Герцог и служанка - Дженнифер Хеймор

Софи улыбнулась, и Кейт окатила волна облегчения, потому что улыбка Софи нисколько не походила на те ужасные, фальшивые гримасы, которые она привыкла видеть на лицах благородных дам, в минувшие дни приезжавших на балы в Дебюсси-Мэнор.

— Я тоже надеюсь, что вы будете звать меня Софи, — тихо сказала она.

Кейт удивленно моргнула: неужели Софи, прекрасная Софи, само совершенство, чувствует себя так же неловко, как и она сама?

Кейт вдруг стало легко-легко.

Гаррет, стоявший рядом с ней, нежно сжал ее руку. Он набрал в грудь побольше воздуха.

— Мы рады видеть вас обоих. Не желаете ли что-нибудь выпить?

Софи перевела взгляд на Гаррета. Тристан негромко рассмеялся:

— Вижу, твои манеры за последние несколько месяцев стали гораздо лучше.

— Нет. — Гаррет нахмурился, потом пожал плечами: — Скорее, я просто не знаю, что еще сказать.

— А, понимаю. — Тристан прокашлялся. — Мне ничего не нужно, спасибо.

Они все смущались, все чувствовали себя не в своей тарелке. Эти неотразимые джентльмены и эта прекрасная леди — такие же люди, как и она сама. И ничто человеческое им не чуждо.

Значит, она справится.

Кейт посмотрела на Софи: та стояла с пылающим лицом и не смотрела ни на кого конкретно.

— А вы видели, что Гаррет сделал с домиком на дереве? — спросила Кейт. Ее голос нарушил неловкое молчание.

Тристан, Гаррет и Софи посмотрели на нее. Между бровей Софи появилась тоненькая складочка.

— С домиком на дереве?

Кейт энергично кивнула:

— Да-да. На одном из дубов за садом есть маленький домик. Гаррет говорил, в детстве вы все вместе там играли. Он был в плачевном состоянии, но Гаррет с Мирандой и моим братом Реджинальдом починили его. По-моему, он готов: нас с леди Ребеккой звали наводить лоск.

Глаза Софи стали чуть темнее.

— Ах! — Она посмотрела на мужа. — Тристан, ты помнишь его?

— Смутно. Помню, что мне жутко не нравилось там сидеть.

— Ну конечно, — фыркнула Софи. Глаза ее сияли, как полированная бронза. — Ты, помнится, заставлял нас с Гарретом завешивать простынями окна и двери и брал с нас честное слово, что мы не будем высовываться, пока ты не спрячешь клад.

— Клад! — воскликнула Кейт и ободряюще сжала ладонь мужа, который все еще стоял, напряжённый, как чересчур рьяный телохранитель. — А что за клад, лорд Уэстклиф?

— Ну конечно же, рубины. Вроде тех, что сейчас на вас.

Кейт прижала пальцы к колье.

— А еще изумруды, брильянты и горы золотых дублонов.

Гаррет покачал головой:

— Что-то я помню их иначе…

— И то правда, — подтвердила Софи. — Ржавые гвозди, украденные у экономки пуговицы и, если повезет, выпрошенная у лакея монетка.

Гаррет подвел Кейт к дивану напротив кушетки, которую ранее занимали Тристан и Софи, и все сели. Гаррет, Тристан и Софи предавались воспоминаниям о рисковых археологических экспедициях, которые Тристан организовывал на обширных землях Колтон-Хауса, а Кейт их слушала.

Софи улыбнулась чему-то, что сказал ее муж, и Кейт увидела тень той дерзкой девчонки, которой она, по словам Гаррета, некогда была. На мгновение она представила ее карабкающейся по веревочной лестнице в домик на дереве.

Внутри Кейт расцветало глубокое чувство удовлетворения. Они оказались живыми людьми, а не совершенными ледяными статуями, как она их представляла. Их не нужно было бояться и ставить на пьедестал. Кейт чувствовала, что когда-нибудь сможет полюбить их как часть своей семьи.

Тристан в конце концов передумал насчет напитков и попросил что-нибудь выпить. Когда они с Гарретом отправились к буфету, Софи и Кейт тоже встали. Кейт сложила руки за спиной и подошла к окну. Софи не отставала.

Шторы в зеленую и голубую полоску были отдернуты, и из окна виднелся огромный газон перед Колтон-Хаусом. Кейт прижала руку к стеклу — оно показалось ей странно теплым по сравнению с зимним пейзажем снаружи. Трава стояла сухая и выцветшая, деревья — голые. На всем лежала печать тишины и покоя. Солнце светило ярко, и под его лучами таяли остатки снега, притаившиеся в тенистых уголках после прошлого снегопада.

— Спасибо, что встретились с нами сегодня же, — тихо проговорила Софи. — Я знаю, что все случилось слишком быстро, но нам с Тристаном не терпелось познакомиться с вами.

Кейт не знала, как ответить и не выдать своей тревоги, поэтому промолчала. Софи нерешительно улыбнулась:

— Кроме того, мне хотелось поприветствовать вас в нашей семье.

Кейт посмотрела на нее удивленно:

— Правда?

— Да. — Лицо Софи смягчилось. — Я не хотела прятаться, не хотела, чтобы вы видели во мне какую-то угрозу. Я надеюсь, мы станем подругами.

— Серьезно? — Кейт не могла скрыть изумления. — Если честно, я готовилась к тому, что весь свет станет меня избегать, и… признаться, думала, вы будете первой среди них. — Она поморщилась и закусила губу. — Простите мою прямоту. Но это правда.

— Понимаю. Я благодарна вам за откровенность. — Щеки Софи порозовели снова, и она сложила руки на груди. — Я постараюсь отплатить вам тем же. Поймите: хоть мы с Гарретом и были женаты, мы надолго разлучились, и за это время оба изменились слишком сильно, чтобы можно было восстановить наш брак. Однако не настолько, чтобы потерять семейную привязанность друг к другу. Конечно, такие отношения редко встречаются, и люди продолжают косо смотреть на нас, где бы мы ни появились. Прошло всего несколько месяцев, а я уже так устала от этого. — Она вздохнула. — Но я чувствую, что, как его жене, вам необходимо это понять.

— Но как это возможно? — спросила озадаченная Кейт. — Как можно разлюбить человека?

Тем более Гаррета?!

Этого она не могла взять в толк. Она точно знала, что в ее сердце любовь к Гаррету останется глубокой и сильной до самого последнего дня жизни. Он единственный мужчина на земле, которого она могла любить.

— Я нашла другого. Теперь я принадлежу Тристану. И хотя все произошло так быстро, я рада, что Гаррет нашел вас.

Кейт во все глаза смотрела на нее. Софи взяла ее за руку:

— Вам нечего бояться. Обещаю, я не сделаю вам ничего дурного.

Кейт смотрела в ясные янтарные глаза Софи и видела, что та говорит от чистого сердца.

Она вздохнула, и с этим вздохом остатки страха и сомнения полностью испарились.

— Спасибо, что спасла его. Что была доброй и честной. От тети Бертрис и Бекки я узнала обо всем. Ему так повезло, что он тебя встретил.

Кейт посмотрела в окно.

— Будет ужасный скандал. Все решат, что я не гожусь на роль герцогини.