Герцог и служанка - Дженнифер Хеймор

На следующий день после возвращения в Колтон-Хаус Кейт и Гаррет сидели в детской, склонившись голова к голове над маленькой Шарлоттой, которую Кейт держала на руках. Реджи и Миранда играли во что-то в другом конце комнаты.

Кейт коснулась пальцем крошечных коралловых губок малышки:

— Она такая красивая.

Гаррет улыбнулся, и Шарлотта моргнула синими глазами, узнавая его.

— Да.

Он посмотрел на играющих детей и снова на Кейт.

— Это мои дети, — сказал он так тихо, что никто, кроме них, не мог услышать.

Реджи и Миранда в этот момент взорвались громким смехом, и Миранда захлопала в ладоши от восторга.

— В молодости мне очень хотелось иметь детей, — продолжал он. — Счастливых детей. Никогда не думал, что Господь так меня одарит.

Кейт не сводила глаз с маленькой Шарлотты. Ей всегда хотелось стать матерью, хоть она и не верила, что ей представится такая возможность. Впрочем, она уже ею стала, потому что Реджи был скорее ее сыном, чем братом. А теперь она внезапно обрела дочь — Шарлотту — и еще одну, Миранду, не по годам развитую, чуткую восьмилетнюю девочку, которая половину времени будет проводить с Софи и Тристаном, а половину — с ними.

Это ее семья. Кейт открыла свое сердце и приняла это, и оно наполнилось любовью к троим ее детям. Реджи, ее сводный брат, сын матери и маркиза Дебюсси, Миранда, нежная и наблюдательная падчерица, которая лучше, чем кто-либо другой, научит ее быть леди, и невинное дитя Шарлотта, которую родная мать бросила ради пяти тысяч фунтов.

Кейт посмотрела на мужчину, который собрал их вместе. Ее муж. Ее герцог. Ее бог, молнией прилетевший в Кенилуорт прямо с Олимпа. Она осторожно коснулась рукой живота.

— Возможно, Бог благословит нас еще, — сказала она. — Тебе бы этого хотелось?

Его рука легла на ее корсаж.

— Да, хотелось бы. Очень.

Внезапно она поняла, что может дать ему то, чего у него еще нет. Законного сына. Наследника.

— Ах, Кейт! — Гаррет поцеловал в лоб сначала ее, потом малышку. — Я знаю, что ты не хочешь с ней расставаться…

Это так. С тех пор как она впервые увидела Шарлотту, она спускала ее с рук только поспать и поесть.

— Но может, ты со мной прогуляешься?

— Да, конечно. — По правде сказать, ей очень хотелось выйти на свежий воздух, потому что погода стояла не по сезону теплая. Хотя до Рождества оставалось совсем недолго, снег растаял и яркое солнце, светившее в окно, обещало, что сегодня явно будет еще теплее, чем вчера.

Они отдали Шарлотту кормилице, и Кейт переоделась в одно из новых прогулочных платьев — белое в розовую крапинку, с лентами. Она спустилась вниз, туда, где ее ждал Гаррет.

Он улыбнулся, увидев ее, и подал ей перчатки.

— Новые наряды тебе очень к лицу.

Она нахмурилась, принимая перчатки из его рук. Она, кажется, слишком большое внимание уделяла платьям, но они были такие красивые и сидели так, как она и мечтать не могла…

— Думаешь?

— Да. — Гаррет взял ее под руку и вывел на улицу. — У Ребекки хороший вкус.

— Наверняка я найду причину вываляться в грязи, и еще до конца года они все придут в негодность.

— Вот и славно, — улыбнулся Гаррет. — Тогда купим тебе новые.

Они в молчании прошли мимо восьмиугольной беседки и через мостик. Кейт подставила солнцу лицо, наслаждаясь прикосновением теплых целительных лучей и нисколько не заботясь о том, что можно загореть, как дикарка.

Когда Гаррет свернул с дорожки у сваленных в кучу камней, прикрытых сорняками, Кейт спросила:

— Мы идем к твоему водопаду?

— Нашему водопаду, — поправил он ее и помог переступить через валежник. — Я решил, что неплохо бы устроить пикник.

До самого водопада шли в молчании. Тропинка повернула в последний раз, шум воды заполнил уши — и перед ними явился водопад, белая стена воды, бурливой от наступившей оттепели.

— Ах! — воскликнула Кейт.

На полянке напротив водопада было расстелено одеяло, и на нем стояла знакомая корзина. Те самые одеяло и корзина, которые он приносил на первое свидание у пруда в Кенилуорте.

— Ты их сохранил!

— Да! — Гаррет покосился на нее и отвел взгляд. — Я захватил их, уезжая из Кенилуорта. Не хотел с ними расставаться.

Кейт крепко сжала его руку. На глаза навернулись слезы от охвативших ее чувств. Она никогда не знала, что у мужчины может быть такое огромное сердце.

Он заключил ее в объятия:

— Я никогда не забуду тот вечер.

Она запустила руки ему под пальто и с наслаждением ощутила переплетение сильных мышц на его спине. Она посмотрела в его голубые глаза:

— И я не забуду.

Он повел ее к одеялу. На этот раз она не станет жаловаться, что слишком грязная, чтобы на нем сидеть. Он улыбнулся, и она улыбнулась в ответ, потому что ее охватило сладостное понимание.

С каждым часом она становилась все увереннее. Каждый раз, когда Гаррет смотрел на нее вот так. Каждый раз, когда он касался ее или шептал что-нибудь на ухо.

— Ты такая красивая, когда улыбаешься, — сказал Гаррет.

Ее улыбка ему всегда нравилась. Даже в самый первый вечер… Кейт закрыла глаза, вспоминая его слова: «Когда ты улыбаешься, твое лицо словно освещается изнутри. С тех самых пор как ты вчера в первый раз улыбнулась мне, я хочу тебя, и хочу все сильнее с каждой твоей улыбкой».

— Ты меня еще хочешь? — Едва слова слетели с губ, у нее в животе что-то сжалось. Кейт закусила губу, глядя на него.

Они еще ни разу не были вместе как муж и жена.

В гостиницах с ними спал Реджи, и это было невозможно. Вчера она впервые в жизни уложила Реджи спать отдельно, но так устала от волнений дня, что заснула, едва коснувшись головой подушки.