Рано или поздно - Элизабет Адлер

Дэн всю ночь не смыкал глаз. Элли сделали перевязку, дали успокоительное и сказали, чтобы он шел домой: она будет спать много часов подряд, но Дэн отказался. Пятовски уехал немного отдохнуть. Предварительно он переговорил с Фарреллом и Йохансеном, позвонил Майе и сказал, что с Элли порядок.

Мерное колебание белого покрывала убеждало Дэна, что Элли жива и находится рядом с ним. Лицо в кровоподтеках, руки обожжены, от прекрасных длинных рыжих волос почти ничего не осталось. Элли была похожа на сладко спящего маленького мальчика.

При взгляде на невинное выражение ее лица у Дэна все внутри переворачивалось. Он тут же вспоминал, что она была на волосок от гибели. Ему пока не были известны детали ее похищения и пребывания в плену, но он надеялся, что эти подробности не оставят в ее душе неизгладимых шрамов. Она и без того настрадалась сверх всякой меры.

Элли даже и не мечтала, что когда-нибудь снова наступит такое умиротворение, такая сладкая тишина. «Но почему пахнет больницей?» Постепенно начали возникать черные воспоминания. Она с трудом открыла глаза и увидела Дэна. Черные воспоминания немедленно рассеялись.

— Привет. — Голос хриплый, но глубокий, как раньше, похожий на жидкий шоколад.

Дэн смущенно улыбнулся:

— Очень хочется тебя поцеловать, но боюсь дотрагиваться. — Улыбка тоже прежняя.

— Смелее, приятель.

Он наклонился и легонько погладил губами ее губы.

— Как хорошо. — Она вздохнула. — Словно перышко.

— Считай это первым взносом.

Элли вопросительно подняла брови, радуясь, что хотя бы какая-то ее часть может двигаться.

— Первый взнос? За что?

— За будущие поцелуи и…

— Продолжай. — Даже накачанная снотворным, она не могла избежать искушения чуть-чуть подразнить Дэна.

— Дай-ка подумать. — Он взъерошил волосы. — Ну, за то, что ты скоро будешь управлять дегустационным залом на ранчо «Быстрый конь», а также небольшим рестораном. Без всяких претензий, понимаешь. Просто кафе во французском стиле. На полу опилки, на столах скатерти в зеленую клетку, прекрасная еда…

Элли глубоко вздохнула и поморщилась от боли.

— Черт возьми, Кэссиди, такими делами способна заниматься любая женщина. Какую роль ты отводишь мне?

— Самую центральную, — произнес он улыбаясь. — Потому что я не могу жить без тебя, Элеонора Парриш-Дювен.

Она снова вздохнула — на сей раз было не так больно, ибо это был вздох счастья, — и устало сомкнула веки. Видимо, снова начало действовать снотворное.

— Надо же, прямо в центре твоей жизни, — пробормотала она. — Именно там, где мне всегда хотелось быть.

Его губы снова погладили ее по губам, а потом она погрузилась в глубокий сон.

Дэн смотрел на нее и улыбался. Он знал, будет много разговоров о случившемся, некоторое время придется подождать, пока рассосется боль и она окончательно оправится от перенесенного ужаса. Но с его помощью на ранчо «Быстрый конь» это непременно произойдет. И может быть, даже скоро. В любом случае они победили.