к уху и вышла из комнаты.

– Не затягивай! – крикнул отец мне вслед и взял со столика газеты. – Потом мы будем смотреть «Искателей».

– Замечательный фильм! – вздохнула Бри, я закрыла за собой дверь кабинета и прошла несколько шагов по коридору.

– Приходи, – немедленно предложила я. – У нас еще остались бейглы.

– К сожалению, не могу, – с грустью произнесла она. – Я в буфете на сеансе в пять тридцать.

– В последнее время ты очень много работаешь, – заметила я.

Бри не ответила, и через мгновение я почувствовала укол совести, что вообще завела об этом речь. Но ведь в самом деле в последнее время было совершенно невозможно с ней увидеться. Она либо была на смене в кинотеатре, либо в последний момент писала нам, что не придет на вечеринку в саду или у бассейна, потому что ей нужно закрывать кинотеатр.

– Ну да, – наконец сказала Бри. – Мне очень жаль, что так получается. Просто тут, на работе, все перевернулось с ног на голову….

В ее голосе было нечто, что заставило меня насторожиться. Бри до последнего не говорила, в чем дело, так что приходилось догадываться самостоятельно. Я была уверена, что Тоби с самого начала разговора что-то заподозрила бы.

– У тебя все нормально?

На другом конце провода повисло молчание. С каждой секундой я все больше подозревала, что с ней что-то не так, но не могла представить, что бы это могло быть.

– На самом деле… – начала Бри.

Но тут отец закричал из кабинета:

– Энди! Ты скоро?

– Не обращай внимания, – сказала я в трубку, надеясь, что Бри его не услышала.

– Все нормально, – ответила Бри бодрым и собранным голосом. – Честное слово. Просто… – она умолкла, но через некоторое время заговорила снова, нарочито жизнерадостно: – Все хорошо, просто надо собираться на работу. Позвоню тебе попозже, ладно?

Я не успела ничего сказать, как она положила трубку, и я осталась непонимающе смотреть на картинку контакта, где Бри и Тоби не то ругались, не то собирались вот-вот расхохотаться, не то поругались в процессе хохота над чем-то: я уже забыла, какую из ситуаций запечатлело фото. Около минуты я подержала телефон в руке на случай, если она вдруг перезвонит, но потом отчаялась и вернулась в кабинет.

Через три часа мы закончили просмотр второго на сегодня фильма с Джоном Уэйном, и я чувствовала себя эмоционально истощенной.