Крестная мамочка - Керри Адамс

— Она поправится, — всхлипывала Билли.

У меня подкосились ноги.

— Что?

— Все будет хорошо.

С судорожно бьющимся сердцем я вышла из кабины.

— Правда?

— Да! — Билли обняла меня. — Это не менингит, Тесса. Не менингит.

Смысл ее слов дошел до меня не сразу. Я даже сомневалась, что действительно вижу Билли. Да, это ее голос, но она не похожа сама на себя.

— Ты говорила…

— Я чуть не сошла с ума — ей было так плохо! Господи, температура подскочила до небес, она потеряла сознание. Мне уже казалось, что я смотрю на труп. Клянусь, никогда в жизни мне еще не было так страшно. Анализы делали бесконечно долго… — Мы снова обнялись. — Чтобы исключить худшее, взяли пункцию. А я слышала, что менингит… Тесса, мне было так страшно! Прости, надо было сразу позвонить тебе…

— Сейчас ей лучше?

— Ненамного, но у нее не менингит. Положение серьезное, но не смертельно опасное.

— Что у нее?

— Пневмококковая пневмония — обычное явление у детей, которых после рождения выхаживали в инкубаторе. Потому она и не реагировала: просто не могла, бедная моя девочка. Она еще слаба, говорят, ей понадобится физиотерапия, но черт возьми, мы справимся, будем прогреваться каждый день…

Я обхватила ее за плечи, и мы побрели сами не зная куда. Билли испустила протяжный вздох.

— Мне никогда еще не было так страшно, — снова призналась она, прислонившись ко мне.

«И мне тоже», — подумала я.

— Какое облегчение, ты себе не представляешь!

Я переставляла ноги, тупо глядя в пол. Какое там облегчение! Наверное, мой шок еще не прошел, потому что облегчения я не испытывала. Правда, сердце стало биться медленнее, но голова по-прежнему кружилась.

— Извини, что не позвонила тебе, — повторила Билли.

И я не звонила. Я заключала пакт с Богом… Заткнись, Тесса.

— А где ты была? У тебя несколько дней был отключен телефон. Я звонила на домашний, оставляла сообщения швейцару.

Я решила, что сейчас не время объяснять Билли, как я провела последние сорок восемь часов.

— С симкой проблемы, — туманно отговорилась я.

— И на домашний я звонила…

— Извини, что не смогла подойти. Лучше расскажи, что случилось. С самого начала.

— А я как раз собиралась где-нибудь перекусить. Со вчерашнего дня крошки во рту не было. У тебя есть время?

— Конечно, но как же Кора?

— Она спит, с ней ничего не случится.

— Точно?

— Честное слово, Тесса, все уже хорошо, за ней присматривают. — Билли повернулась и направилась к лифтам. — Иначе я бы не ушла. Мы только перехватим что-нибудь, и я сразу вернусь.

Мы вызвали лифт и спустились вниз. Вестибюль под застекленной крышей наполнился ослепительным солнечным светом, мы пересекли его и вышли под ярко-голубое небо. Я подняла голову: то облако исчезло. Я незаметно покачала головой. Что я все-таки видела? Душу Коры? Ангела? Ее ангела-хранителя? Саму себя в черном за кафедрой, рядом с гробом, перед толпой скорбящих? «Не изводи себя мрачными мыслями…» Что со мной творится? Должно быть, я вздохнула громче, чем следовало.

— Она скоро поправится, — пообещала Билли, взяла меня за руку и повела по пешеходному переходу.

Я кивнула. Своему голосу я пока не доверяла.

* * *

Мы осели в кафе «Белла паста». Наступило время обеда, зал был переполнен, но Билли, похоже, успокаивали шум и суета. Не только мы явились сюда из больницы: за многими столиками сидели выздоравливающие — малыш в слинге, женщина в гипсе, мужчина на костылях. Каждого сопровождало не меньше двух близких — матери, отцы, бабушки, друзья. А Билли была со мной. Лучше поздно, чем никогда, мелькнуло у меня.

Билли рассказывала, какое суматошное выдалось у нее утро: сначала пришлось отправить Кору в школу, за неимением альтернатив, потом был звонок из школы и спешный вызов в больницу. Кора потеряла сознание, температура росла, ей сделали пункцию… Я внимательно слушала. Настолько внимательно, что почти ни о чем не думала. Почти, но не совсем. Моя тарелка со спагетти опустела, едва я взялась за вилку, — оказывается, я проголодалась. И неудивительно. Последним, что я съела, был омар в «Белой комнате» отеля «Блейкс». Интересно, сколько он стоил? Явно дороже, чем где-либо, а заглянуть в счет я не удосужилась. Я заказала еще и салат, все равно не наелась и попросила десерт. Организму не хватало топлива. Последние события следовало обмозговать. Я только что заключила сделку с Богом, и он выполнил свои условия. Теперь то же самое требовалось от меня.

— …Ты не против?

Я вскинула голову.

— Пожалуйста, — добавила Билли.

— Ты же знаешь, для тебя я сделаю все.

— Спасибо. — Она протянула мне листок бумаги с двумя телефонными номерами. И одним именем.

— Только не это, Билли!

— Ты же обещала!

— Но я не предполагала, что ты попросишь меня позвонить Кристофу прямо сейчас! — Признаваться, что я ее не слушала, было неловко. — Мне казалось, ты говоришь о суде и деньгах. И вообще, зачем звонить ему по поводу Коры?

— Прошу тебя, Тесса. Он имеет право знать.

— Спорный вопрос. И чего ты от него ждешь? Думаешь, он прилетит на частном самолете, которого у него якобы нет?

— Ты говорила, что для меня сделаешь все. Значит, это просто слова?

— Нет.

Да.

— Нет. Просто я не рассчитывала, что придется звонить ему.

— Он имеет право знать, что его дочь больна.

— Но ты же сама сказала, что она поправится.

— Он нужен ей. Ну прошу, Тесса. — Ее голос дрогнул.

— Позвони сама.

— На мои звонки он не отвечает.

— Ну а меня он уж точно не станет слушать. — Кристоф меня всегда терпеть не мог.

— Зато тебе он поверит.

Меня одолевала досада. Сейчас не время разводить сантименты. К черту Кристофа и прочих.

— А чему тут не верить? Что его дочь заболела пневмонией только потому, что он лживый урод и скряга?