Английский для миллионера - Варвара Корсарова

Марианна перевернулась на другой бок и сердито взбила подушку.

Вместе! Как долго они смогут быть вместе? Невозможно представить, как сложится у нее с Петром...

Раньше было так: когда Марианна влюблялась, не видела у избранника недостатков. Ее охватывало состояние слепой восторженности. Глаза открывались через три-четыре месяца и разом наступало охлаждение.

Теперь же все наоборот. Она изначально понимала, что они с Аракчеевым непохожи. Многие его качества были ей не по душе.

Петр занудный. Строгий. Совсем не игривый…

Но в то же время Марианна неистово, глубоко восхищалась им. Его волей, его упрямством, которое в то же время выводило ее из себя. Она никогда не встречала таких мужчин. С первого дня знакомства ее сердце начинало биться сильнее в его присутствии. Ей хотелось растормошить его. Раскачать. Дразнить. Злить. Заставить смеяться над дурацкими шутками. Целовать…

Утром за завтраком Марианна почти решила, что вчера ей все приснилось. И урок с Аракчеевым, и его поцелуи, и его признание. Потому что он держался отчужденно, спокойно. В присутствии посторонних называл ее на «вы».

– Когда поедем на занятие, не забудь распечатки с ролью, – инструктировал Петр дочь. – Вы же будете репетировать сцену?

Надо же! Он помнит о роли и распечатках! Наверное, разговаривал с Дашей. Интересовался ее делами, как Марианна и посоветовала. Он прислушался к ней!

– Ладно-ладно, – ответила Даша и с шумом допила сок.

– Не хлюпай, – сделал замечание Петр. За одну ночь он все же не превратился в идеального отца.

Пришло время собираться.

Помня о предстоящем свидании, Марианна надела блузку с открытыми плечами, широкую струящуюся юбку, накинула пиджак. Получилось скромно, но с намеком.

Она накрасила ресницы и тронула помадой губы. Пульс упруго бился в ее жилах, а кровь словно превратилась в шампанское – радостное предвкушение кипело миллионами искрящихся пузырьков.

Вышла в коридор и в нерешительности остановилась у спальни Петра. Он был у себя – слышно, как ходит. Ей хотелось поговорить с ним перед выездом.

Она подняла руку, не решаясь постучаться. Но тут дверь открылась и Марианна вздрогнула. На Петре были джинсы, а рубашка была расстегнута, отчего он выглядел ужасно сексуально.

– Это ты, отлично! – обрадовался Петр и за руку завел гостью в комнату. Марианна быстро огляделась. Спальня Петра была очень просторной, светлой, типично мужской: ничего лишнего.

– Как раз хотел позвать тебя. Помоги правильно одеться на наше с тобой первое свидание. Если буду в галстуке, ты будешь меня стесняться? За что вы так ненавидите галстуки, а, Марианна Георгиевна?

Он весел, шутит, говорит громко – неужто нервничает и смущается, как мальчишка? Да ну, быть не может.

Марианна облизала внезапно пересохшие губы, прежде чем ответить:

– Вы.. ты всегда одеваешься со вкусом. Мне очень нравится. И в галстуке, и без. В тот раз я сказала чепуху. Не надо было меня слушать.

– Я не прочь сменить стиль, – Петр улыбнулся и сдвинул дверцу шкафа. – Мы сегодня пойдем в одно богемное место. Хм, вот эта рубашка подойдет? Как там говорят… стиль кэжуал?

– Отлично, – кивнула Марианна, пытаясь свыкнуться с новой ролью – консультанта Петра в выборе прикида. Она не могла поверить, что он советуется с ней по такому вопросу. Это новая степень доверия. Глядишь, скоро носки  ему вместе покупать будут. Она развеселилась от этой мысли и сказала:

–  Подожду тебя внизу.

Она открыла дверь и почти вышла, как замерла на месте.

Петр снял рубашку, чтобы переодеться.

Марианна не смогла закрыть дверь. Она завороженно смотрела на его спину, на его жилистые, рельефные предплечья. Он немного повернулся. И – вот! – та самая татуировка на плече, о которой проболталась Даша!

Как зачарованная Марианна тихо подошла к нему... Петр встряхнул рубашку, собираясь надеть, но в этот момент Марианна коснулась его плеча.

– Что это? Ничего себе! Щит, дракон… группа крови? Первая положительная. Это армейская татуировка?

Она медленно обвела рисунок пальцем, а потом осмелела: положила на его грудь распластанную ладонь и замерла, упиваясь новым ощущением.

– Я думал, ты ушла, – он посмотрел на нее в упор без улыбки. – Это – так, юношеская глупость. Но и доброе воспоминание. Когда я служил, уже встал на верный путь, но все же еще был дерзким и безбашенным, – пояснил Петр, а потом вдруг накрыл руку Марианны своей.

– Пожалуйста, не касайся меня сейчас, – сказал он низким голосом, от которого у нее по спине пробежали мурашки. – Не провоцируй. Иначе мы никуда не поедем. Иначе я запру дверь, а потом…

Он дотронулся до ее шеи и медленно провел пальцем по ключице. А затем вздохнул, убрал руку и отвернулся.

– Иди, – сказал он мягко. – Подождите с Дашей меня у гаража, ладно? Скоро буду.

Марианна смутилась и быстро вышла из комнаты, мысленно ругая себя. Наверное, она слишком много себе позволила.

Интересно, осталось в Петре нынешнем что-то от дерзкого и безбашенного Петьки? Кроме плохонькой татуировки, которую набил синими чернилами криворукий армейский умелец?

---

Пока добирались до города, Даша горько вздыхала. Она уже забыла, как хорошо провела время на занятии в прошлый раз. Другие удовольствия казались ей важнее. Марианна разговаривала с ней и старалась вновь заразить ее азартом. Кажется, получилось: в кабинет Даша вошла с улыбкой. К ней сразу прилипли девочки, с которыми она познакомилась в прошлый раз, завязалась оживленная беседа.

Марианна помахала ей на прощание и спустилась к Петру. Он не стал ждать в автомобиле, а стоял у входа.

– Ну, Марианна Георгиевна, вы готовы отправиться со мной на свидание? – спросил он с усмешкой, от которой у Марианны захватило дыхание. – У нас два часа. Жаль, немного. Рядом есть хорошее арт-кафе, знакомые рекомендовали. Заглянем туда. Думаю, тебе понравится. Слушай, – он на ходу положил ей руку на талию и немного притянул к себе. – У тебя красивое имя, но можно, я буду называть тебя короче? Как тебя называют близкие? Мари?

– Маша. Просто Маша, – сказала Марианна хриплым голосом. Она засмотрелась в его зеленые глаза и чуть не споткнулась.

– Маша, – он удивленно покачал головой. – Ну какая же ты Маша, когда ты – прекрасная, экзотическая туземка Мари…

Его комплимент не обрадовал Марианну.

– Большую часть времени я не экзотичная туземка, а самая обычная Маша. Маша-растеряша, Маша-забываша, Маша-простокваша. Пусть у меня темная кожа, и волосы как спиральки, пусть я танцую африканские танцы, но я самая обычная девушка.

– Ну уж нет. Обычного в тебе нет ничего. Так, сюда... мы на месте.

Марианна подняла глаза и похолодела. Они стояли под хорошо знакомой ей вывеской: «Арт-кафе “У бродячей собаки”».