Испить до дна - Елена Ласкарева

— Аленушка, — нарочито медовым тоном окликнул Алексей. — Солнышко! Выгляни, любимая. С кем это ты договаривалась?

Алена уже успела одеться и теперь стояла за его спиной, с трудом удерживая смех.

— Солнышко выглянуло, — ехидно ухмыльнулась она. — И вижу, что ты чуть не спустил с крыльца замечательного мастера. А ведь таких, как он, между прочим, днем с огнем не сыщешь.

— А он мастер чего? — в тон ей поинтересовался Алексей, не до конца еще понимая, что происходит, но уже осознав, что этот пожилой мужичок явно не тянет на ее любовника.

— На все руки, — фыркнула Алена и повернулась к мужчине. — Я правильно говорю?

— Совершенно верно, — серьезно подтвердил он и укоризненно глянул на Алексея: — Ты, как я понимаю, хозяин? И до чего ж ты дом довел? Не годится на супругу все заботы сваливать. Женщина и не понимает толком, что да как ей делать надо. Ей нахалюги какие лапши на уши навешают, да и слупят втридорога.

— Это вы крышу крыли? — догадался Алексей.

— Я, — с достоинством ответил мастер. — Смотрел уже? Ну и как работа? На совесть делал.

— Я поздно вернулся. Темно было, — уклончиво отозвался Алексей, решив не разубеждать его по поводу «супруги».

— Вот и хорошо. А то я без напарника приехал. Подсобишь.

— Подсоблю, — кивнул Алексей. — А что делать надо?

— Пока что тес разгрузить.

— Это мы мигом, — заверил Алексей. — Но сперва не мешало бы позавтракать. Аленочка! У нас есть что-нибудь?

— Курица осталась. И пирожки...

— Пирожки знатные! — похвалил мастер. — В этом она у тебя молоток! Моя-то старая всю жизнь прожила, а таких ни разу не стряпала. Сохнет у нее тесто, и все тут!

— А вы разве пробовали? — уточнил Алексей.

— А то как же! И заметить не успел, когда она напекла... Что умеет, то умеет! Обед почище, чем в любом ресторане! С душой, значит, делает...

Алена засыпала в остывшую печь немного угля и несколько щепочек для растопки. Усмехнулась про себя — уточняет... Он все-таки неисправим...

Печь ей сложили на славу, огонь занимался легко, не надо было раздувать, усиливать тягу... Она приложила руку к выложенному изразцами боку печи. Сразу чувствуется тепло... Чугунная конфорка уже накаляется...

Она поставила чайник, накрыла влажным полотенцем пирожки и поставила их в духовку подогреть. Вытерла пот со лба, оглянулась...

Пожилой мастер и Алексей стояли за ее спиной и оба глядели на нее с удовольствием.

— Видал, как управляется? — подтолкнул Алексея в бок мастер, словно тот спорил с ним. — А я вчера подумал, грешным делом...

— У тебя сажа на лбу... — Алексей шагнул к Алене и провел ладонью по ее лицу. — Нет... еще больше размазал. Иди сюда... — Он подвел ее к умывальнику и с улыбкой обернулся к мастеру: — Что там насчет «грешного дела»?

Тот молча потоптался, глядя на них, и крякнул смущенно:

— Я пока что сам разгружу... Видать по всему, давно ты дома не был...

— Давно, — подтвердил Алексей. — Три месяца.

Он поднял за подбородок Аленино лицо и приник к ее губам.

— Увидят же... — смущенно дернулась она. — Что он подумает!

— Он уже подумал, — усмехнулся Алексей. — Мне начинают нравиться твои гости...

— Фома неверующий...

Он больше не дал ей сказать ни слова...

После «семейного» завтрака они быстро управились на чердаке вдвоем с мастером. Тот прилаживал жердочки, а Алексей поддерживал, пока мастер точными движениями вгонял в дерево гвозди.

— Сколько мы вам должны? — спросил Алексей, когда они, окончив работу, любовались творением рук своих.

— Так хозяйка вчера уж расплатилась, — ответил мастер. — Лишнего мне не надо.

Но Алексей быстро достал из портмоне несколько сотен и сунул мастеру в карман.

— Возьмите еще. Спасибо.

Тот сделал попытку вернуть деньги, но Алексей удержал его руку.

— Это премия за качество.

— А... ну раз так... — Мастер расплылся в улыбке.

Потом Алексей помог ему завести старенький, постоянно глохнущий «Москвич» с прицепом, и они с Аленой дружно помахали ему вслед, пока он не скрылся из виду.

— И где ты взяла деньги на ремонт? — поинтересовался Алексей.

Она сдвинула на переносице темные брови.

— Заработала.

— Или подарили?

— Ты на что намекаешь?

— Или одолжила? — не унимался он.

— У тебя не только слуховые галлюцинации, у тебя полная глухота! — фыркнула Алена. — Я же ясно сказала.

Алексей пожал плечами и пристально посмотрел на нее.

— Пожалуйста, не считай меня за несмышленыша. Я прекрасно представляю, в какую сумму это обошлось.

— А почему, собственно, тебя это так волнует?

— Просто хочется узнать источник, откуда деньги текут.

— Другими словами, тебе интересно, кто мой спонсор? — мрачно уточнила Алена.

От хорошего настроения и следа не осталось. Только на губах осталась застывшая улыбка...

— А... теперь это так называется... — понимающе протянул Алексей.

Алена отвернулась и ушла в дом.

Всего несколько минут назад он был совсем другим... И опять словно бес в него вселился. Или он нарочно, или это уже патология...

Он пошел следом, остановился, глядя, как Алена рассовывает по сумкам оставшиеся вещи, связывает обернутые газетами рамы с картинами, снимает с кровати простыни и тоже упаковывает...

Она и шторы уже успела снять с окон... Именно поэтому дом принял такой пустой, нежилой вид...

— Ты что, уже до весны?

Алена молча кивнула.

— Давай, что можно, отнесу в машину, — предложил Алексей. — Я тебя отвезу. Или ты предпочитаешь не рассекречивать новое место жительства?

Она дернула плечиком. Какие глупости!

— Почему же? Здесь нет секрета.

— И куда тебя надо отвезти?

— На проспект Мира. Если тебе по пути...

— По пути, — успокоил он.

Алена искоса поглядывала на него. Как он умеет так резко меняться!

То такой родной, нежный, мягкий... А то колючий и неприступный и язвит, стремясь уколоть побольнее...

С ним не бывает золотой середины. Как на качелях — вверх-вниз...

Алексей вел машину и напряженно молчал.

Он нарочно принял отчужденную позу, чтобы она не догадалась, что он... боится. Боится увидеть того, с кем она теперь живет. А в том, что этот «некто» существует, у него оставалось все меньше сомнений.