Бюро магической статистики – 1 - Галина Дмитриевна Гончарова

Элисон кивнула.

Отговаривать она не стала, слишком уж в плохую комбинацию складывалось показанное верным псом. Только вот…

— А можете вы меня не упоминать? Пожалуйста!

— Да, Кири. Ни к чему девочке такая известность. Скажи — сама нашла.

— Ну…

— Придумаешь, — решительно отмахнулась рена Шафф. — Может, молоток тебе понадобился, вот и полезла. Срочно. Или гуляла да запах унюхала. Придумаем, что получше сказать, а девочку и правда не тронь. Элисон тебе и так чем могла — помогла, да и будет.

Кирстен подумала пару минут и кивнула.

— Да, наверное.

— Ты еще и о другом подумай. Что дальше делать будешь? В столицу поедешь?

Рена пожала плечами.

— Вряд ли. Что мне там делать, я тут всю жизнь прожила, дети тут…

— Может, кто из детей поедет?

— Не думаю. У них тут и жизнь, и дела, и все остальное. Девушки… Старший жениться собрался…

— Тогда тем более надо это решать. И, Кири, может, тебе пока ко мне переехать? Или к Ханне?

— Ты думаешь, Астрид?

— Увы, Кири, если дело дошло до такого…

Элисон кивнула и поднялась из-за стола.

— Рены, вы простите, я пойду спать?

— Иди, конечно, детка. А мы, две старухи, тут посплетничаем на досуге.

Элисон кивнула и отправилась спать.

Рент Миттермайер с тоской покосился в окно.

А ведь так хорошо начиналось утро. И вот — сидит перед ним женщина, вся бледная, глаза красные, тоскливые…

— Рена Верраш, давайте все с начала. А я сейчас запишу как следует. Протокол оформим, дело официально начнем.

— Да, рент Миттермайер. Так получилось, у меня полотенце упало… упала вешалка для полотенец, пошла я в сарай, молоток и гвозди взять, не сидеть же десять дней, пока муж на смене будет? А я в сарае и не бываю, считай что никогда, гвозди сразу не нашла, пошла копаться, ну и… вот, нашла на свою голову.

— Говорите, завещание?

— Да, причем адресованное мне. Я всех деталей сейчас не перескажу, но там дом в столице и хорошая сумма денег.

— Какая? Не помните?

Рена быстро вывела на листе цифру.

— В золоте.

— Однако…

Слифт посмотрел и присвистнул.

— М-да, за такое и убивают!

Рена закрыла лицо руками, Ноэль сверкнул глазами на молодого дурака. Нашел что говорить!

— Я после этого сама не своя. Пошла бродить по округе, знаете, мы раньше с собакой гуляли много, а потом Эрки не стало, а гулять я привыкла, я так успокаиваюсь…

— Понимаю, рена. — Рент Миттермайер похлопал ее по руке. — Я, когда хочу успокоиться, в горы ухожу, есть у меня там пара любимых мест.

— Вот. И у Эрки они были. — Женщина не выдержала, всхлипнула. — А тут иду я и чувствую, что пахнет, да неприятно так… керосином. Я и встревожилась, сейчас хоть и начало лета, но пожары…

Ноэль закивал. Что такое пожары, он знал. И лучше сто раз перепроверить и двести — подумать. Если загорится… тут и люди, и дома, и зверье всякое, и посевы…

Страшно это. Очень страшно.

— Ухожу с того места — нет запаха, вернулась — есть. Начала все осматривать, дошло до того, что деревья обнюхивать принялась, думаю, может, какая зараза керосином дерево облила? И почуяла… там бутыль с керосином. А еще огниво и рубашка. Моего сына.

Рена Кирстен всхлипнула уж вовсе жалобно.

— М-да… просто так это в лесу держать не будут, — помрачнел окончательно рент Ноэль. — Все, я записал, проверяйте. И поедем на место, посмотрим, что и как.

— А нас не увидят?

Рент Ноэль подумал немного и кивнул.

— Да, вы правы, рена. Давайте так: вы сейчас едете в дом, а мы с вами. Слифт, переоденься в гражданское да попроще.

— Зачем?

— А рена наняла двоих рабочих, чтобы ей в доме что-то сделали.

— Может, надо загримироваться? — Глаза стажера вспыхнули энтузиазмом. — Парик, грим… я могу попросить в театре!

Рент Ноэль печально вздохнул.

— Слифт! Обычная гражданская одежда, шляпа и кожаная куртка. Вопросы есть?

— Нет, рент Миттермайер!

— Вперед!

Сам Ноэль отправился в соседнюю комнату, там в шкафу у него хранилась гражданская одежда. Мало ли что случится на службе? Иногда и в грязи с ног до головы приходишь, вот, чтобы так не ходить по городу, он и держал на службе штаны, рубашку, ту же куртку… И ведь пригождается же!

Слифт уже сбежал.

Ноэль переоделся и вышел к рене Кирстен.

— Все будет хорошо, рена Верраш, не переживайте, полиция вас защитит.

Кирстен хлюпнула носом.

— Рент… неужели из-за денег мой муж… вот что страшно-то! Из-за каких-то паршивых денег!

Ноэль только вздохнул.

Из-за этих «паршивых денег» и убивали, и умирали, и собой торговали, а уж жену приговорить… чего только не насмотришься в полиции-то!

— Держитесь, рена. Мы вам поможем.

Лучше сейчас пошевелиться, чем потом получить пожар и труп. Всяко лучше.

В роли работника Симон Слифт был блистателен.

Он уронил две полки, попал себе по пальцу молотком и был вдохновенно осыпан мукой из злобно раскрывшейся банки. Теперь рене Кирстен и правда требовалась помощь по хозяйству.

— Ну ты и осьминог! — ворчал Ноэль, прибивая на место полку. — Сказали ж тебе — изобразить! А ты чего полез?

— Да я