Сенатский гламур - Кристин Гор

— Роберт? — спросил он.

Секунду я размышляла, не изобразить ли голос Р.Г., но, слава богу, выбрала другой вариант.

— Простите, сейчас я позову сенатора Гэри, — хватая ртом воздух, ответила я.

Насколько профессионально прозвучал мой задыхающийся голос? Я пошла к Р.Г., яростно махая руками и прикрывая телефон ладонью.

— Прошу прощения, сэр.

Р.Г. и Уай одновременно посмотрели на меня. Не так-то просто разобраться в «сэрах», когда вокруг больше одного сановника.

— Вас к телефону по важному делу, сенатор, — обратилась я непосредственно к Р.Г.

Он извинился и быстро прошел за мной в пустую комнату.

— Это Брэмен, — мелодраматично прошептала я.

Р.Г. кивнул и взял трубку.

— Привет, Джон, спасибо, что перезвонил, — спокойно сказал он. — Хотел сообщить тебе, что решил поддержать губернатора Уая.

Последовало недолгое молчание. Я затаила дыхание. Интересно, что происходит в голове у Брэмена? Стоит ли Аарон рядом с ним? Думает ли он обо мне?

— Не хотел тебя огорчать, — невозмутимо продолжал Р.Г. — Но если моя поддержка так мало значит, тебе не стоит расстраиваться из-за того, что ты ее потерял.

Я покраснела от злости при мысли о том, что должен был сказать Брэмен, чтобы получить подобный ответ. Я страстно ненавидела его. И всех, кто на него работал.

— До свидания, Джон, — попрощался Р.Г. и нажал отбой. Скатертью дорожка! Р.Г. покачал головой и посмотрел на меня. — Пора начинать пресс-конференцию, — решительно проговорил он, возвращая сотовый.

А заодно попытался вернуть мне и свой «Блэкберри», и это было единственным свидетельством того, что он взволнован. Хотя мне было бы любопытно пролистать чужой наладонник, вместо этого я осторожно кашлянула.

— По-моему, это ваш, сэр, — благородно указала я.

— Да, точно, — рассеянно согласился Р.Г. — Спасибо.

Мы вернулись к Уаю и остальным и направились в кафетерий. Когда мы вошли в зал, я увидела, что Кара хлопает Тима по плечу. Он схватился за наушник и поднял палец, прося ее минутку подождать. Ему что, сообщают о нашем прибытии? Чтобы узнать об этом, достаточно просто поднять взгляд. Кара выразительно закатила глаза.

К счастью, все прошло гладко. Администраторы больницы сияли, когда Р.Г. хвалил их за проявленные усилия и достижения. Р.Г. горячо поддержал Уая, слова его восприняли благосклонно. Он рассказал, что темпы роста популярности Уая в народе поразили его.

— За свою карьеру я видел много политиков, — подчеркнул Р.Г., — но очень мало лидеров. Макс Уай — настоящий лидер, у которого слова не расходятся с делом. Я поддерживаю его не просто так. Я совершенно уверен, что губернатор Уай станет следующим президентом Америки и принесет ей важные и чудесные перемены. Я горжусь тем, что помогаю ему в этом и призываю всех жителей Огайо присоединиться к нашей команде.

Толпа за спинами журналистов бурно зааплодировала. Меня окатило теплой волной гордости. Я привыкла, что Р.Г. — хороший оратор, но на этот раз его речь была неожиданно проникновенна. В воздухе что-то витало — некие возможности, которые я раньше не принимала в расчет. В этот миг, наслаждаясь теплом, я поняла, что мы, быть может, стоим на пороге чего-то поистине нового. Это вдохновило меня.

Уай произнес короткую речь, потом они с Р.Г. несколько минут отвечали на вопросы журналистов, пока Тим откуда-то сбоку не проорал: «Последний вопрос!» Неужели репортеры его послушаются? Кто вообще придумал эти правила?

— Губернатор Уай, если бы вы заседали в Сенате, вы бы проголосовали за проект сенатора Гэри о пособиях на рецептурные лекарства?

Я удивилась, что кто-то задал такой «софтбольный»[85]вопрос. Впрочем, в юности мне как-то раз залепили в лицо мячом для софтбола, и я по опыту знала, что это выражение в корне неверно. Я все равно его использовала, но всегда добавляла это уточнение, отчего мои фразы становились намного длиннее. Наверное, было бы проще и быстрее, ограничься я такими прилагательными, как «легкий» или «несложный».

Губернатор Уай воспользовался возможностью превознести усилия Р.Г. в связи с законопроектом и повторить, что всячески его поддерживает.

— Я хотел бы добавить, — продолжал Уай, — что Джон Брэмен поступил непорядочно, выступив против предложенного сенатором Гэри законопроекта о финансировании НИЗ. Это превосходный законопроект; он позволил бы поддержать исследования, в которые вовлечены и удивительные люди, работающие в этой больнице. Это очень разумный проект, полный сострадания, и если мне доверят судьбу страны, я намерен претворить его в жизнь.

Когда он закончил, я просияла. Как благородно с его стороны открыто похвалить законопроект, который пал смертью храбрых всего два дня назад из-за пренебрежения сенатора. Я радовалась, что Уай пролил свет на ситуацию и вывел Брэмена на чистую воду.

На этом пресс-конференция закончилась, и мы поехали обратно в аэропорт. Я устала, но была довольна. И мечтала поскорее вернуться в Вашингтон и рухнуть в постель, но у Р.Г. с губернатором явно были другие планы.

— Я решил присоединиться к губернатору Уаю в его турне по Огайо на этих выходных, — сообщил мне Р.Г., когда мы вышли из машин. — Вы можете составить мне компанию?

Я задумалась. Конечно, у меня не было никаких планов, которые пришлось бы нарушить. А обязательства были только перед Доктором Цинциннати, но я всегда могла попросить Лизу присмотреть за ним, ведь она просто волшебница. Поездка с Уаем — заманчивая идея. К тому же разве у меня есть выбор?

— Разумеется, — ответила я.

— Отлично, — кивнул Р.Г. — Джо сейчас проверяет, все ли чисто. Мы отправляемся через десять минут.

Что ж, времени не так уж много. Интересно, меня не распнут за то, что я полечу с Уаем укреплять его пропрезидентские позиции, хотя формально мне платят за то, чтобы я занималась исключительно делами Сената? Думаю, Джо Нун быстро разберется и постарается предупредить возможные неприятности. Он очень толковый начальник штаба.

В общем, скоро мы загрузились в губернаторский улей и полетели к Толидо. Пока Р.Г. и Уай беседовали в отдельном салоне, я попробовала наладить отношения с кем-нибудь из его сотрудников, сидевших рядом со мной, но они, видимо, были слишком заняты, чтобы ответить на мои дружелюбные попытки. Как обычно, я нашла прибежище в «Блэкберри».

— От этих штук легко ослепнуть, если не следить за глазами, — произнес голос у меня за спиной.

Я выпрямилась, оторвала нос от экрана и увидела симпатичного мужчину старше меня, который улыбался, словно размышляя, начать беседу или нет. Ему, наверное, далеко за тридцать или слегка под сорок; глаза удивительно умные. Я даже не заметила, какого они цвета: их оттенок скрывался за интеллектом.