Розовое гетто - Лиз Айлэнд

Следующим утром, в девять часов, я сидела в приемной юридической фирмы «Маколпин и Эттинг». Помещение выглядело так, как, должно быть, выглядели приемные барристеров[102]в старой доброй Англии: деревянная обшивка стен, приглушенный свет, картины, изображающие охоту. Может, и сами кабинеты выглядели так же. Вспоминая собственный кабинет тремя этажами ниже — с флуоресцентными лампами, — я не могла отделаться от мысли, что попала на съемочную площадку, где воспроизвели интерьер прошлого века.

Секретарь-регистратор, безусловно, полагала, что мне тут делать нечего. Я бы и не стала с ней спорить. В отличие от двух других клиентов, которые первым делом подошли к ее столу и убедились, что им назначено, я о встрече не договаривалась. Однако надеялась, что меня примут.

Прошлым вечером я проконсультировалась со своей сестрой Эллен. Она согласилась, что история Сильвии ужасна, но заверила меня, что этот случай далеко не единственный. «Когда человек старый, одинокий и у него есть деньги, обычно находится стервятник, который кружит неподалеку. Этой женщине нужен человек, который сможет выследить Лэнгли и надавить на него».

Войдя в приемную, Люк Рейберн любезно улыбнулся и проследовал мимо. У меня перехватило дыхание. Он даже не узнал меня. Или не захотел узнать? Подумал, что я выдумала какую-то сказочку, чтобы увидеться с ним вне лифта?

Пройдя еще несколько шагов, он остановился, развернулся, на его лице отразилось недоумение.

— Ребекка?

Он запомнил мое имя! Я зарделась, когда он пожимал мне руку. Я бы никогда не запомнила имя парня, с которым однажды встретилась в лифте… если бы, конечно, не думала о нем долгие месяцы.

— Мне нужно с вами кое-что обсудить, — начала я. — У меня не было вашей визитки, и я не могла заранее договориться…

Он покачал головой, как бы показывая, что подобные формальности в нашем случае излишни.

— Не будем об этом. Пойдемте ко мне.

Пока мы шли по коридорам, он спросил, не хочу ли я выпить кофе. Я покачала головой.

— Бублик, к сожалению, предложить не могу.

— Ничего страшного, — ответила я. — По крайней мере мы не в застрявшей кабине лифта.

Он рассмеялся.

— Поначалу я вас не узнал. — Он открыл дверь кабинета. И тут стены были обшиты деревом. Люк включил свет, указал мне на удобное кожаное кресло. — Вне привычной среды. Я же виделся с вами только в кабине лифта.

— Ваши мысли не выходили за пределы кабины, — вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язычок.

Он посмотрел на меня, потом рассмеялся, но я все равно чувствовала себя круглой дурой. Здесь мне было не по себе. Я попала на недоступный мне профессиональный уровень. Даже прическа у него выглядела профессионально: короткие, аккуратно подстриженные волосы.

— Вы упомянули, что хотите что-то со мной обсудить. — Люк перешел к делу. — Надеюсь, у вас все в порядке?

— Дело в том, что я хотела бы поговорить о другом человеке.

— Родственнике?

— Подруге. Моей прежней работодательнице.

Его лоб пересекли морщинки.

— Она знает, что вы здесь?

— Я сказала ей, что постараюсь помочь. Видите ли, ей девяносто четыре года. Ее зовут Сильвия Арно.

Он задумался. Я поняла, что пытается припомнить, в связи с чем мог слышать о ней.

— Имя вроде бы знакомое. Она актриса?

— В каком-то смысле… если считать, что жизнь любого человека — сыгранный им спектакль.

Он попросил изложить дело, и я пересказала всю жизнь Сильвии — во всяком случае, то, что знала. Для меня все еще оставалось загадкой, каким образом ей удалось прожить такую удивительную жизнь, начав, по существу, с нуля. Эта женщина изменила даже национальность, чтобы окружить себя аурой загадочности.