Земля любви, земля надежды. Расставания и встречи - Мария Леонора Соареш

Жулия с Маурисиу родились почти одновременно, и хозяин приказал Ритиной дочке, которую звали Каролина, кормить обоих. Так и вышло, что Жулия и Маурисиу, не только сводные брат и сестра, но и молочные. Надо отдать должное покойнику: детей он особо не выделял, к обоим был достаточно равнодушен. Полюбил он Беатрису, она так и осталась его любимицей. Для Беатрисы наняли белую кормилицу.

Когда Франсиска стала дону Марсилиу настоящей женой и у них родилась Беатриса, все порядки в доме переменились. Франсиска, как оказалось, терпеть не могла негритянок и всех постаралась выжить из дома. Каролине, дочке Риты, не осталось места ни в господском доме, ни в господском сердце. Каролину хозяева отправили на дальнюю плантацию, разлучили ее с Жулией, потому что Беатриса очень была привязана к подружке и не захотела с ней расставаться, а на плантации Ритина дочка стала очень сильно болеть. Вскоре и совсем зачахла, оставив Жулию сиротой.

Франсиска понемногу забрала все бразды правления в свои руки. Риту отослали на кухню и никогда больше не звали в господские покои, но Жулия так и выросла с господскими детьми, только они-то все равно стали господами, а она — прислугой.

Хотел Марсилиу устроить судьбу Жулии или не хотел, Рита не знала. Не знала она и другого: ведает или не ведает Франсиска, чья на самом деле дочь Жулия. Иногда Рите казалось, что Франсиска все прекрасно знает. А иногда — что Франсиска может ничего не знать и не догадываться. Знала Рита и про то, какая Франсиска ревнивая, и совсем не хотела привлекать излишнего внимания к своей Жулии.

Тут Рита вспомнила, кого ей напомнил Марселло: он был точь-в-точь похож на того итальянца, с которым нагуляла себе Маурисиу Франсиска…

Все это были дела давно минувших дней. Но они лежали тяжелым грузом на сердце Риты. Она услышала наверху девичьи голоса и стала подниматься вверх по скрипучей лестнице.

Голоса смолкли, и когда она заглянула в спальню Беатрисы, то никого не увидела. Куда подевались проказницы?

— Жулия! — певуче позвала она.

Из-за шкафа высунулись две головы: Жулии и Беатрисы.

— А мы думали, приехала…

— Дона Франсиска, — закончила, улыбнувшись, Рита. — Боитесь ее? Может, и правильно, что боитесь. Давайте-ка я помогу вам собираться, а то скоро ночь на дворе.

— А почему маму надо бояться? — спросила Беатриса.

— Да это я так, не обращай внимания, — спохватилась Рита и принялась ловко увязывать отобранные Беатрисой вещи.

— Много я брать не буду, — сказала Беатриса. — Только самое необходимое.

Но и необходимого набралось немало.

— Тащите все это вниз, — распорядилась Рита, — а я не спеша за вами поковыляю.

Жулия подхватила два узла, Беатриса один, и девушки стали спускаться.

— Думаю, что Маурисиу придется тебя отвезти, — сказала Жулия. — Да и смысла нет никакого все тащить на себе, когда есть автомобиль.

— Так и сделаем, — согласилась Беатриса.

Они дотащили узлы до пристройки, Маурисиу отправился в гараж выводить автомобиль, а Беатриса тем временем прощалась с племянником, который уже беззубо улыбался, вызывая безудержные ответные улыбки у окружающих.

Маурисиу подал автомобиль к крыльцу, Жулия уложила в него вещи.

— Я хотела бы попрощаться и с Ритой тоже, — сказала Беатриса.

— Она все ковыляет, — улыбнулась Жулия.

— Ну я еще к вам загляну, — пообещала Беатриса.

Она села рядом с братом, и автомобиль тронулся.

Катэрина позвала Жулию помочь ей купать малыша, и женщины с головой ушли в подготовку этого ответственного мероприятия. Жулия грела воду, переливала ее в ванночку, но из головы у нее не выходила зловещая фраза бабушки: «Может, не зря вы ее боитесь». С тех пор как Жулия узнала тайну своего рождения, она потеряла покой — ей все казалось, что Франсиска придумает для нее какую-то страшную казнь, как только узнает, что она — плод греха ее мужа.

Рита между тем вовсе не спешила отправиться вслед за девушками. Много лет она не переступала порог этого дома и теперь не спешила его покинуть. Она знала в нем каждый уголок, каждый закоулок. Сейчас, когда главной хозяйки не было, она решила заглянуть туда, куда наверняка, кроме самой хозяйки, никто и не заглядывал.

Рита спустилась вниз и по коридору прошла в столовую, но не в основную, где завтракали и обедали каждый день, а в ту, где обычно накрывали стол для больших гостей. Аккуратно прикрыв за собой дверь, она подошла к столу, наклонилась и открыла под столом люк. Теперь ей нужно было спуститься в подземелье, а это при ее полноте было совсем не просто. С осторожностью она стала спускаться в тайник.

«Интересно, что я там увижу?» — думала она.

Спустилась, зажгла свечу и увидела сложенные одна на другую шкатулки. Она открыла самую большую, и в тусклом пламени свечи маслено замерцали золотые монеты. Рита взяла пригоршню и опустила в карман.

— Я беру немногое из того, что принадлежало отцу, для его дочки, — пробормотала она. — Я должна позаботиться о будущем Жулии.

Закрыв большую шкатулку, заглянула в шкатулку поменьше, полюбовалась колье, потом диадемой.

— Да тут сокровищ хватит на всех, а не только на одну дону Франсиску, — снова пробормотала она себе под нос, потушила свечу и выбралась из люка наружу.

Домой она вернулась как раз тогда, когда Жулия решила отправиться ее искать.

— Не случилось ничего? Я беспокоилась, — заговорила Жулия.

— Я просто гуляла, — объяснила Рита. — Устала до невозможности.

— Ну так посиди, выпей соку, — с облегчением вздохнув, попросила Жулия.

Когда Рита удобно устроилась в кресле и маленькими глотками выпила стакан апельсинового сока, Жулия спросила:

— А что ты имела в виду, бабушка, когда говорила, что дону Франсиску стоит бояться?

— Ничего, кроме того, что у нее тяжелый характер.

— А с ней что-то произошло или она от природы такая? — продолжала допытываться Жулия, решив наконец узнать правду. Кто знает, когда еще доведется им сидеть вот так рядышком вдвоем?

— Не знаю, какая она была от природы, — проговорила Рита. — Но жизнь ее не щадила, а потом и она не стала никого щадить.

— А что с ней случилось, бабушка? — Жулия прижалась к старухе. — Расскажи!

— Я как увидела Марселло, так сразу стала думать, кого же он мне напоминает. И знаешь, кого припомнила?

Жулия вопросительно смотрела на Риту.

— Паренька-итальянца, в которого дона Франсиска была влюблена до замужества.

— Так вот оно что! — удивилась Жулия. — А откуда ты знаешь, в кого она была влюблена?

— Он сюда приходил после ее замужества. Не знаю, чего хотел. Может, поговорить с доной Франсиской или еще чего. В общем, она очень боялась, как бы дон Марсилиу не узнал, что тот итальянец сюда приходит. Она его прогоняла, а он опять приходил. И тогда…