Рано или поздно - Элизабет Адлер

Кафе было закрыто. После исчезновения Элли Чан не считал себя вправе распоряжаться.

Фаррелл собрал сослуживцев вокруг стола. Перед каждым стояла чашка с нетронутым кофе. Все передавали из рук в руки цветную фотографию Патрика Бакленда Дювена, напрягая память.

Чан, Терри и Малыш вообще редко видели посетителей, а Джейк подобной личности вроде не замечал.

— Хотя я всегда запоминаю лица, — подчеркнул он.

Майя изучала снимок от всей души, желая узнать похитителя. Но увы! Фотоаппарат запечатлел совершенно незнакомого мужчину.

— Тут был один тип, раз или два. Крутился около Элли. Но на этого не похож.

Дэн насторожился:

— А как он выглядел? — Майя нахмурилась:

— Довольно высокий, внешне симпатичный, но, с моей точки зрения, какой-то странный. Кожа очень светлая… И волосы темные… И усы. Он носил темные очки в такой холодной, стальной оправе. Мне этот хлыщ сразу не понравился, и я сказала Элли, что он мерзкий.

— Она была с ним знакома?

— Вроде да. Говорила, встречала в «Билтморе». Он показался ей таким одиноким, она даже его пожалела. Но лично у меня этот тип вызвал недоверие. Для одинокого он был слишком самоуверенный, словно хвастался своими победами.

Дэн выхватил у нее фотографию и поднес прямо к глазам.

— Приложи усы, Майя. Надень темные очки, перекрась волосы. Теплее?

Майя вгляделась в фотографию и кивнула:

— Его зовут Эд Йенсен.

Дэн откинул голову назад и закрыл глаза. «Боже мой, донжуан на ступеньках „Билтмора“».

— Это тот, кого мы ищем — произнес он металлическим голосом. — Даю голову на отсечение.

Фаррелл бросился к телефону.

Управляющий респектабельнейшего отеля «Билтмор» не привык к полицейским расспросам, но, услышав, что дело касается Лотти Парриш и Элли, смягчился. Через несколько минут Фаррелл имел адрес в Майами и номер телефона Йенсена.

— Он всегда расплачивался наличными, — сказал детектив, звоня в Майами. — Никаких кредитных карт.

Майя промокнула слезы салфеткой.

— То же самое и в кафе. Платил наличными. И оставлял большие чаевые. — Она передернула плечами. — У него просто ледяные глаза. И Элли в его лапах… — Она всхлипнула.

Терри подвинул кофе и прошептал:

— Ладно, дорогая, успокойся. Еще не вечер[53].

В Майами Фарреллу поначалу отказались дать информацию.

— Откуда я знаю, кто вы такой? — прогремело из трубки. Фаррелл покраснел.

— Вы это узнаете, мэм. Сейчас к вам подкатят полицейские в форме, а у вас начнутся крупные неприятности.

Через минуту он бросил трубку, схватил коробку, которую купил по дороге, и начал мерить шагами зал, сердито поедая чипсы.

— Ладно, ребята, — сказал он с набитым ртом. — Спасибо за помощь. Можете идти по домам. — Он посмотрел на Майю и добавил: — Спасибо, милая. — У детектива Фаррелла было доброе сердце.

— Мне надо было подумать о нем раньше, — посетовала Майя. — Можно было догадаться.

Дэн пожал плечами:

— Я видел его один раз. Ну и что? Вполне респектабельный, хорошо одетый, обходительный.

— Артистичный, — подсказал Джейк. Пятовски фыркнул:

— Даже слишком.

Все служащие молча вышли из кафе. Дэн тронул Майю за плечо:

— Я позвоню, как только что-нибудь выясню.

Она, некрасивая, зареванная, уныло, но благодарно кивнула:

— Буду ждать.

Питу не нравилось сидеть на скамейке запасных и наблюдать, как другие работают. Но ничего не поделаешь, это была территория Фаррелла. Они с Дэном пропустили по очередному стаканчику кофе и бездельничали, ожидая сообщения из Майами.

На экране компьютера возник текст: «Компании по обслуживанию недвижимости Йенсена не существует. Бизнес-адрес принадлежит службе информации, чек оплачен самим Йенсеном. Отделение Первого национального банка в Санта-Монике».

После срочных консультаций с ФБР Фаррелл имел информацию из банка. Вклад на имя Эда Йенсена сделан отделением «Банка Америки» на Мэдисон-авеню путем перевода денег со счета Патрика Бакленда Дювена. Прилагался номер карты социального страхования Йенсена. Фаррелл проверил. Карта оказалась фальшивой.

Поигрывая шариковой ручкой, детектив с улыбкой откинулся на спинку стула.

— Остаются сущие пустяки — найти ублюдка.