Бюро магической статистики – 1 - Галина Дмитриевна Гончарова

Элисон вздохнула, потерла лоб.

— До деталей?

— Да. И я обычно все забываю, а вот это помню до мельчайших подробностей. Потому и заволновалась. Вчера с мужем поговорила, он только отмахнулся. Говорит, чушь все это, все сны, и думать о них нечего, а мне Эрки снится, и я понимаю, что он чего-то хочет, только не понимаю, что именно…

Элисон потерла лоб.

Ну так-то…

Можно попросить женщину пересказать свой сон, только было у нее подозрение, что надо другое делать. А если так…

— Можете вы переночевать здесь? Или как-то… короче, мне надо попробовать увидеть ваш сон. Чтобы вы спали, а я рядом сидела.

— А так можно?

— Можно, и даже не особенно сложно, — проворчала Элисон. — Основы работы с подсознанием, со своими снами, с чужими, мы это проходили.

— Я могу сегодня остаться здесь. Муж на смене, он у меня на шахте работает, и сыновья там же. Можно?

— Конечно, рена Кирстен. Оставайтесь. И в двух словах — что было во сне?

— Как Эрки уводит меня из дома. Приходит к кровати, берет зубами за руку, осторожно так, и тянет за собой.

— За правую руку, за левую?

— За правую, я так на кровати сплю, свесив правую руку. Мне так удобно.

— Поняла. Так сегодня и ложитесь. Рена Астрид, можно?

— Да чего уж нельзя! И можно, и нужно… только вот ты не выспишься…

Элисон вздохнула.

— Ну что поделать. Завтра пораньше лягу, если что.

Рена Астрид молча подложила девушке еще варенья. А ведь и правда — хорошая девчонка. Не отказала, не отмахнулась, старается, делает… просто умничка. Марии надо тоже баночку варенья за такого хорошего человека подарить. Очень удачно получилось, без нее и Ханна бы пропала, и сейчас вот есть с кем посоветоваться…

Рена Кирстен побаивалась, что долго не заснет. На новом месте, все неудобное, непривычное…

Элисон ничего говорить не стала, устроилась рядом с кроватью, придвинула кресло, взяла рену за руку. За левую.

— Засыпайте.

Рена послушно прикрыла глаза — и через пять минут уже крепко спала.

Элисон невесело улыбнулась.

Не уснет она!

Основы работы с разумом им давали на первом курсе. Какой ты маг без самодисциплины? А это полное управление своим сознанием, да и подсознанием тоже. А как иначе?

Трудности в жизни у всех бывают, а девушки вообще раз в месяц могут на помеле летать и злобно орать, но нельзя позволять всему этому влиять на твою магию. Опасно будет.

Так что…

Спокойствие, еще раз спокойствие, и вообще, надо уметь очищать свой разум от лишнего. А потом и чужими разумами управлять учились.

Да, был и такой курс, как сновидение, правда давно, еще вначале. У Элисон специализация была другая, но училась-то она днем и ночью. Вот и пригодилось.

Все верно.

Не прошло и пяти минут, как в сон хозяйки скользнула тень большого остроухого пса.

— Эрки, — тихо позвала Элисон. — Эрки, иди сюда, мальчик.

Вслух она не говорила, нет. Если бы кто-то вошел сейчас в комнату, он бы увидел двух спящих людей и не ошибся. Элисон сейчас была во сне рены Кирстен.

Остроушка повернул голову к посторонней женщине, принюхался — и рванул к ней бегом.

Маг же!

Может, сейчас его услышат? Поймут? Ну должен же кто-то его понять, ну пожалуйста, он так пытался докричаться до любимого и родного человека, так старался, а она просто не понимает! Любит, но понять не может, не хватает у нее для этого сообразительности, ну что ж такое…

Элисон запустила пальцы в мягкую шерсть, потрепала холку, почесала за ухом. Сейчас Эрки для нее был совершенно реален. Собак она не боялась и на морду со здоровущими зубами смотрела благосклонно.

— Красавец! Ну, рассказывай, мальчик, что не так, что случилось…

Эрки уставился ей прямо в глаза.

Рена Кирстен этого понять и увидеть просто не могла, не дано ей было, она же не маг! А вот Элисон сейчас все видела отчетливо.

Домашнее животное?

Нет. Теперь уже нет.

Теперь Эрки стал духом-хранителем, только не для всей семьи, а именно для Кирстен. Элисон отчетливо видела, как рена Кирстен подобрала с земли маленький комочек, как прижала его к себе, спасая от холода, видела, как не хотел Эрки уходить от нее.

И не ушел.

Рена похоронила его на кладбище, на фамильном участке, было там местечко под корнями ивы, хорошую могилу не выкопаешь, а для собаки в самый раз оказалось. В свою шаль завернула да и потихоньку от мужа…

И Эрки остался рядом.

Элисон видела, как разворачивается под ивой радужная дорожка — только встань лапой и беги, становясь опять молодым, сильным, только оттолкнись — и уходи, и скоро ты переродишься в малыша и начнешь новую собачью жизнь…

Только вот Эрки на нее не встал.

Прижался плотнее к бедру плачущей Кирстен да и остался рядом. Как привык.

Никуда он от своего человека не пойдет, вот еще глупости кошачьи! Так и пошел рядом с Кирстен, так и остался. Он приглядит и подождет.

И был рядом, и…

— Опасность? Для нее?

Мокрый и холодный собачий нос ткнулся в ладони Элисон. Эрки старался показать, что слышал и видел.

Мужчина, плотный, седоватый, как на той фотографии… муж?

Он достает из почтового ящика конверт, плотный, толстый, с печатями. Вскрывает его, читает, потом оглядывается на дом, решительно прячет конверт.

Тот же мужчина и женщина. Не Кирстен, нет. Молодая, светловолосая, с пышными формами, с капризным изгибом губ… только вот целует она мужа Кирстен. Что-то в этом есть неправильное… призрачная собака глухо рычит, только вот