Сенатский гламур - Кристин Гор

— Конечно, бывает по-всякому, — ответила я. — Но большинство людей, с которыми я разговаривала, получают стандартную пенсию по старости, и канадский вариант экономит им на лекарствах длительного применения до четырех тысяч в год. Немало и таких, кто экономит до десяти тысяч.

— Отличный пример — мужчина, который выступал перед моим комитетом прошлой осенью, — вставил Р.Г.

Старина Альфред Джекмен. Думаю, он сейчас где-то к северу от нас и наверняка изрядно под кайфом.

— У мистера Джекмена не было доступа к этим почтовым аптекам. Он просто садился на автобус до Канады, чтобы купить лекарства по своим рецептам. Для него, как и для большинства пожилых людей, несколько тысяч долларов — большие деньги, — продолжала я. — Многим из них раньше приходилось снижать дозировки лекарств, продавать имущество, чтобы оплатить лечение, и даже просить друзей завещать им остатки лекарств. Канадский вариант стал для них в этой тяжелой ситуации благословением свыше. Поэтому теперь, когда Министерство юстиции и Управление по контролю за продуктами и лекарствами закрывают рецептурные аптеки, пожилые люди приходят в ужас.

— Управление утверждает, что поскольку оно не проверяет эти лекарства, то не может гарантировать их безопасность, — добавил Уай.

— Верно, — кивнула я. — Но нет оснований считать, что канадский контроль качества менее строг. Однако люди вроде Дона Ронкина орут по радио, будто правительство хочет отравить ваших бабушек, и вообще мутят воду.

Уай кивнул.

— И какая же линия поведения кажется вам наиболее разумной для решения этой проблемы? — спросил он.

Он обращался ко мне. Я глубоко вдохнула.

— Должна признать, что ужасно завидую тому, чего добились канадцы своим контролем за ценами. Думаю, их ситуация со здравоохранением намного лучше, чем у нас. Закон о пособиях на рецептурные лекарства, который был принят осенью, поможет пожилым людям снизить расходы, но я полагаю, что еще мы должны настоять на одобрении импорта лекарств. По крайней мере, пока не решим давнюю проблему с запредельными ценами в нашей стране. Управление может работать с канадскими фармацевтическими компаниями, устроить проверку, чтобы убедиться, являются ли импортируемые лекарства именно тем, что на них написано. Я не думаю, что это будет так уж сложно, особенно если Конгресс займется этим вопросом. Камнем преткновения на данный момент является то, что очень многие избирательные кампании получают финансовую подпитку от фармацевтов.

— Например, кампания Джона Брэмена, — добавил Р.Г. — Он согласился поддержать наш законопроект только при условии, что мы уберем из него предложение об импорте лекарств.

Уай кивнул.

— Но вы сказали, что на данный момент аптеки, которые выросли в Интернете и других местах как грибы после дождя, нарушают закон? — поинтересовался он.

— Да, — признала я. — Но, по-моему, они нарушают плохой закон. Существующее положение напрямую конфликтует с антимонопольным законодательством и принципами свободного рынка. Разве мы не должны исправить плохие законы, если они нарушают хорошие законы и губительны для миллионов американцев?

Губернатор Уай секунду смотрел мне в глаза.

— А Управление по контролю за продуктами и лекарствами и Министерство юстиции пока занимаются только поставщиками, верно?

— Да, пока они не преследуют пожилых людей, покупающих «нелегальные» лекарства, а пытаются только перекрыть поставки. Вторая в мире по величине фармацевтическая компания уже грозится прекратить продажу лекарств канадским аптекам, которые замешаны в почтовых махинациях. Если эту лавочку прикроют, старикам придется и дальше из последних сил ездить в Канаду за лекарствами. Но многие из них живут слишком далеко или слишком больны, чтобы это делать. Конечно, наша страна могла бы предложить своим гражданам что-нибудь получше.

Мне казалось, что я говорю слишком долго. Мой голос стал умоляющим и жалобным. Я знала, что Р.Г. уже на моей стороне, это была одна из причин, по которым мне нравилось на него работать. Но я понимала, как важно убедить Уая, потому что он может поднять этот вопрос в своей избирательной кампании.

— Что ж, очень веские доводы, — улыбнулся Уай.

— Ни одному кандидату пока не хватило смелости заявить об этом, — снова заговорил Р.Г. — Все ограничиваются крошечными шажками, что, конечно, безопасно, но не слишком-то храбро. Нам нужен настоящий герой.

Уай повернулся к Бобу Эспину, который читал записку, только что принесенную стюардессой.

— Что скажете? — спросил его Уай.

Боб, похоже, вообще меня не слушал. Возможно, он давно все обдумал.

— Это встряхнет пожилых, что здорово поможет нам в Аризоне и Флориде, и вам до самых выборов не придется вдаваться в детали. Конечно, нападки неизбежны, но слезливых историй про маленьких старых леди, которым приходится выбирать между едой и лекарствами, вполне достаточно, чтобы снять несколько отличных рекламных роликов. Это смело, а людям нравятся смелые поступки. Думаю, вы должны согласиться.

Хм, не самый благородный аргумент, но Бобу не платили бы бешеные деньги, притворяйся он, будто его интересует что-то, кроме политики.

— Да, и, разумеется, я думаю, что это будет хорошо для американцев, — добавил он и улыбнулся мне. — А теперь извините, мне надо позвонить. — Боб помахал запиской и вышел из салона.

— Что ж, сенатор, — Уай повернулся к Р.Г., — вам очень повезло, что на вас работают такие люди, как Саманта. Вы были очень красноречивы, — кивнул он мне. — Я собираюсь хорошенько над этим подумать.

— Спасибо, сэр, — ответила я.

В этот момент в салон ворвался Боб и включил стоящий в углу телевизор. На экране появился логотип «Си-эн-эн».

— Брэмен, похоже, психанул сегодня на собрании по здравоохранению, — сообщил Боб.

Мы все уставились на экран, где ведущий ток-шоу беседовал с приглашенными знаменитостями.

— На прошлой неделе сенатор Брэмен оскорбил жителей Нью-Хэмпшира. Сегодня он умудрился задеть чувства людей с избыточным весом. Что происходит? Это намеренное действие или случайная ошибка?

После того как знаменитости принялись обсуждать его слова, «Си-эн-эн» повторило видеоролик, чтобы ввести в курс дела тех, кто только переключился на канал. Брэмен стоял на возвышении посреди огромного зала. Я машинально оглядела толпу в поисках Аарона, но его нигде не было видно. Женский голос спросил Брэмена, что он думает о планах Управления по контролю за продуктами и лекарствами сделать более внятной информацию о калорийности на упаковках. Брэмен прочистил горло.

— Чтение не поможет толстякам сбросить вес, — ответил он с хмурым видом, который, вероятно, считал президентским. — Буду резок на благо страны. Этим людям давно пора перестать набивать пузо, оторвать жирные задницы от диванов и маленько поработать. Прежде чем тратить деньги налогоплательщиков на то, чтобы нянчиться с лентяями, мы должны призвать их хоть немного пошевелиться.