Молчаливая роза - Кэт Мартин

Потерпи. Это случится скоро, но еще не сегодня.

— Сначала пообещай мне, что в следующий раз ты лучше подготовишься к моему приходу.

Улыбка на лице Девон пропала, словно ее и не было.

— Я ничего тебе не буду обещать, Джонатан. Странное дело, он ни в чем ее не винил. Если бы они вдруг поменялись местами и это она обманула его, то он точно так же развернулся бы на каблуках и ушел прочь, чтобы никогда больше с ней не встречаться. Лжи и предательства он не прощал.

Слава Богу. Девон не была столь бескомпромиссной. Может быть, она отчасти оправдывала его — ведь он прежде всего хотел защитить сына. Как бы там ни было, она постепенно оттаивала и ее недоверие шаг за шагом отступало. К тому же она по прежнему его желала — ничуть не меньше, чем он ее. Свидетельств тому было множество, например ее манера облизывать губы всякий раз, когда ее взгляд останавливался на его лице.

— Итак, что мне удалось выяснить? — Стаффорд постарался придать лицу сосредоточенное выражение. — Во-первых, в изданиях того времени не упоминается ни об одном смертном случае от скарлатины. Конечно, это еще мало о чем говорит…

— А как поживают наши письма? Они уже разосланы? Наши письма Многообещающее начало.

— Да. Но я не очень надеюсь на положительный результат. Сказать по правде, не могу представить себе человека, который по собственной воле признался бы в том, что познакомился с привидением.

— Зато найдутся желающие высказать свое недовольство, если в гостинице, по их мнению, что-то было не так. Люди весьма охотно поверяют претензии бумаге.

— Может, ты и права. Да, чуть не забыл. У нас встреча.

Фрэнсисом Линдерманом в десять утра в следующий четверг.

— Линдерман? Как это ты до него добрался?

— Я выяснил, где он живет, у его издателя. Хочешь верь, хочешь нет, но он преподает психологию в Принстоне. Парапсихология — его хобби. Тем не менее книгу он написал замечательную.

— Мне тоже его книга понравилась, — призналась Девон. — К сожалению, из того, что я прочитала, само собой напрашивается вывод: карьеру в этой области сделать нельзя.

— Большинство людей — скептики по натуре. Мало найдется колледжей, чей попечительский совет согласится предложить вниманию студентов курс парапсихологии. Да и степеней в этой области не присваивают.

— В одной книге я встретила упоминание об Институте парапсихологии в Дархеме, это штат Северная Каролина. Там у них есть специальная лаборатория по наблюдению за паранормальными явлениями.

— Непростое это дело — сфотографировать иллюзию.

Брови Девон поползли вверх.

— Слушай, ты стал говорить прямо как эксперт!

Джонатан широко улыбнулся.

— Всего лишь запомнил кое-какую терминологию. К примеру, «пси» значит «психический феномен». Заключает в себе обмен информацией между людьми без привычных средств общения. В подобных случаях действуют неизвестные пока законы природы. Да, забыл тебе сказать: когда меня что-то интересует, я становлюсь настоящим фанатиком этого дела. Кстати… — Он отошел к вешалке и вынул из кармана дождевика небольшую книжечку в твердом переплете. — Это мне дал Голдберг — издатель Линдермана. Этой книги еще и на полках нет. — Он протянул томик Девон. — Думаю, тебе понравится.

«Парапсихология: опыт изучения психического феномена. Источники и прикладная сфера». Девон принялась было перелистывать страницы, но Джонатан остановил ее.

— Я покажу тебе главу, которая, на мой взгляд, имеет отношение к тебе. Вот… — Он раскрыл книгу на шестьдесят восьмой странице и прочитал: — «…некоторые люди глубже проникают в паранормальное, когда находятся в нервном, почти истерическом состоянии — у них потеют руки, усиливается сердцебиение и их общее состояние приближается к стрессовому». Девон вздрогнула:

— Представляешь ли ты, что это значит?

— Я понимаю, что это значит для тебя. Она только покачала головой.

— Не можешь ты этого понимать. Как я тогда переживала, нервничала, тряслась от страха… В ту ночь, когда это произошло, вернулись некоторые симптомы болезненного состояния, проявившегося у меня после развода с Полом. Я даже стала подумывать, что у меня не все в порядке с головой. — Девон закрыла глаза, и слезы, просачиваясь сквозь плотно прикрытые веки, потекли по ее щекам.

Джонатан нежно притянул ее к себе и обнял — ласково, по-дружески, так что у нее не было повода его оттолкнуть.

— Извини. Плакать глупо, но я не смогла удержаться.

Джонатан крепче сжал ее в объятиях. Когда она находилась с ним рядом, он ощущал себя настоящим рыцарем-защитником.

— После того, что ты перенесла, немного поплакать даже полезно.

Девон вытерла слезы кончиками пальцев и подняла глаза.

— Вот и ответ. Нервное возбуждение и страх послужили своего рода проводниками, позволили мне вступить в контакт с Энни и Бернардом… и узнать, что случилось в этом доме много лет назад.

— Вполне логично. Не забывай, однако, что все это показывает, как ты вступила с ними в контакт, но не является доказательством того, что Энни и Бернард заперты в доме.

Девон выпрямившись, освободилась от его рук.

— Я знаю, что они там, знаю, что с ними случилось, и собираюсь им помочь.

— Мы собираемся им помочь, — поправил ее Джонатан. Девон, повернувшись, некоторое время всматривалась в его лицо и наконец улыбнулась.

— Да. Мы поможем им.

Алекс Стаффорд беспокойно покрутился в своем кресле.

За окном его комнаты ветер гнал по пустынной лужайке обрывки бумаги.

— Энди!

Он повернулся и увидел стоящую в дверях улыбающуюся Девон.

— Надеюсь, ты не забыл?

— Шутите! Я все утро ждал этого момента.

— В самом деле? — Девон снова улыбнулась мальчику, и тот подумал, что она очень красивая. Интересно, замечает ли это отец? И улыбка у нее обворожительная…

— Ну как, тебе удалось выкроить время и поработать над рисунком?

— Я рисовал вчера весь вечер и сегодня утром тоже.

— Что ж, в таком случае давай посмотрим, что у тебя получилось. — Девон подошла к столику Алекса.

— Вот, посмотрите. Я подумал, что отцу захочется получить картинку, на которой будет яхта. У него тоже когда-то была яхта — вы, конечно, об этом знаете? Он мне не раз говорил, что ему ужасно нравилось ходить под парусом.

Алекс искренне верил, что на свете нет большего счастья, чем свободно плыть по морской глади, и жалел, что отец продал яхту… С другой стороны, если бы яхта даже и была, вряд ли он смог бы отправиться с отцом в плавание — что делать на борту в этом проклятом кресле на колесиках?

— Эту яхту я скопировал с той, что была нарисована на картине, висевшей в офисе у доктора Реймонда.