Испить до дна - Елена Ласкарева

Алена выплывала из небытия.

Сознание возвращалось постепенно, словно проявляется смоченная водой детская волшебная картинка.

Она вновь ощущала свое тело... Ноги затекли, и когда она шевельнулась, икры пронизали противные иголочки.

Просто на ее ногах до сих пор лежит нога Алексея... Алеши... Алешки... Ничего, пусть, это приятная тяжесть...

Алена окончательно проснулась и все вспомнила.

Это не сон... Это наяву. Он действительно лежит рядом с ней. И все было...

За окном совсем темно. Уже ночь... Но в ее спальню из гостиной падает свет. Они забыли его выключить. Не успели... не подумали...

Рука Алеши все еще обхватывает ее плечи, а под ее щекой мерно вздымается его грудь...

Алена приподняла голову и посмотрела на его лицо.

Глаза Алексея были открыты. Он тоже не спал.

Алена прижалась губами к теплой ложбинке у его ключицы. Он похудел... Сквозь кожу прощупываются кости... И скулы обтянуты резче... Или это кажется в полумраке-полусвете?

— Ты давно не спишь? — шепнула она.

— Давно.

Алена коснулась пальцами его щеки, провела по бровям и осторожно погладила разлохмаченные вихры.

— А о чем ты думаешь?

— Об этом.

Он подавил вздох и осторожно высвободил свою руку.

Алена не уловила перемены в его настроении. Она лукаво улыбнулась и шутливо спросила:

— Ну и что ты об этом думаешь?

— Что у меня нет силы воли, — ровным голосом ответил Алексей. — Я просто слабак.

— У меня тоже полное отсутствие воли, — тихонько засмеялась Алена.

— Мне не стоило возвращаться, — сказал он.

— Почему?

Что-то в его тоне заставило ее напрячься.

— Потому что все зря...

— Что именно? — звенящим голосом спросила Алена.

— Тебя не переделать. И не надо нам начинать сначала...

Идиот! Причем неисправимый. Вот уж кого действительно нельзя переделать!

Алена резко приподнялась, больно упершись локтями в его плечо. Он поморщился.

— Не строй из себя оскорбленную невинность. Ведь ты же знаешь, что я прав.

— Значит, ты сожалеешь? — гневным голосом тихо поинтересовалась она. — Значит, это я соблазнила бедного мальчика, а ты не сумел устоять?

— Не передергивай, — нахмурился Алексей. — Что мы наделали...

— А что мы наделали? — взвилась Алена, чувствуя, что задыхается от ярости. — Мы всего-навсего переспали. Можно подумать, я у тебя первая или последняя!

— Или я у тебя... — парировал он.

— Вот именно!

— И я не собираюсь быть одним из...

— Я тоже!

Алексей саркастически ухмыльнулся:

— Ну уж меня тебе не в чем упрекнуть. Я никогда не давал тебе повода.., А вот ты...

— Ха! — свирепо воскликнула Алена. — Ты не давал?! Да у тебя склероз! Ты только что отправил домой свою любовницу, а сам... со мной... Интересно, что ты наплел ее папаше? И что ты будешь говорить ей, когда вернешься? Что спал один и мечтал только о ней?!

— В отличие от тебя, — процедил он сквозь зубы, — я не умею делиться пополам... или натрое... Или сколько их там у тебя...

— Конечно! Главное — хранить верность в душе... А телесная близость это просто... физиологический акт...

— Не вали с больной головы на здоровую! Нет у меня, никакой любовницы. Это ты шляешься по ночам неизвестно где.

— Но я же сама видела... — прошипела Алена, сраженная такой откровенной наглостью.

— Кого видела? — с издевкой протянул он. — Эту истеричку? Да я такую в жизни не взял бы в жены... Это ее муженек дом присматривал.

— Не ври! Он ей в отцы годится.

— Ну и что? Нормально... — пожал плечами Алексей. — Такая же продажная, как вы все.

Алена молча перегнулась через него и подхватила с пола брошенную одежду.

— А ты меня покупал? — выдохнула она. — Впрочем... действительно... покупал... Обеды, прогулки, подарки... Значит, за все уплачено?

Она прижала к груди одежду, размахнулась и влепила ему пощечину.

— Это сдача!

Алексей перехватил ее руку и с силой сжал, так что косточки чуть не хрустнули.

— Ты дрянь... — Глаза его сузились и стали жесткими, яркая синева поблекла и посерела. — Я все делал от души... Тебя я любил, а ты...

— Теперь, значит, не любишь? — горько прошептала Алена. — Но и в этом удобнее обвинить меня, так?

— То один, то другой... Меня тебе было мало?

— Пусти. Мне больно.

— Извини.

Он отпустил руку, и Алена потерла запястье.

— Я так больше не могу, — устало сказала она. — Я думала, ты понял... Показалось, что теперь все по-другому... Я ошиблась...

Терять то, что обрел только что, еще горше...

Она быстро принялась натягивать одежду, Алексей предупредительно отвернулся.

Ему даже смотреть на нее неприятно... И не надо!

Он встал и тоже начал одеваться, избегая встречаться с ней взглядом.

— Куда ты собралась? Ложись в постель. Это я уйду.

— Ты был прав... Не стоило этого делать... — бормотала Алена. — Это просто наваждение...

— Прости, не сдержался...

— Нет, это ты прости... Я потеряла контроль...

— Спасибо, не провожай. Я сам найду дорогу...

— Я хочу запереть дверь.

— Правильно, а то забредет кто-нибудь ненароком...

— Да, какой-нибудь сосед...

— А ты потеряешь контроль...

— Упаси Боже! Больше никогда...

Алена захлопнула дверь и задвинула тяжелую задвижку. И для верности еще два раза повернула ключ.

Под его шагами скрипнули половицы на веранде... послышался быстрый топот на крыльце... зашуршал на дорожке гравий...

Алена прижалась лбом к двери.

Тихо хлопнула калитка...

Вот и все...

Она ждала услышать шум отъезжающей машины, но было тихо.

А потом в окне на первом этаже его дома зажегся свет...

Нет сил ехать до Москвы... Голова как в тумане, будто с похмелья.

Алексей достал из багажника спальник и вошел в дом.

Он бросил его на пол и растянулся, не снимая одежды. Накинул сверху одну полу. Холодно, но неохота спускаться в подвал, чтобы прогревать батареи.